Вечные Пески. Том 11 (СИ), стр. 6

Ранагнис подъехал, вместе с приближёнными, и, кривясь, выдал новый тезис:

— Вы!.. Вы обязаны были нам помочь!

— Я предлагал тебе помощь вчера, — я едва скосил на него взгляд, потому как продолжал смотреть на реку бойцов, льющуюся в ворота. — Могли бы все переночевать под куполом.

— Это трусость! — вскрикнул Ранагнасис так яростно, будто его ужалили. — Мы должны убивать демонов повсюду, где их видим! Ты разве не знаешь Законов Песка и Воды⁈

Попрекать меня незнанием законов? Это было забавно. Жаль, общая ситуация к смеху не располагала. За спиной ещё пахло гарью от тел павших воинов.

Я мог бы «ублюдку» ничего не отвечать. Однако решил дать ещё один шанс одуматься.

— Я и так убиваю демонов. Не первый год. Вполне успешно. А главное, стараюсь сохранить жизни. А ты скольких потерял убитыми за ночь? — я внимательно посмотрел на него.

И смотрел очень долго, честно ожидая ответа. «Ублюдок» молчал, то судорожно сжимая пальцы, будто мечтая меня удушить, то беспокойно оглядываясь назад.

— Я твой командующий! Меня назначили! — наконец, огрызнулся Ранагнис.

И в его голосе было столько детской обиды, что я невольно выгнул бровь и улыбнулся. Наша разница в возрасте была не слишком заметной. Вот только я давно вёл людей через грязь демонической войны, не требуя ни от кого помощи. А этот военачальник раскис после первого же ощутимого удара.

— Да не мой ты командующий… — спокойно отмахнулся я и указал на потрёпанных бойцов, вереницей тянущихся из города. — Вон твои подчинённые. Ими командуй, о них же и заботься. И заботься нормально. А я о своих сам позабочусь. А если не можешь без посторонней помощи сохранить людей и выполнить задание… Тогда, без обид, разворачивайся и иди обратно. Переправу тебе, думаю, быстро организуют.

Командующий, глядя на меня, разве что зубами не скрипел. А я подумал и всё-таки расщедрился на помощь. Правда, не ту, которую Ранагнис от меня требовал:

— Вот тебе бесплатный совет… Если твои шептуны не умеют ставить защитный купол, хотя бы не ночуй в открытом поле. Исключительно под прикрытием стен. Иначе останешься совсем без бойцов…

Последние слова обиженный командующий уже не слышал. Он развернул югла и с идеально ровной спиной направился к воротам. А следом за ним уехали другие всадники. Впрочем, похоже, то ли сам командующий, то ли кто-то из них совет-таки расслышал.

Мы следовали за союзным войском восемь дней. На северо-восток к Кесархашу. Дорога прямой стрелой шла между заброшенными полями, заросшими дикой травой по пояс.

Городки и деревни попадались нередко, но, ожидаемо, все пустые. Естественно, и припасов по складам толком не имелось. Если что и находилось, то давно сгнило и даже иухов не привлекало. Когда до привала было ещё далеко, мы просто пополняли запасы воды из колодцев.

А вот если близилось время привала, останавливались в городках. Союзники выставляли усиленные караулы на стенах, а мы по-прежнему накрывали лагерь куполом из чёрного песка. Это отнимало силы, но другого способа уберечь людей от ночных визитёров не было. Союзники, к слову, по-прежнему ночевали открыто, надеясь на стены и собственную удаль.

Между тем, атаки демонов шли каждую ночь. К счастью, чем дальше мы уходили от реки, тем меньше в темноте приходило врагов. А вот ближе к Кесархашу, скорее всего, ночные штурмы станут очень серьёзными.

Впрочем, шли мы всё-таки медленнее, чем изначально планировали. Союзники нередко покидали лагерь лишь к полудню. В то время как, чтобы успеть согласно плану, надо было выходить с утра.

И всё чаще бойцы объединённого войска косились на нас с видом: «А не дезертировать ли мне в наёмники?». Жаль, у них подобной возможности не было. Многие попали в войско по набору, когда власти сметали под копьё всех бедняков.

С каждым днём виды вокруг менялись сильнее и сильнее. Поля уступали место лесным посадкам: старым, неухоженным, с сухим подлеском. Почва становилась каменистой, местность мало-помалу повышалась. Воздух делался суше, ночи холоднее, а ветер — злее. Где-то впереди, за холмами, лежал Кесархаш. Мы всё больше удалялись от плодородных земель.

На восьмой день, ближе к полудню, впереди показались всадники. Пять бойцов в лёгкой броне, с ними — шептун в серой хламиде. Когда мы подъехали, люди из союзного отряда уже окружили их, расспрашивая. Я подъехал ближе, но ничего не расслышал. Пришлось ждать, когда Ранагнасис насытит своё любопытство.

Наговорившись с разведчиками, он махнул рукой и поехал дальше. А те отчего-то остались стоять с растерянными лицами. Я решил, что самое время их расспросить. И вместе с Ситранисом и Меоли обратился к ним с приветствием.

Собственно, оказалось, что разведчики были отправлены следить за Кесархашем и ордой ещё по приказу Эрегихона. Они должны были выдвинуться нам навстречу, если демоны начнут уходить из города, и предупредить. Собственно, как только это случилось, их отряд рванул по тракту к реке.

Демоны двигались почти параллельным курсом, забирая к северу. Им-то тракт был не нужен. И хоть разведчики обгоняли основные силы на пару дней, но времени, чтоб найти место для битвы, у нас оставалось очень мало.

Сами разведчики боялись, что у них не хватит сил и припасов добраться до безопасных мест. Так что рассчитывали присоединиться к войску, вот только Ранагнасис им в этом отказал. А я не стал отказывать и предложил занять место в строю.

Между тем, наши союзники прямо на ходу начали менять направление и перестраиваться. Мы же ехали следом, не сильно спеша. В первую ночь после изменения курса заночевали в старом городке с невысокими стенами. И если мой отряд отлично отдохнул, то силы союзников опять всю ночь отбивались, отчего вышли из города лишь после полудня.

Ранагнис гнал своих людей безжалостно. Марш получился тяжёлый. Практически без остановок, только изредка переводя дух. Его воины шагали молча, но я и по задним рядам видел, как они вымотаны. К исходу второго дня от усталости качались самые крепкие.

Увы, в тот день Ранагнасис и его люди до города так и не добрались. До него оставалось три-четыре гонга ходу, если верить картам, а солнце уже зашло. Мы от них ещё на закате отстали, понимая, что не успеваем. Я приказал своим разбить лагерь, а сам спешно установил купол из чёрного песка.

Ночью послышались крики. Сначала я подумал, что мне кажется, но дозорные подтвердили, что тоже слышат и крики, и звуки битвы. Сражаться там могли только союзники. Больше людям здесь неоткуда было взяться.

И передо мной встал выбор: бросить своих людей вперёд, в темноту, на помощь союзникам, или остаться в укрытии до утра. Звуки боя доносились издалека, однако отчётливо: крики, лязг, визг. Это продолжалось долго, то стихая, то разгораясь. Мои люди тоже не спали. Стояли и смотрели в темноту, беспокойно сжимая оружие.

— Мы остаёмся, — решил я, наконец, усевшись у костра.

И командиры разнесли мой приказ. На душе было мерзко, но я не видел возможности помочь союзникам. Если бы они нарвались на какой-то крупный отряд — это одно. Однако они сунулись прямо в орду демонов, выступивших в собственный поход. Мы могли просто не пробиться к людям, влезшим под ударный кулак врага.

— Уверен, что поступил правильно? — тихо спросил Ситранис, опустившись на камень рядом.

— Уверен, — ответил я, не открывая глаз.

— Там же люди. Наши люди. Сражаются против демонов, — негромко заметил регой.

— И сколько людей мы потеряем, рванув на помощь в темноте по незнакомой местности? — сказал я. — Я не хочу терять своих из-за чужой гордости и глупости.

— Но если мы ударим, то можем многих спасти… — всё ещё сомневался Ситранис.

— Можем, — не стал я спорить. — А если ошибёмся, то можем потерять обоз, половину своего отряда и ту же Меоли, в конце концов. А без обоза наша вылазка закончится печально. Не факт, что успеем дойти обратно и перейти реку, прежде чем умрём от голода, — я открыл глаза и посмотрел на друга. — А без Меоли вообще нет смысла в это ввязываться.