"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 (СИ), стр. 316

Есть множество компаний, занимающихся подобным бизнесом. Я не настолько известен, хотя и горжусь тем, что выполняю свою работу добросовестно, поэтому рад тому, что кто-то оценил мой профессионализм.

Возможно, кто-то меня порекомендовал? Кто-то сказал: «Если нужен курьер, то обратись к Мито»? Во все времена сарафанное радио играет огромную роль.

Прислонившись к корпусу качающегося вагона, я безучастно гляжу в окно на стены подземного туннеля. Мои мысли возвращаются к Кагэторе Хияме. Напряженное выражение его лица, когда он увидел меня в вагоне, наверное, было зеркальным отражением моего собственного лица. Все мое тело дрожало, я трусил…

Совсем как в тот день, когда мы встретились на крыше школьного здания.

Ближе к выпуску из шестого класса общеобразовательной школы, в марте, я, придя домой, обнаружил, что оставил в классе свой планшет, и решил вернуться за ним. Проходя в школьные ворота, поднял глаза и испугался, заметив тень на крыше школы.

Кто-то собирался прыгнуть оттуда вниз?

Когда я понял это, то сразу бросился бежать. Я вбежал в здание школы и, не сняв обувь у входа, помчался вверх по лестнице. Добравшись до последнего этажа, обнаружил, что обычно запертая дверь на крышу осталась открытой, поэтому не раздумывая выбежал на крышу.

Там стоял Кагэтора Хияма. Он находился в нескольких метрах от меня.

Заметив меня, он весь напрягся. Я быстро отвел взгляд. С тех пор как он перевелся в мою школу, я всячески старался избегать общения с ним. Он отвечал мне тем же.

Почему же мы встретились здесь почти перед самым выпускным?

Увидев тень, я испугался, что кто-то собирается спрыгнуть с крыши. Я не знал, что это он. Вероятно, мне стоило объяснить ему это, но я не мог. Я был охвачен то ли волнением, то ли страхом, то ли всем сразу.

Его семья погибла из-за аварии с участием моей семьи. Моя семья погибла в столкновении с автомобилем его семьи. Кроме того, наши бабушки и дедушки ожесточенно спорили в суде. Нам обоим пришлось пройти через множество неприятностей друг из-за друга.

Я никогда не считал его своим врагом, хотя все говорило о том, что мы – естественные враги, которые никогда не должны встречаться.

Я не считал его врагом. А как насчет него?

Что думает он? Вопрос, который я давно хотел задать, застрял у меня в горле, и я не мог его произнести.

Посмотрев в сторону, я заметил бутылку у ограждения на краю крыши. Наверное, кто-то забыл ее здесь? Я поднял ее – бутылка оказалась пуста, на ней не было этикетки. Я поднял ее перед глазами, чтобы рассмотреть помутневшее стекло, но она неожиданно выскользнула у меня из руки и, упав, раскололась с резким высоким звуком.

Но как? У меня отличная хватка. Я ни перед кем не оправдываюсь, это действительно так. Может, мои пальцы сами разжались один за другим? Иначе быть не может. Самое логичное объяснение заключается в том, что бутылке было суждено упасть и разбиться.

Кагэтора Хияма оказался позади меня. Когда я обернулся, он резко схватил меня за воротник. Я не успел ни о чем подумать, но мое тело уже почувствовало опасность.

Сигнал тревоги.

Он распахнул глаза, его ноздри раздулись. Замахнулся правой рукой. Стоило мне понять, что он собирается ударить меня, как все мое тело вспыхнуло. Сначала я хотел попросить его остановиться, но меня охватило неожиданное чувство. Если я сейчас не приму ответных мер, меня изобьют. Я не хочу этого! Каждая клеточка моего тела кричала «Борись! Не проиграй!» Я не мог проиграть!

Я дернулся и изо всех сил схватил его за правое запястье. Тогда Хияма вдруг выдохнул и расслабился.

– Шучу, – пробормотал он.

– Что?

– Просто прикалываюсь, – сказал Хияма, но я не мог понять, правда ли это.

Его поведение совсем не было похоже на шутку. Должно быть, им двигали серьезные и мрачные мысли. Совсем как мной.

Он глубоко дышал, стараясь успокоиться; я последовал его примеру.

Затем он отвернулся в сторону.

Проследив за его взглядом, я заметил, что небо на горизонте окрасилось в необычный цвет – его нельзя было назвать ни оранжевым, ни красным. Длинное белое облако, словно нарисованное кистью, что-то напоминало своими замысловатыми очертаниями. Оно было похоже на огромного кита. Эфемерные белые мазки выделялись в солнечном свете. Изнутри тела кита пульсировали лучи красного цвета. Яркие цвета растекались по небу. Пока я пристально смотрел на облака, они начали растворяться, и кит медленно исчез.

Закат был красочным, но в то же время тревожным.

– Почему ведутся войны?

Я не ожидал услышать эти слова от Кагэторы Хиямы; казалось, что я сам их произнес.

– Конфликты возникают так просто… – На этот раз я был уверен, что это сказал он. Я понял, что именно конфликт привлек меня к нему.

– Вся история человечества – это войны и конфликты.

– Да.

– Разве между ними не бывает коротких передышек?

– Передышек от войны?

– Не бывает времени, когда все тихо и спокойно, а все войны сведены к нулю.

– Наверное.

– Никогда. Всегда кто-то где-то сражается. Такова история.

– Хочешь сказать, что мир и спокойствие всегда основаны на чьих-то жертвах?

Мои слова могли вызвать у него недовольство, но этого не произошло.

– Разве конфликты – это всегда плохо? Вовсе нет. Это основа всего.

– Основа? – Я не понимал, серьезно ли он говорит. – Во время сражений люди страдают, вещи ломаются… Лучше их избежать.

Я вспомнил детскую книжку с картинками, которую когда-то любил. Это была история об улитке, панцирь которой становился железным по ее желанию. О ней сняли аниме, и персонаж стал известен на всю страну. В разных частях Японии открылись тематические парки. У главной героини, улитки Май-Май, была коронная фраза: «Лучше не ссориться». Я хорошо это помню. «Я понимаю, иногда хочется сражаться. Но лучше не ссориться», – добродушно говорила Май-Май.

Мама читала мне эту книгу перед сном, когда я был совсем маленьким.

– Возможно, для каждого отдельного человека и даже для общества в целом конфликты – это плохо, – продолжил Кагэтора Хияма. – Но, с другой стороны, без них не обойтись. Это как перемешать содержимое колбы в лаборатории – без этого эксперимент не получится.

Кто проводит этот эксперимент?

– Без столкновений ничего не выйдет. Нет развития. Конфликты приводят к изменениям и рождению новых вещей. Энергия от столкновений с космическими телами создала океаны магмы. Луна – тоже результат множества столкновений. Разве вода не появилась от столкновения камней?

– Ну да… – неопределенно ответил я.

– Все движется к увеличению числа возможностей. Конфликты должны происходить, они суть необходимость. Экономика рухнет, если закончатся нужные нам товары. Как быть? Отнять то, что у нас есть. Тогда мы будем хотеть большего. Стагнация и экономия – это зло. Создай, разрушь. Создай, разрушь. Необязательно признавать, что вы разрушаете.

– Кому?

– Никому. Конфликты не исчезнут. Борьба никогда не прекратится, ведь они – это единственная цель.

Он взглянул на небо. Заходящее солнце подсвечивало облака. Солнечный свет стал золотым. Изображенные на картинах пейзажи часто меркнут по сравнению с виртуальными изображениями, проецируемыми на большой экран, но в тот момент заходящее солнце выглядело неповторимо прекрасно.

– Если это так, то что делать нам? Просто принять неизбежность конфликтов?

– Не совсем. Они не исчезнут. Совсем, как не исчезают дожди и бури. Но нам стоит постараться жить мирно, пока они неизбежно будут вокруг.

– Постараться?

– Нужны старания, чтобы сохранить спокойствие в стакане, содержимое которого постоянно перемешивают. Мир невозможен без усилий. Даже при всех усилиях мир не гарантирован, но наверняка известно одно: если ничего не делать – конфликт неизбежен.

Ветер внезапно усилился. Он пронесся по крыше у нас под ногами, разгоняя небольшой водоворот из гравия между мной и Хиямой. Закрутившись в спираль, взмахнул длинным хвостом и исчез.