Властитель. Том 5 (СИ), стр. 29

Я вновь взмахнул клинком, желая развеять наведённую, и судя по ударам об ветки, вполне материальную иллюзию.

Вот только сколько бы я ни махал, лес не исчезал, хотя от моего меча в воздухе и оставались золотые разрезы.

Я с удивлением посмотрел на клинок, затем на окружавший меня лес. Я что, попал куда-то не туда? Это точно клетка для демонов?

— Чего размахался, окаянный? — внезапно раздался в тишине старческий скрипучий голос.

Я быстро огляделся. Говоривший явно прятался за деревьями, не рискуя выходить к человеку с оружием.

— Да вот, думаю, как бы эту иллюзию развеять.

— Тьфу на тебя, дуралея! — закаркала старуха, видимо это у неё такой смех. — Ты что ж, морок от правды отличить не могёшь?

Манера речи, интонации, специфическая лексика…

— Вы кто, бабушка?

Несколько секунд стояла тишина, а затем в метре от меня из-за дерева вышла сгорбленная, одетая в черные оборванные тряпки, старуха с клюкой, из которой росли мелкие листочки.

— А ты кто таков будешь⁈ — прищурилась она.

— Волкодав я, Алёшей звать, — и даже сам не зная почему, добавил: — Добрый молодец, на битву с Чермаком иду, да одного из местных владык защитить.

Ну, когда я заберу осколки Хроноса, то Чермак мгновенно потеряет весь интерес к тому лорду, на территории которого они оказались.

— Вот как! — взлетели её густые седые брови, что чуть свисали и касались сморщенных щёк. Она почесала свой большой, почти непропорциональный размеру головы, нос, и кивнула своим мыслям: — Тогда идём, добрый молодец, я тебя в баньке попарю, накормлю, спать уложу, а на утро с новой силой отправишься ты в свой великий поход. Ибо то, что ты собираешься сделать, истинный подвиг. А сейчас, — она окинула меня взглядом, — только голову сложишь.

Не веря в реальность происходящего, я поклонился:

— Спасибо, бабушка.

— Яга я. Пойдём, тут избушка моя недалеко.

На сколько я помнил, Бабу-ягу убил Раскольников своим топором, тогда как она оказалась здесь? Ведь она потомок богов, разве нет?

— Бабушка Яга, а как вы здесь оказались? — всё же не удержался я от вопроса, благо мы не спеша, с учётом её небольшого роста, двигались по лесу. — Вы же не демон.

— А кто такие демоны? — задала она мне встречный вопрос.

Немного поразмыслив, я ответил:

— Волшебные существа, олицетворяющие пороки людей.

Конечно, я скорее всего был неправ, поскольку информацию подчерпнул из книг своего прошлого мира, а в настоящем я никогда не интересовался демонами. Только одним, и то — поневоле.

Вновь каркающий смех разнёсся по лесу:

— Вот же вы человеки, истово веруете, что всё мироздание вокруг вас пляшет.

Я на это промолчал. А что тут скажешь? Если в моём новом мире люди не единственный разумный вид, то в моём прежнем человек — высшая степень эволюции.

Хотя и здесь, взять ту же Зевану с её отцом, хоть они и относят себя к расе богов, но физиология и магические способности вполне человеческие, за исключением возможности обращаться в зверей. И тут я не уверен, что люди на такое не способны. Скорее всего, кто-то изучил и тоже смог обращаться.

Яга немного помолчала, после чего вздохнула:

— Всему вас молодёжь учить нужно. Демоны— это сущности, в которых концентрация привычки сильнее всего остального.

От этих слов я чуть не остановился. Серьёзно? То есть, демоны — это ближе к механизмам, чем к живым существам. Чермак пожирает всё вокруг, а вот Яга помогает путникам и, наверное, ест некоторых из них, если не всех.

— И какая же у вас привычка? — спросил я и сжал рукоять клинка.

— Моя… — она окинула меня быстрым взглядом, и видимо заметила моё напряжение, — … я помогаю достойным и пожираю не достойных. А когда была война с людьми, то человечество вело себя не достойно. Нападало на деревни потомков богов и даже вырезало целый народ зеленокожих.

— И как вы оказались здесь? — от этих слов я напрягся только сильнее. Кто знает, по каким критериям она выбирает достойных и тех, кто сгодится на ужин.

— Пришёл ко мне один из ваших. Просил даров, а я посчитала его недостойным, и мы с ним сцепились. Он тогда меня топором своим и убил. Так я здесь и оказалась.

— И как же понять, достоин я или нет?

Лес был не густым, поэтому мы легко прошли сквозь него и вышли на новую полянку, на которой возвышалась трёхэтажная черная как уголь изба. Интересно, если приказать избушке повернуться ко мне передом, а к лесу, естественно, задом, будет ли эффект?

Глава 15

Я вырос на народных сказках, где почти в каждой так или иначе фигурировала Баба Яга со своим жилищем на курьих ножках. А потому, поддавшись порыву, с широкой улыбкой воскликнул:

— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, к ко мне передом!

Но ничего не произошло. Дом даже не пошевелился.

— Дурень, — хмыкнула Яга, — избушка и так уже стоит к нам передом! Куда ей ещё поворачиваться⁈ — После чего вновь каркающе засмеялась.

И правда, что-то я не подумал о такой очевидной вещи. Дверь, куда более чёрная чем остальной фасад волшебного дома, провалом бездны смотрела на нас.

Яга, всё так же посмеиваясь, зашагала вперёд, а я остался на месте, не спеша следовать за ней. Всё же, сказка сказками, но даже там Ягу частенько изображали настоящим чудовищем, и слепо входить в её жилище — не самый умный поступок, как не крути.

Подойдя к двери, она замерла, тяжело вздохнула и обернулась:

— Ты пришёл сюда с благородной целью. Я не особо сильна в волшбе, моя стихия — зелья да травы, но даже мне очевидно, что ты не лжёшь. Может не договариваешь, но это нормально. У каждого из нас есть что-то за пазухой. Главное, сердце… — после чего она обернулась ко мне и её обычные глаза на миг налились тёмно-жёлтым, — … оно должно быть чистым. И не важно к какой расе ты относишься. Всяк, кто приходил ко мне с чёрным сердцем, умирал.

— А тот, кто вас топором убил? — она его сочла недостойным, но я не ощутил ничего такого от Раскольникова, когда лично встретился и вместе с ним сражался против тёмных волков.

— Тогда, — она вновь тяжело вздохнула, — мой взор был затуманен ненавистью к людскому племени. Сердце его было чистым, но он считал меня врагом. Думал, что я как дракон чахну над златом, да служу Чернобогу верной службой. Не знаю откуда он это взял, но тогда нам было не до разговоров. Я ему даров не дала, отречься от Чернобога отказалась, а вступила в неравный бой, который проиграла. — Она немного помолчала и добавила: — Но я более не ношу в себе гнева на ваш род. Здесь, в этом проклятом месте, я нашла свой покой. И пусть порой приходится отваживать разных залётных, в остальном, всё спокойно.

Я несколько секунд пристально вглядывался в морщинистое лицо старухи, после чего кивнул:

— Я наследник бога времени Хроноса. Я не смогу прямо сейчас уничтожить Чермака, но смогу спасти лорда, стены которого сейчас штурмует эта тварь.

Старуха впервые за нашу встречу улыбнулась без каркающего смеха, и мне показалось, что искренне.

— Давно у меня не было в гостях молодых старших, это великая честь, — и она склонилась почти до земли. — Идём в дом. У нас много работы.

Я не чувствовал в её словах фальши, как и во взгляде, а потому рискнул и вошёл внутрь.

Я ожидал вполне конкретной обстановки: тёмная, маленькая комнатка с русской печью, завешенная различными сушёными ингредиентами, на подобии тушек лягушек и различных корений, и с маленьким, как в старых банях, окошком.

Но реальность, как часто бывает, отличается от наших представлений, а от фантазий и подавно.

— Располагайся, наследник, — доброжелательно произнесла Яга и указала на стол.

Жилище Бабы Яги оказалось просторным домом с большими окнами, чистыми полами и стенами из светлого дерева. Посередине стоял дубовый массивный стол, в углу располагалась винтовая лестница на верхние этажи, а в противоположном — печь. Но не та, на которой путешествовал Емеля с его щукой, а совсем другая. Это была просто металлическая дверка, вмурованная в стену, отделанная в круг красным кирпичом.