Батя на время, стр. 4
— Не занудствуй, всё вышло замечательно. В итоге ты выкупил “Флеровий”. Откуда мне было знать, что появится какая-то баба и начнёт ставить палки в колёса? У меня с Козловым Лёшей уже всё было на мази.
Друг плюхается на стул напротив моего стола, задумчиво постукивает пальцем по нижней губе.
— Интересно, как она смогла выйти на “Нева-групп”?
— Почему думаешь, что это она?
Щёлкаю по письмам в почте на автомате. Перед глазами снова тот упрямый взгляд серых глаз с золотыми крапинками.
— Так говорю же, у меня с Лёхой всё было на мази, а он резко сменил курс…
— Выясни, что такого “Нева” была готова предложить, раз он засомневался в сделке с нами.
— На фига? — друг лениво отмахивается от моей просьбы. — Мы же их купили?
— Не мы, а я. Лёнь, ты проштрафился.
Лёня вскидывает руки вверх сдаваясь.
— Ладно! Узнаю, — приятель вдруг подаётся ко мне, заглядывая в глаза. Смотрит заговорщически, а на губах играет довольная ухмылка: — Что, Вадь, тебя можно поздравить?
— С покупкой “Флеровия” ты меня уже поздравил.
Лёня отмахивается.
— Я не про это. Я про вашу свадьбу с Лизкой.
Глава 5
Усмехаюсь.
Шустро меня пристроили.
— Лёнь, ну кто радуется лишению свободы? — усмехаюсь. — Даже если оно добровольное?
На лице друга замешательство, но он быстро его прячет.
— А я думал, Лизка выдаёт желаемое за действительное.
— Так и есть, но сколько мы с твоей сестрой? Почему бы и не узаконить наши отношения.
Лёня радостно хлопает в ладони!
— Нужно отметить!
— Я пас. Извини, приятель, но у меня дел накопилось.
Киваю на комп, давая понять, что пора и честь знать. К счастью, Лёня меня понимает. Кивает, встаёт с кресла для посетителей.
— Ладно, не буду мешать. Хотя, Вадь, столько работать вредно для здоровья.
— А столько бездельничать — для работы. И мы сегодня в этом убедились.
— Вадь, да я говорю, сделка была у меня в кармане! Откуда только эта девчонка взялась?! Так, надо Козлову позвонить. Узнать про эту малышку побольше.
Дверь закрывается за Лёней, а в голове остается лишь образ Зориной. Я разворачиваю кресло к огромному окну, за которым медленно спускаются сумерки, окрашивая город в синеву. Зачем ей было мешать сделке? Что она получила от этого? Она просто борется за свое место, как любое живое существо, попавшее в капкан? Или работает на “Неву”?
Зорина, Зорина.
Кто же ты такая, а?
Телефон на столе оживает. Тянусь к нему и совершенно не удивляюсь, когда на экране вижу номер Лизы.
Сбрасываю вызов. Потом следующий. В третий раз Лиза не звонит — посылает СМС.
“Котик, ты обиделся? Я больше не буду мешать. Приходи вечером, я приготовила твой любимый стейк”. Снова вибрация. “Я купила то вино, которое ты хвалил.”
“Не могу. Дела”, — быстро отбиваю ответ.
Перевожу телефон в беззвучный режим, переворачиваю экраном вниз, чтобы не отвлекаться.
И так что мы имеем?
Сорванный контракт с крупной гостиничной сетью. Неоплаченные счета. “Флеровий” чуть не ушёл из-под носа. И снова мысли метнулись к очаровательной мордашке с серыми глазами, прямым аристократическим носом и красивыми губами.
Зорина, откуда ты взялась?
Почему Алёшенька к тебе прислушивается? Любовники? Или просто доверяет твоему мнению?
Мне срочно нужны ответы!
Срываюсь с места быстрее, чем успеваю всё обдумать. Телефон, ключи от тачки, пальто накидываю на ходу. Надо было домашний адрес Зориной для приличия пробить. А то к офису приеду и поцелую дверь.
Но, несмотря на здравый смысл, всё равно несусь вперёд.
Благо до офиса “Флеровия” ехать недолго. Пробок в том направлении в это время почти не бывает. Поэтому меньше чем через полчаса я паркуюсь у нужного мне бизнес-центра.
Выхожу из машины, и тут мне в руки добыча сама прилетает.
— Здравствуйте, Валентина, давно не виделись.
Зорина теряется на долю секунды, но быстро берёт себя в руки. Вместо растерянности в глазах горит злость, а ещё обещание огреть меня чем-нибудь, если не уберу руки. Только я угрозу пропускаю мимо. Зачем отпускать то, что само в руки прилетело?
— Вадим Тимофеевич, какая неожиданная встреча. И не сказать, что приятная. Вы бы не могли увеличить между нами дистанцию для моего морального спокойствия и психического здоровья?
— Мог бы, конечно. Но не хочу. Поехали, Валентина, довезу вас до дома.
— Не стоит. Мне пешком дойти быстрее.
Пытается аккуратно выбраться из моих рук, но я их крепче сжимаю на тонкой талии. Чувствую, как Валентина замирает, как под моими пальцами напрягается каждый мускул ее тела. Не страх — ярость, сдержанная и холодная.
— Вадим Тимофеевич, я вам не ваша кисуля, чтобы хватать меня как заблагорассудится.
— Всё-таки вам моя личная жизнь не даёт покоя, да? — подаюсь вперёд, сокращая расстояние между нами. — Валентина, так я не против. Здесь недалеко есть отличная гостиница…
— Вадим Тимофеевич, а вы ничего не попутали? — шипит разъярённой кошкой, наконец-то сбросив ледяную маску.
— Так сколько, Валентина, вы стоите? За сколько сребреников продались Козлову-младшему? Или “Неве-групп”?
Пощёчина звучит оглушающе. Ни поток машин на оживлённом проспекте, ни суета прохожих, снующих туда-сюда, не способны заглушить этот звук.
Разжимаю пальцы, наконец, отпуская Зорину. Она тут же делает шаг назад.
— Надеюсь, судьба благосклонна и мы больше с вами не встретимся.
Глава 6
— Мам, я к тебе пришлю водителя.
Растираю лицо от усталости и снова опускаю взгляд в отчёт продажников.
— Вадюшенька, у меня три сына! И ни один из них не может найти время, чтобы забрать меня из больницы! Может, мне твоего водителя усыновить, раз у него находится время?!
— У меня работа…
— У тебя всегда работа! Вадя, всё. Это не обсуждается, я тебя жду.
Мама сбрасывает вызов, давая понять, что возражений не потерпит. Да и спорить с мамой бесполезно. Проще космический корабль построить и отправить на Марс жизнь искать.
Жекич, хитрый засранец, свалил в другой город, а где Костика носит?! Почему не может найти для любимой матушки несколько часов.
Звоню брату, но у того выключен телефон. Ясно, значит, всё-таки мне ехать за матерью.
Может, и к лучшему. Небольшая передышка пойдёт на пользу.
— Свет, я отъехал. По мобильному доступен.
Девушка послушно кивает.
До больницы доезжаю почти спустя два часа, собрав все возможные пробки на пути. Внутрь решаю не заходить, терпеть не могу эти голубые стены, которые навевают печаль и запах безнадёжности, что так и витает внутри.
Тем более не люблю государственные, но мать наотрез отказывается от обследований в частной клинике. Говорит, что всю жизнь проработала здесь и может доверять себя только коллегам, которых знает.
И хорошо, что не стал заходить! Успел поймать двух руферов.
Сложно сказать, почему пошёл у них на поводу и решил им подыграть. Возможно, вспомнил, как мы так же с братьями оставались одни, потому что нашей матери некому было помочь. А возможно, послушал интуицию. Так как, когда мы зашли в палату к матери пацанов, я возликовал! Нет, не тому, что Зорина сидит бледная на больничной койке и пытается не показывать боли, а нашей встрече.
Эх, Валентина, ты хотела, чтоб судьба была благосклонна, она такой и оказалась!
Выжимаю из ситуации по максимуму. Когда ещё такой шанс выпадет?
— Валь, я за ними присмотрю, зато так они смогут тебя навещать.
Намеренно давлю на болевую точку. Пацаны мне помогают. Жмутся к матери, говорят, как не хотят от неё уезжать.
— Зачем вам это?
— Считайте это извинением за наше знакомство.
По её глазам вижу, что она не верит мне.
— Ма, он вроде адекватный мужик, спас нас… — один вовремя осекается, прикусывает язык.
На выручку приходит второй: