Сказание о второстепенном злодее 3, стр. 49
— Вы тоже, господин Бурген, если вам не… — заговорил принц, но договорить не успел.
— Ваше Высочество, — окликнул я его спокойным голосом.
— Что та…
Принц повернулся, и в ту же секунду я выпустил в него золотистую молнию из Зилиона. Чем ближе цель, тем сильнее электрический разряд. Рошель не успел даже моргнуть, как рухнул на землю — судороги мгновенно сковали его руки и ноги.
Бах!..
…
…
Как только Адель услышала хлопок, она тут же потянулась к мечу. Но уже в следующую секунду в её движениях возникла пауза, вызванная сильнейшим потрясением.
Она увидела принца, плашмя лежащего на земле; увидела Савина у него за спиной, его руку, золотистые искры возле наруча. На долю секунды она подумала, что напал кто-то другой, а Савин пытался обезвредить убийцу. На долю секунды она не захотела верить, что всё это происходит на самом деле, — но затем Савин шагнул вперёд и с леденящим, почти мёртвым выражением лица вонзил шпагу прямо в спину принца. Прямо в сердце.
— Стой! — вырвался из груди Адели запоздалый крик, короткий, но столь неистовый, что едва не сорвал голос.
Савин не обратил внимания. Он повернул шпагу, затем ещё раз, бесстрастно наблюдая, как тело принца содрогается в болезненных конвульсиях.
Он собирался повернуть её и в третий раз, но в ту же секунду налетел обжигающий ветер, и на него набросился Алекс. Глаза юноши горели яростью, его меч пылал, словно метеорит, но…
— Хм.
Антон презрительно хмыкнул и вскинул шпагу. Раздался звон, клинки встретились — и всё. Несмотря на бешеные усилия Алекса, налитые кровью глаза, предельное напряжение мышц и трещавшую под ногами каменную плитку, он не мог даже на миллиметр сдвинуть лезвие, которое Савин удерживал одной рукой.
— И это всё, на что ты способен? — спросил Антон всё тем же леденящим голосом.
Он с лёгкостью отбросил Алекса, заставив того отступить на несколько шагов. Юноша вцепился в меч обеими руками и попытался замахнуться снова — но Антон уже стоял перед ним, впечатывая ему в грудь кулак, объятый золотистыми молниями.
Алекс превратился в пушечное ядро и с грохотом врезался в ствол старого скрюченного дерева. Воздух наполнился запахом гари. Когда едкий дым с нотками жареного мяса обжёг горло Адель, она наконец пришла в себя, схватила меч и закричала:
— Что ты делаешь⁈
— До сих пор непонятно? — спокойно ответил Антон, встречая их растерянные и перепуганные взгляды. — Принц Рошель представляет… представлял собой единственную преграду между дворянской фракцией и абсолютной властью. Если от него избавиться, реформаторы потеряют всякую легитимность.
— Но вы же больше не дворянин… — произнесла Альфирия, кажется, единственная, кто ещё был способен хоть как-то держать себя в руках.
— Верно. Меня формально лишили титула, чтобы я смог войти в доверие к принцу. Это была моя идея — в итоге бесполезная. Этот глупец был настолько наивен, что и так бы подпустил меня к себе.
— Всё это время ты… — прохрипела Адель.
Внутри неё всё заледенело, и она чувствовала, как по этому льду расходятся глубокие трещины. Всё это время он обманывал их. Всё это время использовал, чтобы подобраться к своей цели…
Адель и сама не заметила, как бросилась на него с мечом наперевес.
— Зигфрид и Седрик — слева! Альфирия, задержи его! — выкрикнула девушка.
В ту же секунду её меч наполнился кристальной энергией. Савин вскинул перед собой шпагу, но клинок Адель прошёл сквозь неё без малейшего сопротивления.
Кристалл Огня 2-го Ранга: Гефест.
Меч Адель превратился в пламенный клинок, словно он состоял из чистой разрушительной энергии. Он прошёл сквозь шпагу Савина и опустился на его плечо — но Антон резко подался назад и вскинул руку. В следующее мгновение у Адель побелело перед глазами: разряд молнии, разрывая грудную клетку, отбросил её назад. Девушка рухнула на землю, заходясь в кашле. Казалось, вся кровь в её венах закипает от невыносимой боли.
С трудом подняв взгляд, она увидела Седрика. Он замахнулся кинжалом, но Савин грациозно заблокировал удар шпагой. Свободной рукой Антон перехватил копьё Зигфрида, пытавшегося зайти со спины, и резко развернулся. Превратив Зигфрида в «молот», он сперва сбил с ног Седрика, а затем швырнул его прямо в Альфирию.
— Ах! — вскрикнула Альфирия.
Савин воспользовался замешательством и с лёгкостью вырвался из зыбучего песка, затягивавшего его под землю.
На это у него ушло лишь мгновение, но даже эту заминку они могли бы использовать, чтобы перекрыть ему обзор и перегруппироваться для контратаки!
— Саша! — закричала Адель.
Ответа не последовало.
— А!.. — Саша Кляйн не успела даже вскинуть посох: за её спиной возникла Эльвира Савина и прижала к горлу лезвие кинжала.
— Ты скрывал свою силу! — выкрикнула Адель.
Её сердце колотилось с бешеной силой.
— Разумеется, — ответил Антон. — Ты только сейчас это заметила?
Адель стиснула зубы. Её руки, всё ещё дрожавшие от электрических судорог, зарывались в рыхлую землю. Они были растеряны, у неё не было времени придумать хороший план, она поторопилась и к тому же отряд с самого начала лишился Алекса… Но даже если забыть про все эти обстоятельства, смогли бы они тогда победить Антона Савина? Настоящего Антона Савина, которого она, казалось, видела впервые в жизни?
Адель не знала. Она попыталась подняться на ноги. Её бросало то в холод, то в жар, который становился всё сильнее.
Секунду спустя Адель поняла, что сам воздух словно сгустился от страшного жара. Девушка вздрогнула, повернулась — и сразу зажмурилась при виде ослепительного пламени.
— Стойте! — закричала она Зигфриду и Седрику, которые уже собирались броситься в очередную атаку.
— Очнулся наконец, — надменно произнёс Савин.
В его глазах отражалось всё более яркое пламя. Он смотрел на древнее дерево, которое разгоралось всё сильнее и сильнее; его искры, словно семена пожара, вихрем разносились по всему саду. А прямо перед ним стояло само пламя во плоти: юноша с горящими глазами и тёмными волосами, которые белели с каждой секундой, обретая цвет выжженного пепелища.
— Ты… ты!.. — прохрипел Алекс Кляйн.
— Выражайся чётче, если хочешь, чтобы тебя поняли, плебей, — потребовал Антон.
— Я… ТЕБЯ… УБЬЮ! — загремел Алекс.
Словно огненная комета, он быстрее ветра, быстрее молнии устремился на Антона. Даже Адель больше не могла уследить за ним. На долю секунды в её сердце вспыхнула надежда. Ещё не всё потеряно! Алекс победит Антона. Они схватят его и спасут принца — ещё не поздно, во дворце найдутся лекари, ещё не поздно!
Адель стиснула зубы, увидела ослепительную вспышку и…
— И это всё?
Голос Савина обдал её сердце ледяной волной.
— Жалкое зрелище.
Пламя развеялось, и девушка увидела, что Антон по-прежнему стоит на месте. Он не сдвинулся ни на шаг, не сделал даже малейшего движения в сторону. Лишь вытянул перед собой слегка подплавленную шпагу, на острие которой извивался…
— Алекс! — закричала Саша и попыталась рвануться вперёд, но Эльвира тут же пресекла её порыв, сильнее прижав лезвие к горлу.
Адель приоткрыла губы. Алекс висел на шпаге Савина, которая пронзала насквозь его сердце. Он брыкался, извивался, все его потуги отзывались кровавым кашлем.
— Жалкое зрелище, — повторил Антон
— Кх!..
Савин взмахнул рукой и отбросил Алекса, словно сухой листок, который зацепился за его шпагу. Алекс рухнул на землю и продолжил извиваться. Кровь хлестала у него изо рта и из раны на груди.
— Я пронзил тебе сердечный клапан, — заговорил Антон, неторопливо приближаясь к его трепещущему телу. — Ты выживешь, если не будешь слишком сильно брыкаться и напрягать сердце. Ясно?
Он вскинул ногу и мощным ударом обрушил её на голову Алекса. Юношу с болезненным хрипом вырвало кровью, и он потерял сознание.
В этот же момент его тело покинули последние остатки огненной маны. Ударная волна устремилась во все стороны. Она достигла стеклянной крыши — та начала плавиться прямо на глазах, осыпаясь каплями раскалённого стекла. Не успев долететь до земли, они — дзинь! — застывали прямо в падении и, ударяясь о землю, разлетались на тысячи сверкающих осколков.