Наследник Тумана (СИ), стр. 26

— После площади направо, дальше увидите ворота госпиталя! — крикнул стражник с рацией. — Их уже предупредили!

Семен прибавил газ, и колонна въехала в город. Я смотрел на освещенные окна и понемногу расслаблял руку, все еще сжимавшую край сиденья. Теперь раненых хотя бы было куда везти.

До города мы добрались, но о хорошем завершении рейса говорить не приходилось. В грузовике лежали пятеро погибших, а утром нужно было снова выходить на дорогу.

Глава 10

Михайлов оказался типичным провинциальным городком. Думаю, тысяч двадцать населения, не больше. Узкие улочки, мощенные булыжником, двух- и трехэтажные дома из потемневшего от времени кирпича, редкие фонари на столбах. Центральная площадь с памятником какому-то генералу на коне — прямо напротив здания администрации с имперским гербом над входом.

Госпиталь располагался на окраине и представлял собой длинное двухэтажное здание с белыми стенами и красным крестом над входом. При нашем появлении из дверей выбежали санитары с носилками, следом за ними вышел врач в белом халате поверх камуфляжа.

— Сколько раненых? — сухо поинтересовался он.

— Трое тяжелых, пара легкораненых, — отрапортовал Семен, выбираясь из броневика. — И пятеро… — он помолчал, — пятеро в грузовике. Под брезентом.

Врач кивнул и повернулся к санитарам.

— Тяжелых в операционную. Легких в процедурную. Погибших… — он указал на боковую дверь, — туда, в морг.

Санитары засуетились, выгружая раненых. Костю несли осторожно, он был в сознании, но морщился от каждого движения. Трое охранников с серьезными ранами выглядели хуже. Палыч их стабилизировал, но, судя по всему, силенок на большее уже не хватило.

Меня и еще одного охранника, которому когти чиркнули по руке, отвели в процедурную. Она представляла собой небольшую комнату с кушетками и несколькими шкафами с медикаментами. Помимо привычных шкафов со стеклянными банками разных размеров и хирургическими инструментами, здесь на полках лежали какие-то разноцветные кристаллы, а на стенах были развешаны причудливые амулеты, светившиеся ровным голубым светом.

— Садитесь, — медсестра, женщина лет сорока с усталым лицом, показала на кушетку, — раздевайтесь до пояса.

Я стянул куртку и свитер, поморщившись от боли в боку. Повязка, наложенная Дмитрием Палычем, после магического обеззараживания пропиталась кровью не сильно, но достаточно, чтобы выглядеть впечатляюще.

Медсестра осмотрела рану и одобрительно хмыкнула.

— Грамотно обработали, хорошая полевая магия, но немного поверхностно. Сейчас доделаем.

Она достала из шкафа склянку с зеленоватой жидкостью и кисточку. Обмакнула кисточку в жидкость и начала наносить на рану, освобожденную от повязки, осторожными мазками. Ощущение было странным. Сначала холод, пробирающий до костей. Потом тепло, разливающееся по всему телу. И наконец невыносимый зуд, от которого хотелось расчесать бок до крови.

— Не чешите, — предупредила медсестра, заметив мое движение. — Это ткани срастаются. Потерпите минуту.

Минута растянулась в вечность. Но когда зуд утих, я посмотрел на бок и не поверил своим глазам.

Раны не было. Совсем. Только розоватые полосы на месте порезов — свежая тонкая кожа. Через пару дней, наверное, и они исчезнут.

— Магическая регенерация, — пояснила медсестра, убирая склянку. — Зелье на основе слез феникса. Дорогое, но эффективное. Для членов Гильдии — со скидкой.

Здоровье: 100%

Статус: здоров

— Спасибо. — Я натянул свитер обратно.

— Работа такая.

Пока одевался, в процедурную заглянул Семен.

— Как он?

— Готов, — ответила медсестра. — Можете забирать.

Семен кивнул мне.

— Пойдем. Нужно договориться насчет… — он не договорил, но я понял, что это насчет похорон.

Мы вышли в коридор. Госпиталь изнутри выглядел весьма своеобразно. Обычные двери и окна, но со светящимися рунами на стенах, а запах антисептика смешивался с чем-то травяным.

Семен нашел главврача — пожилого мужчину с седой бородой и очками в золотой оправе. Пока они переговаривались вполголоса, я стоял в стороне.

— Утром, в восемь, — сообщил Семен, вернувшись ко мне. — Кладбище находится за госпиталем. Могилы подготовят к этому времени.

— А тяжелораненые?

— К утру обещают поставить на ноги. Костю тоже подлатают, ребра срастят. В этом городе лекари уже руку набили на таких, как мы. Ну а сейчас в гостиницу, — Семен потер переносицу, — всем нам нужно отдохнуть. Завтра тяжелый день.

Гостиница «Заря» располагалась в центре Михайлова — трехэтажное здание из красного кирпича, с вывеской, на которой половина букв не горела. На ресепшене сидела полная женщина в цветастом халате, которая при виде грязных, уставших мужиков с оружием даже бровью не повела. Видимо, привыкла к такому контингенту.

Семен оплатил одноместные номера на всех. Нам повезло, что гостиница оказалась полупустой, так как, по словам моего спутника, обычно с номерами бывает сложнее. На вопрос, а почему нельзя было забронировать их, Семен посмотрел на меня с искренним удивлением.

— Так не принято, Койот, ты же должен это знать. Не первый раз в Туман ходишь.

Я ничего не ответил, просто пожал плечами, а мой собеседник только покачал головой, не став больше задавать вопросов.

Нас расселили на втором этаже. Мне достался четырнадцатый номер.

Комната была, мягко говоря, скромной. Ну я «хилтона» и не ожидал. Метров десять, не больше. Кровать с продавленным матрасом и клетчатым покрывалом, тумбочка со стоящей на ней лампой. Старый полированный шкаф с мутным зеркалом на дверце. Единственное окно выходило во внутренний двор, где на веревках сушилось чье-то белье.

Удобства были общие, в конце коридора — душ, туалет. Но, честно говоря, мне уже было все равно. Я скинул рюкзак, снял куртку и сапоги, плюхнулся на кровать. Пружины жалобно скрипнули под моим весом.

Несколько минут просто лежал, глядя в потолок с трещинами. Тело гудело от усталости, но сон не шел. Перед глазами стояла оскаленная пасть волколака и кровь на асфальте.

Пятеро погибших. Люди, которые были подготовлены лучше меня. Да я их не знал, но… теперь они лежат в морге госпиталя, ожидая утренних похорон. А я жив. Благодаря кому? Своему везению, Системе или Миле, которая всадила болт в альфу в нужный момент? А может, всем понемногу?

Стук в дверь вырвал меня из размышлений.

— Койот! — Голос Семена. — Ужин через полчаса. Внизу, в ресторане. Не опаздывай.

На первом этаже гостиницы располагался зал, который при большом желании можно было назвать рестораном. Но как по мне, самым подходящим для него словом было «столовая». Десяток столов с клеенчатыми скатертями, барная стойка в углу, меню на доске мелом и чисто «столовские» запахи супов и жареного мяса.

Несколько ламп под потолком создавали этакий интимный полумрак. Стены украшены выцветшими фотографиями видов Михайлова, каких-то торжественных мероприятий, групповыми снимками людей в форме.

За одним из столов уже сидели наши. Семен во главе, рядом — Дмитрий Палыч, выглядевший измотанным после целительства, и один охранник, которого лечили вместе со мной, напротив — Замяцкий, сжимающий в руках стакан с чем-то прозрачным. Мила устроилась с краю, ковыряя вилкой что-то в тарелке.

Я подошел к Миле, и она устало посмотрела на меня.

— А, явился, садись, — кивнула на свободный стул. — Сейчас еду принесут.

Официантка — та самая женщина с ресепшена, только уже в переднике — принесла поднос с тарелками. Густой наваристый борщ с куском мяса, черный свежий хлеб, котлеты с картошкой. А еще на столе стояла водка. И стаканы перед каждым. Я, покосившись на полный стакан Милы, плеснул из графина в свой.

Семен поднялся, взяв свой стакан.

— Помянем ребят, — произнес он глухо. — Игорь, Степан, Федька, Николай, Артем… Хорошие были люди. Настоящие воины. Пусть земля им будет пухом.