"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 (СИ), стр. 324
– Даже если они не ведут запись, может сработать система распознавания лиц.
Я не подумал об этом, когда скрылся в туалете, уверенный, что самодельная глушилка легко создаст помехи для беспроводной связи.
Вымыв руки, я выхожу.
– Знаешь, кто нас преследует?
– Да.
– Было похоже, что, убегая из Сэндая, ты узнал того, кто за тобой гонится.
– А, этот полицейский, – отвечаю я, вспомнив, что нет необходимости скрывать это. – Мы вместе учились в общеобразовательной школе. Случайно встретились в поезде.
– Он преследовал Тэрасиму?
– Кажется, да. Я не ожидал встретить одноклассника спустя столько времени.
Мы проходим мимо сувенирного магазина. У стойки с информацией о разнообразных маршрутах и прогнозами погоды стоит большая группа людей с пасска в руках. Подумав, что они могут заниматься поисками информации обо мне, я прибавляю шаг.
Когда мы выходим из здания на парковку, Тюсондзи говорит:
– Нелегко тебе. За тобой гонится друг…
– Мы не друзья. – Мой голос звучит громче, чем я ожидал.
– Вы враждуете?
– Нет.
– Есть обида?
Не думаю, что между нами есть какая-то обида. Нас можно назвать товарищами по несчастью, единственными, кто действительно мог разделить потрясение от потери всей семьи в автомобильной аварии. Однако подобное противостояние такой силы никак не могло возникнуть между товарищами.
– Не было обид.
– Получается, вы естественные враги.
– Естественные враги?
– Кошки и крысы, кокциды [290] и улитки. Враги с рождения. Например, змеи и лягушки.
Я снова вспоминаю о детской книжке об улитке со стальным панцирем и копьем Лонгина, способной победить любого противника. В детстве я был буквально одержим этой историей и купил не только электронную версию, но и печатную книгу, которую читал в свободное время.
– Что-то не так? – спрашивает Тюсондзи Ацуси, подойдя к арендованной нами машине, на которой мы приехали сюда.
– Нет, – отвечаю. Я стараюсь избегать почти всего, что было хоть как-то связано с автокатастрофой или напоминает о пережитом ужасе, но до сих пор продолжаю любить книгу об улитке Май-Май. Я говорю ему об этом. Выслушав меня, Тюсондзи отвечает:
– Та книжка с картинками? Я тоже любил ее в детстве!
Похоже, он искренне заинтересован.
Только сейчас я замечаю, что на парковке резвится ребенок. Он хаотично бегает между рядами припаркованных машин – то по вертикали, то по горизонтали. На вид ему около пяти или шести лет. Сперва я наблюдаю за ним с теплотой, решив, что это бодрый и энергичный малыш, но, когда слежу за странными движениями его головы, мне становится не по себе. Он так увлечен игрой, не задумываясь, что любой из припаркованных автомобилей может неожиданно прийти в движение. Вероятно, ребенок не способен вообразить, что случится, если произойдет столкновение.
Я слышу голос взрослого, вероятно позвавшего ребенка по имени. Тот теряется из виду. Казалось, чем дольше его зовут, тем дальше он убегает.
Я следую за ребенком. Возможно, мне не стоит переживать, но я хочу предпринять хоть что-то, пока не стало слишком поздно.
Слишком опасно.
Несмотря на то что современные автомобили оснащены специальными датчиками, определяющими расстояние до людей и препятствий, чтобы совершить аварийную остановку до того, как произойдет столкновение, они все же не способны среагировать на внезапное появление человека на своем пути. Ребенок мог запросто выскочить перед движущимся автомобилем. Родителям следует внимательнее следить за ним!
На стоянку въезжает пикап. В то же мгновение ребенок возникает у него на пути, словно реагируя на только ему слышный сигнал тревоги. Я не раздумывая бросаюсь в его сторону.
На волосок от гибели.
Схватив ребенка, я быстро откатываюсь в сторону от машины.
– Я впервые видел спасение ребенка! Было похоже на сцену из драматического фильма, – несколько раз повторяет Ацуси Тюсондзи, когда мы уже едем в машине.
– Завязывайте.
Он несколько раз повторил эту историю о спасении на пути из сервисной зоны в Сайтаме в Токио. Какая же удача, что рядом с ребенком, которому угрожала гибель, оказался я…
– Чего не скажешь об отношении родителей ребенка к случившемуся – они даже не поблагодарили тебя, когда ты передал им ребенка…
– Они не видели, что именно произошло, так что ничего не поделать, – спокойно отвечаю я, хотя тоже разочарован их реакцией. Я представил, что они будут так счастливы, ведь я спас жизнь их драгоценного ребенка, что бросятся ко мне с объятиями и благодарностью. Я даже планировал ответить что-то вроде: «Не стоит, я просто поступил правильно».
Однако, когда я передавал рыдающего ребенка родителям, те лишь посмотрели на меня с презрением, как на подозрительного незнакомца, доведшего их дитя до слез. Даже их «спасибо» было напрочь лишено чувства благодарности. Единственным человеком, кто хоть как-то спас положение, был Ацуси Тюсондзи.
– Ваш сын был в большой опасности. Выбежал прямо перед машиной, которая чуть не сбила его! Мы его спасли!
Я чувствовал себя неловко, когда он рассказывал о нашей общей заслуге, но его несколько преувеличенный и приукрашенный рассказ помог родителям понять, что же произошло с ребенком. Тот наконец перестал плакать и то и дело срывающимся голосом подтвердил рассказ Тюсондзи. В результате впечатленные родители искренне поблагодарили нас. Однако их благодарность показалась мне чрезмерной.
– Вы спасли жизнь нашему сыну, мы не можем вас просто так отпустить! Позвольте вас отблагодарить!
Когда я попытался уйти, сославшись на занятость, они попросили назвать мои имя и адрес. Поскольку я не мог разглашать свою личную информацию, то поспешил скрыться в машине – и теперь чувствовал себя скорее беглецом, чем спасителем.
Съехав с шоссе Син-Тохоку, мы минуем развязку Син-Куки-Сираока и выезжаем на новую кольцевую магистраль.
– Что-то не так…
– Что? – Я оборачиваюсь. Неужели погоня?
– Нет. Я о новостях. На навигационный экран транслируются новости. Группа людей с топорами напала на автомобиль, есть раненые.
Новостное сообщение бежит по нижней части экрана, пока автомобиль движется в режиме автоматического управления. Ацуси Тюсондзи читает новости, убрав руки с руля.
– Вместо того чтобы преследовать нас, лучше бы полицейские занялись чем-то серьезным вроде этого.
Я все еще в ужасе оттого, что нахожусь в движущемся автомобиле. Все мое тело так напряжено, что, несмотря на то что я неподвижно сижу на месте, мышцы рук и ног болят от усталости. Не способный расслабиться, я отгоняю воспоминания об ужасных событиях, пережитых мной во времена начальной школы, – страшные сцены аварии, унесшей жизни всей моей семьи.
Не думай об этом, не надо думать…
Я не заметил, как заснул. Меня разбудило легкое прикосновение к моему плечу.
– Приехали? – не до конца проснувшись, громко спрашиваю я.
– Куда?
– Куда? В Хатиодзи, в место назначения. Приехали?
Не входи в реку…
Местом назначения был частный дом в Хатиодзи, о котором напомнила строчка из «Озбела и слона». Дом, в котором жила старушка.
Быстро оглядевшись, я вижу большую парковку. Автомобиль съехал с шоссе, неподалеку уже виднеются жилые дома. Я с облегчением осознаю, что автомобиль наконец остановился.
– Но… где река?
– Не спрашивай меня, – серьезно отвечает Тюсондзи.
– А кого мне спросить? Ведь это вас чуть не унесло рекой.
– Мы с Тэрасимой заблудились и оказались у того дома. Потому что заблудились. Как я мог запомнить его адрес?
Я тяжело вздыхаю, не придумав, что ему ответить.
– Пока ты мирно спал, я ездил вокруг с места на место, пытаясь вспомнить. Но понял, что не смогу заблудиться точно так же, как раньше. Тут я просчитался.
– Ты даже не знаешь, что это была за река?
Он долго ездил по району Хатиодзи в поисках знакомых видов – реки или гор, оставшихся в его памяти.