Измена. Мы (не) твои (СИ), стр. 18
А этому гаду лишь бы поиздеваться!
И как я теперь собираюсь объясняться?
Устала? Забылась?
А собственно с какой стати я вообще должна с ним объясняться?! Кто он такой, чтобы я оправдывалась перед ним? При чем за его же бессовестные поступки. Это ведь он первый начал!
С чего он вообще решил целоваться лезть?!
Может это месть за то, что я ему вчера ненароком вечер с проститутками обломала? Или повел себя так, просто потому что пьян?
Да не важно совсем!
Важно то, что подобного я больше не допущу!
Но мое тело явно играет не на моей стороне. И мозги тоже.
Потому что каждый раз, когда этот мерзавец оказывается слишком близко, я теряю разум и перестаю себя контролировать.
Значит очевидно нужно сделать так, чтобы Руслан больше не оказывался слишком близко к моему телу и бестолковым мозгам!
Точно. Нужно просто избавить себя от его внезапного вторжения в мою спокойную жизнь и тогда больше не о чем будет переживать.
Собираюсь с силами и наконец решаюсь выглянуть из туалета.
Он ведь сказал, что ему нужно уйти, и судя по тому, что снаружи меня никто не поджидает — не обманул.
Скорее всего побежал по своим шлюхам. Пар спускать.
Этого кобеля хлебом не корми, дай пристроить свой… кхм.
Чего я опять завожусь?
Плевать я хотела на его личную жизнь. Главное, чтобы его личной жизнью была не я.
Юркаю в спальню и к своему облегчению не обнаруживаю здесь никого, кроме удивительно крепко спящего в кроватке малыша.
Надо же, кажется мой мальчик впервые так крепко спит. Неужели это на него отец так повлиял?
Мелькает очередная тоскливая мысль, что мой сынок заслуживает папу. Но стыд от произошедшего между мной и Русланом на кухне пока что явно перевешивает.
Сейчас я хочу только поскорее одеться и выставить из дома его этого Жорика, если он еще сам не ушел. Однако Руслан ясно дал понять, что не выпустит меня из-под конвоя. А меня не устраивает роль заключенной в своей же квартире.
Спешу одеться понадежней. Мне теперь еще и перед этим прихвостнем Руслана стыдно до ужаса. Так что стараюсь нарядиться как можно более целомудренно, будто это вовсе не меня полуголую он застал только что с Русланом на кухне.
Боже, какая стыдоба…
Лицо горит. Сердце колотится. А в сознании как назло одна за другой мелькают картинки нашей с Русланом близости.
Он горячий такой… Пахнет как-то наркотически…
Просто издевательство какое-то!
Да выбери я для своих сексуальных фантазий любого другого мужика — ради бога! Мечтай на здоровье!
Но Руслан…
И ладно бы дело было только в том, что он кобель, каких поискать. Но он ведь еще брат моего бывшего козла-мужа и сын их раздражающей мамаши!
А если бы ни это все, Вась?..
Замираю, закончив заправлять длинную рубашку за пояс свободных джинс. Стою перед шкафом и пытаюсь представить «если бы»…
Если бы не его семейка, то возможно я бы как наивная дурочка поддалась бы его чарам. Если бы не знала его так хорошо, как сейчас, то возможно бы даже снова влюбилась бы в этого мужлана обаятельного, но…
Это ведь Руслан. Он ни к кому и ни к чему не относится серьезно. Разве что к деньгам. Так что скорее всего все закончилось бы моим болезненно разбитым сердцем. А для Руслана я бы просто оказалась «еще одной»…
Не дождется!
В смысле он уже дождался раз! И я с трудом выкрутилась тогда и больше я такой глупости не совершу. Сегодня это была случайность. Глупость просто. Я была уставшая, а он застал меня врасплох! Вот и все.
Закрываю шкаф с одеждой и гордо вздернув подбородок открываю средний отдел. Тот самый.
Хорошо, что я успела спрятать от него содержимое. Иначе было бы еще более неловко, чем то, что я оказалась перед ним голая.
Потому что одно дело — обнажить тело. А в этом шкафу моя обнаженная душа…
Глажу пальцами тонкие кружева белья, которое я создала собственноручно. Моя первая коллекция, которую я пока не представляю, как явить миру. Однако возлагаю на нее большие надежды, как юный дизайнер.
И Руслану я ни за что не осмелюсь ее показать. Дело даже не в откровенности прозрачной ткани и возможно пошловатых фасонах.
Дело в васильках…
Небольших вышивках, которую я создавала в прямом смысле своими потом и кровью, исколов себе иголкой все пальцы. Вышивка явно не мой конек. Но именно эти крохотные детали делают мою коллекцию такой личной и такой особенной.
«Василёк» — и его хриплый голос в сознании.
Меня ведь так кроме него никто никогда не называл. Обычно просто Вася или более строго Василиса.
Но Руслан: Васенька, Васюта, Васёна, — как этот гад только не коверкает мое имя. Будто я его питомец. Бесит!
И этот его «Василёк» особенно.
Да, я думала о нем, когда рисовала эскизы белья. И когда вышивала россыпь крохотных цветочков, я тоже думала об этом мерзавце...
Стыдно.
Потому и не хочу, чтобы он увидел созданное мной белье. Это слишком лично. И слишком откровенно. Будто я позволю ему прочесть свои сокровенные мысли...
Нет уж!
Спасибо за вдохновение, но на этом все, Руслан Алексеевич. Больше не собираюсь быть «еще одной» в вашем чокнутом семействе.
Закрываю шкаф и, еще раз проверив малыша, выхожу из комнаты.
— Георгий, можно вас, — стучу в открытую дверь комнаты, где притих водитель Руслана.
— Конечно! — выскакивает из кресла. — Я всегда к вашим услугам.
— Отрадно, — киваю вежливо. — Тогда можно вас попросить принести мне памперсы?
— Конечно! Где искать?
— В магазине, — подсказываю я.
— Ой, так это… босс велел вас одну не оставлять, — разводит руками.
— А мы ему не скажем, — подмигиваю я заговорщически. — Но мне правда очень нужны памперсы для малыша. Магазин тут за углом. Это не займет у вас много времени. Честное слово.
— Да знаю я где магазин, — качает он головой, явно раздумывая над моим предложением.
— А я вас перед боссом нахвалю, скажу, что вы мне очень помогли. Может он и премию выдаст, — подталкиваю я упертого барана.
— Ну ладно, — соглашается наконец. — Только когда хвалить будете, не проговоритесь, что я из дома выходил. А-то вместо премии выговор получу.
— Конечно-конечно, — улыбаюсь я, выпроваживая постороннего мужика из своего дома. — Вы там не спешите, можете и свои дела порешать, если надо. Мы тут и сами справимся.
Георгий наконец выходит и я спешу закрыть двери на все замки. Кроме штатного закрываю еще и на внутренний, и для надежности еще и какой-то навороченный шпингалет защелкиваю.
Надеюсь хотя бы это для моего бесцеремонного родственничка достаточный аргумент, чтобы оставить меня в покое.
Мой дом — моя крепость. Еды у меня в холодильнике достаточно благодаря самому Руслану. Так что пару дней точно продержусь не выходя, а там глядишь он про меня и забудет. Как в прошлый раз!
Очень хотелось бы. Иначе…
Если он не захочет так просто сдаться, то мое глупое сердце может решить, что я для него что-то значу…
Глава 23. Руслан
К дому Васи я подъезжаю только к вечеру и сразу замечаю знакомую фигуру у двери.
Глушу мотор и выхожу из машины:
— Жора, какого хера? — с ходу наезжаю, чуя неладное. — Я тебе сказал глаз с нее не спускать, а ты тут стоишь прохлаждаешься!
— Руслан Алексеич, ну это случайно так вышло, клянусь, — сразу оправдываться начинает. — Эта ваша… хулиганка меня подставила попросту. Сказала памперсы ребенку срочно нужны, — он поднимает руку, в которой держит пачку подгузников, — на жалость давила. Вот я и пожалел беспомощную женщину. А она меня выперла и заперлась изнутри на все замки и теперь я вашим ключом открыть не могу. И консьержка руками разводит, мол ничем помочь не может.
— Так почему ты мне сразу не позвонил?! — рычу я, начиная заводиться.
А вдруг с Васей могло что-то случиться?
Врываюсь в холл многоэтажки. Жора за мной семенит и нудит:
— Ну вы ж выговор сразу сделаете, — резонно предполагает идиот. — Я поэтому пытался сам что-нибудь придумать…