Ловелас. Том 8 (СИ), стр. 48

И всё равно я перестал думать про слияние, Хьюза, орден Берии примерно на четвёртом такте.

Первой топ полетел у Шерил. Она его не сняла — она его именно швырнула, куда-то в сторону камина, и вскинула руки над головой, и я в который раз подумал, что зелёные глаза в сочетании с этой высокой, крепкой, немыслимо наглой грудью с маленькими светлыми сосками — это, вообще говоря, нечестно по отношению к мужчинам как классу.

Сью сняла свой аккуратно и положила на подлокотник, и это было очень в её духе: сестра одна, а характеры разные. Одинаковые с Шерил до последней родинки, и всё равно сразу видно, кто из них кто.

Камилла развязала свой сзади, не торопясь, и уронила одним движением. Ее грудь — и те самые маленькие тёмные соски, которые Берни две недели назад снимал под звёздами были прямо передо мной, без всякого проектора.

А Рейчел замешкалась, похоже, она просто застеснялась.

Свой топ она сняла не только последней, но и сначала прижав его к себе на пару секунд, и только потом опустила — и вот это движение, вот эта секунда стыда, стоила всех трёх предыдущих вместе взятых. Тонкая, узкая, с высокой грудью, которая я тут же захотел взять в ладонь.

Усталость к этому моменту из меня вышла окончательно и куда-то делась.

— И это ещё не весь сюрприз, — объявила Шерил.

— Что же еще? Я реально в нетерпении весь!

— Это ещё не сюрприз, — повторила она, повернулась ко мне спиной, наклонилась и стянула низ.

Следом Сью. Следом Камилла. Рейчел, зажмурившись, последней. Голые попки мелькнули на мгновение, девушки дружно повернулись обратно.

И я минуты полторы не мог сказать ни слова.

Потому что у всех четверых, на лобке, отпечатался белый силуэт. Кролик в профиль! С ушами.

Они загорали голыми, положив на тело трафарет! Вот это номер….

— Трафареты, — гордо подтвердила Шерил. — Из картона. Мы их у Берни в студии вырезали. Две недели, Кит. Три недели мы загорали, с этими штуками, каждый день по два часа, и Рейчел обгорела, и Сью говорила, что это глупо…

— Я говорила, — подтвердила Сью, загородив пах руками. Рейчел повторила ее жест один в один.

Этого я уже вытерпеть не смог. Вскочил, рванул с себя рубашку. Ближе всех стояла Рейчел — пунцовая с шеи до самого зайца, уже открывшая рот, чтобы что-то сказать.

Я её поймал, под громкий визг перекинул через плечо, крикнул:

— Все в спальню, — сказал я. — За мной. Немедленно. Это будет незабываемая ночь!

На третьей ступеньке в голову пришла мысль.

Их четверо.

Потяну ли?

Глава 28

Потянул! А помогло мне специальное резиновое кольцо, которое в самом начале протянула, подмигнув, Шерил. Оно надевалось на пенис, слегка стискивало его и дальше можно долго не кончать.

Мы почти мгновенно оказались на широкой кровати в моей спальне. Рейчел я сразу уложил на живот, слегка приподняв её бедра, и вошёл в неё сзади. Её влагалище было узким, невероятно горячим и уже достаточно влажным. Каждое моё глубокое движение заставляло её громко и сладостно стонать, и эти звуки моментально завели всех присутствующих.

Пока я размеренно и глубоко толчками погружался в Рейчел, Сьюзен оказалась совсем рядом. Не сбавляя темпа, я дотянулся рукой до её лобка, находя пальцами влажные, набухшие губки, и начал ласкать её чувствительную киску, плавно погружая один, а затем два пальца внутрь. Сью сладостно изогнулась, прижимаясь к моей руке.

В это же время Шерил, как самая отвязная из всех, переключила всё внимание на Камиллу. Усевшись рядом, Шерил начала жадно целовать кубинку в губы, спускаться поцелуями к её груди с тёмными сосками и ласкать её промежность. Камилла не осталась в долгу — её руки скользнули по телу Шерил, отвечая на ласки с невероятной страстью и чувственностью. Наблюдать за этим зрелищем было настоящим наслаждением, и это ещё больше завело меня. Если бы не кольцо, я бы почти сразу финишировал. А так получалось держаться.

Темп моих фрикций в Рейчел ускорялся. Она билась бёдрами мне навстречу, её стоны переросли в отчаянный крик, пока мощные судороги оргазма не охватили всё её тело. За минуту отстрелялась! Почувствовав, как её мышцы ритмично пульсируют вокруг моего члена, я дождался пика её разрядки и аккуратно извлёк эрегированный член.

Рейчел без сил упала на подушки, а я тут же переключился на Сьюзен. Раздвинув её стройные ноги, я одним плавным, но уверенным движением вошёл в неё на всю длину. Сью закрыла лицо руками, тихо ахнув от неожиданности и полноты ощущений. Внутри её буквально сводила судорога страсти, еще сильнее чем Рейчел. Я отчётливо чувствовал, как тугие мышцы её вагины крепко сжимают мой член, словно не желая отпускать. О нет! Я сегодня собирался «посетить» всех заек. А может и не по одному разу.

Я стал всаживаться в нее ещё сильнее и глубже, задавая жесткий, ритмичный темп.

— О боже! — громко закричала Сьюзен, закидывая ноги мне на плечи. — Я сейчас умру!

Её тело затрепетало, киска сжалась в финальном, невероятно сильном оргазмическом спазме, и она загатила глаза, тяжело задышала, полностью отдавшись разрядке.

Едва Сьюзен откинулась на простыни, обессиленная и счастливая, я перевёл дыхание. Стряхнул с себя пот, подальше натянул кольцо.

Настала очередь Камиллы, которая к этому моменту была уже предельно разогрета ласками Шерил. Вторую близняшку я решил, оставить на десерт.

* * *

Я проснулся от того, что солнце било прямо в левый глаз.

Шторы никто не задёрнул — вчера было не до штор. Я повернул голову и посмотрел на часы на тумбочке. Двенадцать ноль семь. Ничего себе… Полдень!

Рядом никого.

Подушки сохранили вмятины, но и только. На полу у изножья валялись трусики от бикини. Зеленые. Шерил? Я попытался вспомнить и не смог. Зато в памяти осталось, как мы кувыркались в кровати. Да так, что ныло все тело. Я посмотрел на член. Да, слегка синюшного цвета, но вроде не болит.

Честно сказать, такого у меня еще не было. Ни в этой жизни, ни в той.

Планка поднята так высоко, что дальше только потолок. И потолок, кстати, у меня в спальне лепной, с гипсовыми виноградными гроздьями. Вчера я его успел рассмотреть, когда Шерил села сверху. «Десерт» отказался самым требовательным, девушка скакала на мне много миль, не отпускала к Морфею очень долго.

Я сел на край кровати. Комната покачнулась и встала на место, но с опозданием, будто ей тоже надо было проснуться.

Встал.

Ноги держали примерно так же, как держат ноги человека на третьи сутки гриппа. Колени подрагивали сами по себе, отдельно от меня, и я постоял, держась за спинку кровати, пока они не договорились с остальным организмом.

В ванной было сыро. Полотенца лежали на полу все три — я их поднял и повесил, потому что двадцать два года в этом теле не отменяют сорока с лишним лет воспитания. Открыл холодную воду, сунул голову. Потом ещё раз. Почистил зубы пастой, которая на вкус как мел с мятой, и наконец поднял глаза на зеркало.

Оттуда на меня смотрел молодой парень, только что вернувшийся из недельного похода.

Скулы проступили. Под глазами — не синяки даже, а какая-то серая тень, будто её нарисовали большим пальцем. Глаза красные. На шее, возле ключицы — засос. Рубашку пришлось застегивать под горло.

Сколько я вчера сжёг калорий? Секс забирает примерно 200 килокалорий в час, за 4 часа выходит под тысячу. Половина дневной нормы!

Натуральный марафон… Профессиональный бегун после такого час лежит, ест банан и не разговаривает.

Только бегуну после финиша дают медаль и одеяло из фольги, а мне что? Где мой орден великого Ловеласа с Казановой первой степени?

Я закончил одеваться, спустился вниз, держась за перила чуть крепче, чем полагается человеку, который в этом доме хозяин.

В столовой пахло кофе.

Хэнк Олсен сидел у окна с чашкой и «Лос-Анджелес таймс», сложенной вчетверо. Наглаженный, бритый, в полотняном пиджаке. Судя по виду, он встал в шесть, пробежал свои мили и сделал все ката.