"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 (СИ), стр. 331

– Ничего себе старушка! – удивленно произносит Тюсондзи. – Автор детских книжек с картинками…

Я слышал, что раньше люди действительно были здоровее и крепче, но ее движения кажутся поразительно легкими.

Я чувствую боль в руке. Все это время я сжимал брелок с ключами так крепко, что они впились в кожу ладони.

– Тюсондзи-сан, умеете управлять мопедом?

– Ну… думаю, справлюсь.

Передвигая дрожащими ногами, мы наконец добираемся до задней части дома. Рядом с сараем припаркован черный мопед. Это старая модель, но выглядит он почти как новый.

– Сможете использовать? – спрашиваю я, указывая на компьютер, который Тюсондзи бережно держит в руках. Я надеюсь услышать от него, что все будет в порядке.

Но он грубо отшвыривает компьютер в сторону.

– Невозможно. Он уничтожен.

Я так взволнован, что с трудом держусь на ногах.

– А фото? Вы сделали фото программного кода?

Нам нужен был не сам компьютер, а текст кода, выведенный на его экран.

– Разбился прежде, чем я успел… Как же так! – Лицо Ацуси Тюсондзи искажает гримаса. – Это конец. Бедный Озбел попал под ноги слона…

Программа, позволяющая уничтожить «Велекасери», исчезла до того, как мы смогли ее скопировать.

Я вспоминаю Тэрао Тэрасиму, которого лишь однажды встретил в синкансэне. Его самые большие опасения в итоге оправдались.

– Все равно мы сбежали, – говорит Тюсондзи и садится на водительское сиденье мопеда, нажимая кнопку стартера. Мопед вздрагивает, как пробудившийся зверь. – Заработал… Разве ключ не у тебя?

Я уже собираюсь ответить, что это не так, но вспоминаю о брелоке «Я – Май-Май». Неужели у мопеда сенсорный ключ, действующий на расстоянии?

Раздается громкий звук. Кажется, что мопед под нами взорвался, но это, конечно, не так. За нашими спинами раздается еще один выстрел. Похоже, стрелял первый полицейский. Стоит мне подумать, что он промазал, как пуля пролетает прямо рядом со мной.

Мопед заводится. Вытянув обе руки вперед, я крепко хватаюсь за Тюсондзи. Совсем как во время езды на велосипеде в Сэндае. Приходится закрыть глаза и отдаться на волю скорости. Громкий шум, похожий на внутриутробный рык большого зверя, проходит сквозь мое тело.

Я хотел жить спокойно, но почему все так? Почему моей мирной жизни пришел конец? Что я такого сделал?

«Если не взболтать, эксперимент не получится». Слова сами всплывают в моей голове. В ту же секунду мопед резко набирает скорость, и меня отбрасывает назад.

Перемешать содержимое колбы. Стагнация – это всегда зло. Создавать и уничтожать. Создавать, уничтожать.

Набирающий скорость голос проникает в мою голову и, пройдя насквозь, остается где-то позади. Мопед, накренившись, входит в вираж. Мое тело тоже наклоняется набок. В голове возникает образ Кагэторы Хиямы.

Почему конфликт неизбежен? Когда-то он сказал, что конфликт, как и погодные явления, нельзя контролировать или остановить.

Центр тяжести смещается вправо, затем влево. Мопед довольно долго поднимается на холм, потом плавно спускается.

«Думаю, люди, оказавшиеся в замешательстве, чаще других подвергаются испытаниям», – раздается в моей голове другой голос. Сперва я решаю, что это тоже Кагэтора Хияма, но потом вспоминаю, что это не так. Это Хината-сан.

Это было пять лет назад в больнице, когда я только пришел в сознание после аварии. Я пришел в себя, но память до конца не вернулась, поэтому я никак не мог вспомнить, кто я такой. Хината-сан сказала, что это было испытанием для меня. Она не отстранилась, испугавшись моего полубезумного состояния, а постаралась успокоить. Благодаря ей я смог постепенно восстановить память, словно переплетая грубо оборванные кем-то нити.

Шум ветра проникает в уши, резко прерывая мои мысли. Я с ужасом понимаю, что на мне нет шлема. Езда без шлема – довольно опасное нарушение, которое непременно попадет в поле зрения городских камер видеонаблюдения.

На перекрестке в конце горной дороги мы проезжаем на красный сигнал светофора и наконец останавливаемся.

– Куда мы едем? – спрашиваю я у Тюсондзи. – У нас нет шлемов, это опасно!

Ацуси Тюсондзи, кажется, не слышит моих слов. Он вцепился в руль и опустил глаза.

– Тюсондзи-сан! Куда дальше? Без шлемов ехать опасно! – громче говорю я. Тут вспоминаю, что глушилка не даст камерам нас засечь. Напуганный тем, что Тюсондзи не отвечает, я пытаюсь слезть с мопеда, когда он поворачивается и говорит:

– Пришло сообщение.

– Сообщение?

– Система связи на мопеде. Это лампочка означает, что пришло сообщение.

– От кого?

Ацуси Тюсондзи жмет на кнопки на панели управления. Из неизвестно где расположенной колонки раздается мужской голос. Он звучит неразборчиво. Затем раздается громкий крик:

– В твоем-то возрасте!..

Наконец вернувшись в Токио, я собираюсь зайти в полицейский участок.

– Хияма, иди сюда.

Не успеваю я ответить, как меня усаживают в патрульный автомобиль.

Я хотел избежать очередной поездки на машине, но мне это не удается. Закрыв глаза, я терплю и пытаюсь отвлечься от тряски, с благодарностью замечая, что мы хотя бы не на автостраде.

Местом, куда меня, обливающегося по'том, везут, оказывается библиотека. Раньше подобные места были полны бумажных книг, но теперь вся информация полностью оцифрована. Здание библиотеки, напоминающее три гигантские трубы, поставленные друг на друга, не только известно как туристическая достопримечательность, но и активно используется для поиска нужных сведений.

– Говорят, одна из сотрудниц – его девушка.

– Чья?

– Твоего одноклассника.

Он говорит о Наомасе Мито, и, несмотря на то что это явно задумывалось как шутка, на моем лице отражается недовольство.

– Хияма, не делай такое лицо!

– Я почти ничего не знаю о нем, – с трудом выговариваю я. Его не назвать моим другом или знакомым. Он был мне чужим, но не настолько, чтобы называть его незнакомцем.

– Как вы его нашли? – спрашиваю я, входя в здание. На входе установлен турникет, но я протягиваю свое удостоверение охраннику, и он пропускает меня внутрь.

– Через сотрудницу.

– У Мито небогатое окружение. Он на удивление одинокий человек.

– Вот как…

Можно сказать, такой же, как и я.

– Ни друзей, ни членов семьи. Оба его родителя погибли в автокатастрофе, когда он был ребенком. Ему не на кого положиться.

Как и мне.

– Между отправителем, курьером и получателем не было никаких контактов, и я был готов сдаться, думая, что уже ничего не удастся выяснить.

– Почему же не сдался?

– В квартире Мито мы обнаружили мессенджер с оповещением о пропущенном звонке. Я набрал номер, и ответила женщина. Немного поговорив с ней, я выяснил, что она состоит в отношениях с Мито.

– Она работает здесь? Как отреагировала?

Неудивительно, если она запаниковала, внезапно узнав, что ее возлюбленного преследует полиция. Иногда люди стремятся защитить своих близких и ведут себя холодно, воспринимая полицейских как врагов.

– Ну… она уже успокоилась. Ее зовут Хината Кёко.

– Наверное, ее это шокировало. Готова сотрудничать?

– Я объяснил ей, что Наомаса Мито, вероятнее всего, не главный подозреваемый и что он оказался случайно втянут в это дело. Она обещала сообщить, как только он выйдет с ней на связь.

– Им удалось связаться? – спрашиваю я. – У нас нет никаких данных об использовании пасска, принадлежащего Мито.

– Был анонимный звонок с устройства Ацуси Тюсондзи. Мито обратился к Хинате Кёко с просьбой найти старую статью и переслать ему.

– Какую статью?

– Эссе автора детских книг с картинками.

– Да?

– Удивлен?

– Может, он планирует побег в мир книжек с картинками?

– Я тоже так подумал. Но Хината Кёко предположила, что он может искать дом автора.

– Дом автора? Но зачем?

– По ее словам, эти книги очень важны для Мито. Поэтому она и предположила, что он захочет встретиться с их автором. Сперва мы решили, что это какая-то сумасбродная идея, но, прочитав эссе, поняли, что найти дом вполне реально. Там нет реального адреса, но есть подробное описание округи.