Его Сиятельство Вовчик. Часть 6 (СИ), стр. 5

— А если нет?

— Если нет — значит, мы умрем. Но я предпочту умереть в бою, чем сидеть здесь и ждать, пока меня возьмут за шкирку русские маги. — Халид бросил окурок на землю и растоптал его. — Ты со мной, старик?

Фарук помолчал, потом кивнул.

— Я с тобой. Потому что ты — не дурак. В отличие от тех, кто сидит за столом.

Они вернулись в склад. Спор не утихал — эмир Абдалла орал на Мухаммеда ибн-Саида, а Мехмед-паша пытался их разнять, но у него ничего не получалось. Аббас-мирза сидел, закрыв лицо руками, и казалось, что он молится.

— Кончай базар! — рявкнул Халид, и все замолчали. — Я сказал — кончай!

Он подошел к столу, уперся в него кулаками.

— Вы все прекрасно знаете, что другого шанса у нас не будет. Мы можем сидеть и ныть — и тогда русские придут, задавят нас и спасут фараона. Мы можем наступать по старинке — и тогда Тутмос поднимет своих мертвецов и положит нас всех. Или мы можем сделать по-моему. Рискованно, но с шансом. Я выбираю риск. А вы?

— А почему мы должны слушать тебя, наемник? — спросил эмир Абдалла. — Ты не стратег — простой воин.

— Потому что у меня есть русская взрывчатка, — спокойно ответил Халид. — И потому что я единственный, кто был в Луксоре. Я знаю, где вход в гробницу. Я знаю, как обойти патрули. Я знаю, как говорить с местными, чтобы они не сдали нас. А вы знаете только, как сидеть в штабе и пить чай.

— Ты…

— Я ничего. — Халид выпрямился. — Я предлагаю план. Ваше дело — одобрить его или нет. Если одобрите — я ухожу сегодня ночью. Если нет — я ухожу все равно, но уже без ваших людей. А без ваших людей у меня шансов меньше. Как и у вас. Так что решайте.

Тишина затянулась. Мехмед-паша посмотрел на Аббас-мирзу. Тот поднял голову и кивнул.

— Хорошо, — сказал маршал. — Действуй. Мы дадим тебе пятьсот человек. Из них двести — мои персидские маги-призыватели. Думаю, помощь джиннов и ифритов не будет лишней. Остальные — от племен. Эмир Абдалла, ты даешь сто всадников?

— Даю, — скрепя сердце, сказал тот.

— Мухаммед ибн-Саид?

— Пятьдесят разведчиков. Лучших.

— Шейх Фарук?

— Сто берберов. Они пойдут с тобой до конца.

— А я? — подал голос капитан Ахмед из Омана.

— А ты пришлешь нам баркасы, чтобы эвакуироваться, если что-то пойдет не так, — бросил Мехмед-паша. — Хотя бы пять. С максимальной защитой от магии. Иначе пойдешь в бой в первых рядах.

Ахмед обиженно замолчал.

Халид аль-Мансур собрал карты, раздал указания и вышел. На улице уже начинался вечер. Небо темнело, и первые звезды проглядывали сквозь пыльную мглу. Где-то далеко, за пустыней, мерцали огни Египта — той самой земли, которую он должен был завоевать или умереть.

— Ну что, — сказал он сам себе. — Еще один бой. Не последний. Надеюсь.

Он пошел в лагерь — готовить отряд. А в штабе остались сидеть генералы, которые уже сделали свой выбор. Выбор войны.

Через месяц, когда русские войдут в Берлин, они еще будут вспоминать этот вечер. Или не будут — потому что к тому времени их или не станет, или они будут слишком заняты, празднуя победу над Египтом.

Время покажет.

А пока над Эль-Ариш опускалась ночь — душная, темная, полная запахов войны и страха…

Глава 3

Глава 3

Окрестности Зальцбурга, то же время.

Австрийская империя.

Ночь с первого на второе июня выдалась пасмурной даже по австрийским меркам. Луну заволокло тяжелыми тучами, и единственным источником света в пригороде Зальцбурга были редкие фонари, которые чадили маслянистым желтым светом. Городок на окраине, где по разведданным собрались трое — кайзер Германии Фридрих Третий, президент Америки Мэтью Картер и император Австрии Рудольф Пятый — спал. Или делал вид.

Спецгруппа «Страж» Российской империи заняла позиции за час до сигнала.

Их было тридцать семь человек. Лучшие из лучших. Маги-стихийники, прошедшие огонь, воду и медные трубы на полях сражений. Тяжелые гренадеры в усиленных доспехах с вкраплениями черного железа — единственного сплава, который держал прямое попадание боевого заклинания. Три мага-иллюзиониста для прикрытия группы. Два снайпера-некроманта, способные видеть живые души сквозь стены. И командир — полковник Андрей Николаевич Воронов, боевой офицер, умелый тактик и один из сильнейших магов империи.

Он лежал в придорожной канаве, присыпанный ветками и грязью, и смотрел в тепловизор на неприметный двухэтажный особняк. Серый, с черепичной крышей, заросший плющом. Ничем не примечательный — таких в Зальцбурге десятки. Но под землей, как показывали магические сканеры, было три этажа бетона, артефактные щиты и не меньше сотни живых тел. Охрана — элитная, с модифицированными аурами.

— «Сокол» «Орлу», — прошептал Воронов в горловой ларингофон. — Доклад.

— «Орел» на месте, — ответил старший лейтенант Орлов, командовавший группой прикрытия. — Со стороны города чисто. Патрули проехали — не заметили.

— «Беркут»?

— «Беркут» готов. Маги-ветра ждут твоей команды. Как начнем — поднимем пылевую завесу на три минуты. Этого хватит.

— «Ястреб»?

— «Ястреб» за холмом. Две ракеты с выжигателями. После нашего отхода сравняют это место с землей.

Воронов перевел взгляд на особняк. Где-то там, за двойными стенами и тройными щитами, сидели трое, от которых зависела судьба мира. Взять их живыми — значит выиграть войну одним ударом. Убить — значит обезглавить врага. Задача была захватить. Но если не будет возможности — уничтожить. Впрочем, возможность их захвата он не рассматривал — убить проще и быстрей. Да и возни потом меньше.

— Всем группам. До сигнала — три минуты. Проверить оружие, артефакты, кристаллы. Иллюзионистам — приготовить подавление. Гренадерам — активировать броню. Маги-стихийщики — готовим слитный удар.

Послышались тихие щелчки, шорохи, едва слышное жужжание — заряжались кристаллы, активировались амулеты, доспехи наливались тусклым багровым светом.

Воронов поднял руку с часами. Секундная стрелка ползла. За двадцать секунд до нуля он глубоко вдохнул, задержал дыхание.

— Пять. Четыре. Три. Два. Один. Ноль. ВПЕРЕД!!!

Тишину ночи разорвал вой магических сирен — первая волна магического подавления накрыла особняк. Это были не люди, а сама смерть, спетая на частоте отчаяния. В домах вокруг залаяли собаки, закричали дети. Но это было только начало.

Группа «Страж» поднялась из земли, как призраки. Тридцать семь фигур в темно-серых костюмах, с лицами, закрытыми масками-черепами, ринулись к особняку.

Первыми шли гренадеры — восемь убийственных машин в человеческом обличье. Их доспехи стонали от натуги, из сочленений вырывался эфир. За ними — маги-стихийники, чьи руки уже светились красным, синим, зеленым.

Особняк проснулся. Охрана сработала мгновенно — профессионально, без паники. Вспыхнули прожектора, но их тут же погасили маги тьмы. По воздуху ударили первые заклинания — ослепляющие вспышки, звуковые удары.

Воронов видел, как двое его магов ментала — запрещенного везде, но были, как говорится, исключения — схватились за головы и рухнули на колени. У противника оказались щиты лучше, чем предполагали аналитики. Но третья менталистка, женщина с седыми косами, пробила-таки брешь. По особняку прокатилась волна замешательства.

— Штурм! — заорал Воронов в голос.

Гренадеры ударили в ворота. Не тараном — просто плечами, разогнанными магией ускорения. Кованое железо с протяжным стоном выгнулось, треснуло, и массивные створки рухнули внутрь, подмяв под себя двух охранников. Их кости хрустнули, как сухие ветки. Предсмертные крики смешались с общим грохотом и потерялись в нем.

Двор особняка превратился в пекло.

Из подземных галерей высыпала охрана — не люди, нет. Это были американские техномаги в бронекостюмах с сервоприводами, германские рыцари-берсерки с клинками, на которых пульсировала синяя смерть, и австрийские егеря-невидимки, которые растворялись в воздухе, оставляя только запах озона.