Абиссинец 1890. Том 8 (СИ), стр. 8

Хлопнул выстрел, из косяка над моей головой выбило щепу. Я шагнул за угол, выставил винтовку и ответил прям по тонким доскам, за которыми мелькнул стрелок, кажись достал.

Хозяйственный двор уже занимали шестеро. Двое залегли за перевернутыми козлами и сброшенными жердями, еще двое держались у соседнего сарая. Последние отступали за дощатую перегородку в глубине двора. Отсюда к складу вел узкий проезд, прикрытый постройками со стороны пулемета.

Я вынул первую гранату, снарядил, поджег фитиль и перебросил через жерди, сразу укрывшись за углом; товарищи уже прижались к бревнам. Бахнуло хорошо. Земля и щепки начали валиться с неба тут и там.

Выстрелы от туда прекратились. Один охранник лежал прям на втором, винтовка торчала из-под досок.

Илька вышел из-за моего плеча. Кропачек хлопнул, и стрелок у сарая, успевший подняться на колено, ткнулся лицом в землю. Побратим передернул затвор и шагнул дальше, держа ствол у плеча.

Я перескочил проход, взял под прицел дальний угол. Кривой протиснулся между стеной и накренившимися жердями, придержал ружье левой, а правой оттолкнул доску.

Из сарая выдвинулся ствол. Я дернулся за угол; раздался выстрел, пронесло. Следующим выстрелил Илька. Винтовка клюнула вниз, ударилась, а за ней завалился и стрелок.

Побратим пересек двор, встал у проезда и показал мне два пальца. Оба оставшихся засели за перегородкой.

У торца склада, со стороны навеса, показался Силантий. Пригнулся за штабелем, поднял топор, обозначая себя.

— Обе пустые. Всех за гряду вывел, последнего сам довел.

— Там и держись, Фомич. В проезд не выходи, там двое за досками.

Он остался возле торца сарая, прикрытый штабелем. Благо Бирюков успел отшагнуть под стену, а пуля стукнула в пустое ведро позади.

Я присел рядом. Перегородка прикрывала закуток с обрезками. До пулеметной пристройки отсюда оставался еще склад, его глухая стена отсекала двор.

— За угол, — сказал я Рыжему и швырнул вторую гранату за доски.

Он отступил ко мне. В закутке закричали; один китаец выскочил в проезд с винтовкой наперевес. Семен встретил его выстрелом из «Винчестера». Того развернуло, он повалился под стену. Рыжий уже двигал рычаг, когда за перегородкой рвануло. Доски качнулись, в проход полетели обломки.

Второй успел выскочить с другой стороны. Побежал вдоль сарая с винтовкой в руках. Силантий подался к углу, и перехватил топор.

— Этот.

Я узнал палача. Все та же короткая куртка, темные брызги на рукаве. У торца он развернулся и вскинул ружье на меня.

Силантий стоял у того же угла, с другой стороны. Плотник шагнул к нему и топор снес ствол в сторону, второй удар пришелся в шею, над воротом. Китаец выронил ружье и упал возле штабеля.

Силантий высвободил топор. Подобрал ружье палача, снял с убитого патронную сумку, накинул ее через плечо, винтовку убрал за спину. Обернулся к нам.

— Сюда. Кладовая насквозь, дальше дверь.

Кривой занял угол, откуда только что стрелял палач. Ружье упиралось в плечо, больную ногу он выставил чуть вперед. Пока Силантий показывал ход, хромой держал под прицелом просвет между постройками. Потом сам отступил за нами, продолжая следить за проходом.

Шестерых мы оставили во дворе. Из-за сарая никто больше не палил, но со стороны большой дороги уже кричали и звали охрану к складам.

У двери кладовой я придержал Силантия, заглянул из-за косяка. Между мешками тянулся проход к двери. Пусто. Пропустил плотника вперед: нужный поворот он знал лучше.

Рыжий остался у наружной двери. Илька прошел к боковому оконцу. Я добрался до внутренней перегородки, убрал винтовку за спину и достал револьвер

За приоткрытой дверью слышалось, как сдвигают ящик. Двое знакомых мне охранников и еще один, которого снаружи не было видно. Пулемет стоял в широком проеме, стволом к дороге. Один китаец стаскивал с него чехол, второй держал винтовку, третий возился у патронных коробок.

Я толкнул дверь и выстрелил. Противник ударился о край проема, сполз наружу. Китаец у коробок потянулся за пояс. Кривой выстрелил раньше, чем тот достал револьвер. Чужое оружие дернулось в руке хромого; противник опрокинулся на ящики.

Последний бросил чехол и схватил стоявшую у стены винтовку. Между нами стояла тренога. Силантий уже обходил пулемет сбоку, но добежать не успевал. Я увидел, как он метнул топор китайцу в голову. Раздался хруст, будто плотник вогнал его в деревянную колоду. Китаец с открытыми глазами упал возле пулемета. Плотник оттащил его за ворот, освобождая место.

Я взялся за рукояти «Максима». Тренога стояла крепко, у ног лежали три коробки со снаряженными лентами и сумка с принадлежностями.

Раннюю машину я прежде в руках не держал. Добрецову был знаком более поздний «Максим», но и с этим память помогла разобраться. Я проверил оружие, отвел в сторону обрывок чехла. Одна лента уже была заведена в пулемет. Силантий заглянул через наружный проем под навес.

— Сани на месте. Сейчас подтащу.

По дороге приближался топот, поверх разрозненных криков раздалась команда. Рыжий поднял ладонь от наружной двери и указал в ту же сторону.

— Погоди с санями. Сначала этих встретим.

— К пулемету! Дорогу держать! — крикнули по-китайски.

Старший выбежал из-за склада, за ним показались еще восемь вооруженных. Силантий узнал тех, что держались позади.

— Хунхузы. Эти у дальних шурфов караулили.

Они шли к своей охране. Старший махнул в нашу сторону, требуя поторопиться. В утреннем сумраке под крышей он еще не разобрал, кто стоял у рукоятей пулемета. Я заправил ленту. За нападавшими виднелся пустой отвал. Работники уже были за каменной грядой, в стороне от этой дороги.

Илька взял на прицел ее край. Семен держал вход из хозяйственного двора, Кривой смотрел за угол склада.

Первую очередь я дал по старшему и еще двум рядом с ним. Пулемет затрясся под ладонями, грохот забил уши. Старшего опрокинуло навзничь, бежавшие рядом повалились один на другого. Я отпустил спуск.

Остальные шарахнулись в стороны. Двое залегли у брошенных на дороге корзин с породой и выстрелили почти вместе. Из края проема вылетел комок глины. Я довернул ствол, и вторая очередь прошла по их укрытию. Прутья расползлись, за ними дернулась рука с винтовкой и легла на землю.

Еще двое побежали к стене, надеясь уйти из-под огня за угол. Я вел ствол вслед. Ближний рухнул сразу, второй успел сделать несколько шагов, ударился плечом о стену и сполз. Его винтовка осталась стоять, зажатая между телом и досками.

— Слева, у колоды, — сказал Илька.

Последние двое присели возле места, где раскатывали бревна. Один упирал ружье в край колоды, другой приподнялся, пытаясь разглядеть нас. Я нажал на спуск. С дерева полетела кора, оба скрылись за ним. Еще коротко ударил, когда один потянул винтовку вправо, собираясь обойти укрытие.

Кривой проверил проход за углом склада и махнул мне: пусто. Семен не отходил от своей двери, Илька — от окна.

Девятеро лежали между складом и колодой. Выждал, следя за оружием в чужих руках, потом занялся пулеметом.

Лента ушла далеко не вся. И еще две имеются в запасе. Закрыл крышку, рядом положил сумку с инструментом и принадлежностями.

— Тайга, дорогу смотри. Кривой, двор. Фомич, теперь за санями.

Силантий вытащил из-под навеса грузовые сани, подвел их к пулемету и упер носом в порог.

Мы с Семеном взялись с одной стороны, Силантий — с другой. Приподняли оружие вместе с треногой и перенесли на настил.

Коробки уложили рядом, туда же сумку с принадлежностями. Силантий стянул все веревкой, пропустил ее под настилом и завязал на узел.

Пока мы возились, Илька следил за дорогой, а Кривой держал двор.

Силантий убрал топор, взялся за лямку и подался вперед. Сани уперлись полозом в выбоину у порога. Я толкнул сзади, Сема приподнял край. Груз сдвинулся. Плотник вытянул его на утоптанный след, расправил ремень на плечах.

Илька пошел следом. Рыжий шел, оглядывая боковые сараи, Кривой прикрывал отход. Я задержался у поворота и оглядел опустевший двор. Двери обеих построек были открытыми, возле первой валялась доска с выдранной скобой. Кажись чисто.