Мертвец (ЛП), стр. 43
— Хочешь потанцевать? — спросила соблазнительная красотка в бикини, которое было на три размера меньше, чем нужно.
Я наклонился вперед, и тень упала с моего лица.
— Привет, Милена.
Она вздрогнула. Ее реакцией было прикрыться, что, на мой взгляд, было странно, учитывая место проведения. Она очень быстро перешла от скромности к негодованию.
— Циско, ты мудак!
— Что я еще натворил?
Она шлепнула меня по руке.
— Мне не нравится, когда мои друзья приходят сюда.
Я поднял руки, сдаваясь.
— Я здесь не для того, чтобы создавать проблемы. Честно.
Внезапно появился тупица, который посрамил старые плакаты с Арнольдом.
— У вас какие-то проблемы?
Прежде чем я успел отказаться от своего предыдущего обещания, вмешалась Милена.
— Извини, Майк. У нас все в порядке. Я как раз уговаривал свою очаровательную клиентку угостить меня сексом на пляже.
Он кивнул и подозвал официантку с коктейлями.
— Ты же знаешь, что это обойдется мне в пятнадцать баксов, верно?
— Двадцать, — сказала она, присаживаясь. — И это чертовски разбавлено. Но тебе придется платить за мое время, когда я работаю.
— Пока я плачу... — начал я.
Милена ткнула в меня пальцем.
— Даже не смей шутить по этому поводу.
Я пожал плечами. Для нее это был деликатный вопрос. Я мог это понять. Официантка вернулась с чем-то вроде сока в бокале для мартини. Я озадаченно посмотрел на напиток, пытаясь понять, зачем кому-то его пить.
— Что случилось? — спросила Милена. — Я могу уделить тебе пять минут. А потом ты уходишь.
Я присвистнул, одновременно впечатленный и встревоженный. Это была уже не та Милена Фуэнтес, которую я знал. И дело было не только в пышных бедрах и большой груди. Она прошла долгий путь. Милена была сильной. Она перевернула все с ног на голову и добилась чего-то, может, и не хорошего, но лучшего.
— Эй, — скомандовала она, щелкнув пальцами. — Выше нос.
Я кивнул.
— Мне нужна твоя машина.
Она пожала плечами.
— И всё? Ты меня напугал.
— Дело не в этом, Милена. Мне нужна твоя помощь. Я понимаю, что прошу о многом, но ты единственная, кому я могу доверять.
Она отпила свой "напиток" и откинулась на спинку стула.
— Ну вот, теперь ты драматизируешь. У тебя много друзей, Циско.
— Ты удивишься. То, что я сделал сегодня... — я уставился на пиво в своей руке. Я делал всё, чтобы не смотреть ей в глаза. — Возможно, это навредило Эвану. Его карьере. Его семье. Его тихой жизни.
— Что ты сделал?
— Просто сказал правду. Последствия могут быть неприятными.
Милена накрыла мою руку своей, привлекая моё внимание.
— Циско. Никто не осудит тебя за то, что ты хочешь получить ответы. Особенно Эван.
— Он хотел, чтобы я держался от него подальше, но я этого не сделал.
— Он тебя простит.
— Я в этом не уверен, — сказал я. — Он хотел, чтобы я уехал из города.
— Если тебя пытаются убить, это не такая уж плохая идея, — возразила она. — Дело было не в моей безопасности. Дело было в его.
Она покачала головой.
— Это безумие.
Она залпом допила свой коктейль.
— Я не могу ему доверять, Милена. Больше не могу.
— Эван никогда бы тебя не предал. Он настоящий друг.
Я фыркнул, и это прозвучало агрессивнее, чем я хотел.
— Он в этом замешан, Милена. Может, когда-то он и был моим другом, но десять лет, это долгий срок. Я не могу винить его за то, что у него появились новые приоритеты.
— Это чушь собачья, — сказала она, вставая. — Послушай, Циско. Моя смена заканчивается через час. Приезжай ко мне. Расслабься. Ты поймешь, что я права.
Зазвонил мой одноразовый телефон. Номер был заблокирован.
— Ну вот, — сказал я, протягивая ей телефон. — Этот номер знает только один человек.
— Тогда, может, тебе стоит ответить, придурок. Он, наверное, переживает за тебя. Честно говоря, я тоже. Дай мне ключи от машины. Встретимся на улице.
Она ушла, улыбнувшись бармену. Надо было догадаться, что не стоит сюда приходить. Меньше всего мне хотелось портить кому-то жизнь. Я вышел на улицу, прикрывая глаза от слепящего солнца. Телефон перестал звонить, но потом зазвонил снова. Я прислонился к бетонной стене и ответил.
— Что, черт возьми, ты натворил? — потребовал Эван.
— Ты вообще хочешь услышать мою версию?
Он проигнорировал мой усталый сарказм.
— Говорят, там был настоящий ад, Циско. Настоящая кровавая бойня.
— Ты меня знаешь. Либо по-крупному, либо никак. Кстати, спасибо за звонок с наводкой.
Он громко вздохнул в трубку, давая понять, что решение далось ему нелегко.
— Тебе придется приехать, — наконец сказал он.
Я рассмеялся.
— И что? Сказать детективам, что я десять лет был зомби по указке нигерийской секты вудуистов?
— Мы скажем им, что ты десять лет был в тюрьме. Это правда.
— И что тогда, Эван? Меня обвинят в пособничестве мафии? Либо киллер, либо линчеватель. И то, и другое вне закона. — Я отошел в сторону от мужчины, закурившего сигарету, и понизил голос. — Я не пойду в полицию.
Он снова вздохнул. Полагаю, это его телефонный эквивалент жеста "руки в боки".
— Ты не оставляешь мне особого выбора.
— А какой выбор ты мне оставил? Ты знал, что нигерийцы держат комиссаров в своих руках. Ты знал, что Намади пешка. И ты попытался отмахнуться от меня. От своего лучшего друга.
Тон Эвана изменился, как будто он переложил телефон в другую руку.
— О чем ты говоришь?
— О сделке по реконструкции района.
— И что с ней? — он спросил.
— Намади участвовал в ряде сделок с землей в районе Бискейна. Сейчас там реализуется общегородской проект по возрождению района. Какое отношение это имеет к Намади Обазуайе?
— Причастен Тунджи Малу. Он был главным игроком в этой игре. Он убил меня, сделал своим рабом и приказал напасть на Святых Костей. Он хотел, чтобы преступления в Бискейне были у всех на слуху. Чтобы снизить стоимость недвижимости.
— Откуда у тебя эта информация?
— Не прикидывайся дурачком, Эван. Как ты думаешь, кому выгодна земля по бросовой цене? Тем, кто ее скупает. Намади и твоим боссам. Вот в чем дело. Я наконец-то понял. Дело не в нигерийской культуре. Это джентрификация. Больше денег для богатых под предлогом возрождения района и повышения безопасности. — Я сплюнул на пол. — Ты продал меня ради политической карьеры.
Эван на другом конце провода спокойно сглотнул, обдумывая ответ. Вместо того чтобы сразу все отрицать, он меня удивил.
— Я не могу говорить об этом по телефону, Циско. Нам нужно встретиться лично.
— И чем это отличается от того, чтобы сдаться полиции?
Он зашипел.
— Тебе нужно довериться мне, чувак. Вот как это делается.
У меня болела челюсть. Я сжал кулак. Я был на взводе.
Но я не был глупцом.
— Я подумаю об этом, — сказал я и повесил трубку.
Глава 34
Я позаимствовал крошечный "Фиат" Милены и поехал на юг, пока не начался час пик. Я проехал через Гроув, чтобы проверить адрес, который мне дал водитель Намади. По тенистым извилистым улочкам я добрался до уединенного особняка с внушительным забором. Из-за зарослей было трудно разглядеть, что происходит внутри, но красные и синие огни было сложно не заметить. Полицейские роились вокруг дома, как рабочие пчелы. Это означало, что тело Намади уже побывало в официальных инстанциях за пределами юрисдикции команды DROP. Дом Намади стал объектом повышенного внимания. В ближайшее время мне туда не попасть. Я развернулся и поехал обратно в центр Майами. В центре города начало проясняться. Движение было плотным, но все разъезжались по домам в конце рабочего дня. Это было удобно для парковки. Я прошел квартал и зашел в кофейню через дорогу от офиса Эвана. Я заказал у кого-то, кого называли бариста, что-то под названием "латте с тыквенными специями". Не знаю, когда будущее стало таким запутанным, но я не жаловался. Будущее было восхитительным. Я смотрел на часы и приставал к бариста с расспросами о том, что по-испански "большой", это "маленький". Через некоторое время я увидел то, чего ждал: из штаб-квартиры оперативной группы вышли полицейские детективы. Это означало, что ровно три минуты назад Милена позвонила Эвану. Она сказала ему, что я у нее дома в Мидтауне. Если бы полицейские проверили, они бы нашли мой сотовый на кофейном столике. Я думал, что они вряд ли смогут отследить мой одноразовый телефон по номеру, но Милена так не считала. Я решил, что в вопросах технологий такому ископаемому, как я, стоит прислушаться к стороннему мнению. Мое сердце сжалось, когда я увидел, как полицейские садятся в патрульные машины и уезжают. Это означало, что Эван считает меня враждебно настроенным игроком. С другой стороны, мой друг не поехал с ними. Как он и сказал, теперь он был скорее политиком, чем офицером, и остался, чтобы следить за ходом расследования. Команда DROP должна была прибыть в Мидтаун, и Милена должна была рассказать им душещипательную историю о том, как я ворвался к ней и приставал. С ней все будет в порядке. Минус в том, что я, скорее всего, больше не смогу у нее оставаться, на случай если за мной следят. Когда на улице стало пусто и Эван вернулся в здание, я тихо перешел дорогу. Тени в центре города становились все длиннее. День подходил к концу. Таймер, который я установил накануне, тоже почти сработал, так что нужно было торопиться. Я прокрался в здание оперативной группы и вышел из тени, когда понял, что в этом нет необходимости. В главном зале никого не было. Лейтенант Эван Кросс снова был в своем кабинете. На этот раз он стоял у принтера спиной ко мне. Я вошел, шаркая красными ботинками по ковру. Эван напрягся, потом вздохнул и опустил голову, не оборачиваясь.