Вечные Пески. Том 11 (СИ), стр. 20

Эти обходы не были необходимостью. Скорее, следствием привычки к контролю. Мои люди настолько давно путешествовали вместе, что успели распределить и смены дежурств, и очерёдность на помывку и постирку. Проблемы стоило ждать лишь от новичков, но те вели себя тихо, и вовсе стараясь лишний раз не показываться.

Отчасти играло роль то, что бойцы объединённого войска ощущали себя нахлебниками в моём отряде. От работ по лагерю их по большей части отстраняли, так как они просто не знали, что и как делать, а на переханах везли вторыми номерами.

Отряды добытчиков вернулись до заката. Кто-то приходил усталым и расстроенным неудачей, а кто-то — наоборот, обрадованным находками. А вот доклады о ситуации в городе разнообразием не отличались: Ордан мертвенно пуст, видны следы штурма. Выжившие люди ушли, забрав всё, что можно было с собой унести.

И, тем не менее, два отряда кое-что обнаружили. Немного, правда. В одном из подвалов уцелело несколько мешков зерна, в другом — бочонок масла и немного вяленого мяса. Я приказал принять и внести находки в общие запасы, за которыми в походе присматривал Истор. И, по его прикидкам, этого и на пару дней не хватило бы. Если, конечно, кормить бойцов, как раньше.

А мне не хотелось вводить ограничения. Люди и так вымотаны длинными переходами, чтобы их ещё и нормальной еды лишать. Воин может сражаться, может бежать без устали, может терпеть лишения. До тех пор, пока знает, что когда-нибудь, лучше вскорости, отдохнёт и поест.

А если ужимать рационы, бойцы начнут беспокоиться. И этого я не хотел допускать. Мои люди должны быть уверены, что еда у нас — есть.

— Этого мало, — сказал я, когда мы обсуждали скудную добычу. — До Житного ещё дней десять пути. С таким запасом не дотянем.

— Может, по дороге что-то найдём? — без особой надежды уточнила Меоли.

— Надеяться на это смысла мало. Да и времени у нас по пути нет. Нельзя силы дробить. Будем искать ещё. Завтра с утра пошлю новые отряды, — ответил я. — Надо сунуться во дворец. Может, там что-нибудь осталось после защитников?

Ночь наступила быстро. Купол из чёрного песка укрыл лагерь и ложащихся спать бойцов. И в этот раз я сам держал защиту, чтобы внимательно следить за событиями вокруг. Я чувствовал, что орда совсем близко. И ожидал появления демонов со дня на день. Вернее, с ночи на ночь.

Я сидел у края лагеря, слушал, вглядывался в темноту, но демоны не появлялись. Тишина стояла такая, что звенело в ушах. И от этого было неспокойно. Неужели орда отстала? Или пошла другим путём? Всякое может быть. Если основные силы под управлением Эрегихона переместились, сражаясь с демонами, то и осколок орды, идущий за нами, мог сменить направление, обходя Ордан.

Не хотелось бы… Тогда бы это значило, что либо Эрегихон идёт в наступление, и в Житном мы никого не найдём… Либо, наоборот, объединённое войско Междуречья отступает. И в этом случае мы вот-вот вляпаемся прямо в основные силы орды.

Я просидел до рассвета, не сомкнув глаз. Когда небо на востоке порозовело, снял купол и пошёл будить командиров, а сам подремать. Люди уже вставали, разводили костры, седлали переханов. Заспанная Меоли, ещё розовая ото сна, с улыбкой принесла чашу травяного отвара. Я поблагодарил её кивком, оценив внезапную заботу. Надо же, аристократка своими руками подала попить наёмнику… Эрегихон бы наверняка брызгал слюной от возмущения, увидев это.

Утро обещало быть пасмурным. Ветер дул с запада, нагоняя тучи откуда-то издали, от реки. Перед тем, как улечься дремать, я отправил в город новые отряды добытчиков. Начало дня нужно было использовать не впустую, а с толком. И не только мне, но и другим. Кто бы мог подумать, что я высплюсь не так уж плохо… Меня не будили, пока не вернулся предпоследний отряд.

Добытчики пришли недовольные, почти все — с пустыми руками. Нет, всякую мелочь, которую ещё можно худо-бедно есть, находили. Однако ничего существенного больше не было. Или просто не было найдено. А вот последний отряд сильно задержался.

Когда стало ясно, что его нет уже больше полугонга, разбудили меня. И я ждал, начиная переживать и терять терпение. Задерживаться было нельзя. Однако последний отряд всё не возвращался. Тот самый, что ушёл ко дворцу правителя.

— Где они? — спросил я у Гвела, который отвечал за связь с добытчиками.

— Не знаю, воевода. Должны были вернуться гонг назад.

— Ладно, продолжаем ждать, — коротко бросил я.

Ждать пришлось ещё почти гонг. Я собирался было отправить за ними поисковый отряд, когда у разлома, на городской улочке, показались всадники. Они ехали медленно, нагруженные так, что переханы едва переставляли ноги. И когда я увидел их груз, немедленно простил опоздание.

— Ну и где вас носило? — встретил я бойцов, стараясь скрыть облегчение.

— Во дворце, воевода! — старший отряда спрыгнул с перехана. — Там, в подвалах, съестные припасы. Много. Большая часть попортилась, но мы отобрали то, что можно ещё есть. Похоже, защитники держались до последнего, но так всего и не доели.

— Много? — спросил я Истора, который осматривал добычу.

— Дня на три или, может, больше! — щурясь, заметил тот. — Я на глаз так сразу не определю, Ишер. Но запасы хорошие.

Я кивнул, сдерживая улыбку. Дня на три… Уже неплохо. Вместе с тем, что нашли вчера, дотянем до Житного, даже без экономии.

— Грузите припасы на телеги, — приказал я. — Не зря задержались, получается. Удачно всё получилось. Молодцы.

Люди засуетились, перекладывая добычу. Настроение в лагере заметно улучшилось. Видимо, бойцы догадывались, что припасов остаётся маловато. И находка в Ордане подняла общее настроение.

Когда с погрузкой закончили, я дал команду выступать. Колонна вытянулась по дороге, оставляя за спиной мёртвый Ордан. Впереди лежал долгий путь на юг, к Житному.

После Ордана дорога повела нас дальше, и местность начала меняться. Холмы, ещё вчера вздымавшиеся по обе стороны, постепенно сглаживались. Будто кто-то натягивал поверхность земли, как ткань, избавляя от мятых складок. Всё чаще попадались поля — широкие, открытые, давно не паханные, но хранившие следы прежней заботы.

Весенняя трава пробивалась сквозь засохшую поросль. В закатном свете эти поля отливали зеленью и золотом. Лесопосадки попадались реже, а земледельческих посёлков и городков становилось больше. Они стояли и у самой дороги, и сильно в отдалении, однако во всех было одинаково пусто. Та же картина, что и всюду: покинутые дома, распахнутые двери, неживая тишина.

Я даже посылал туда разведчиков. На скорую руку проверить, нет ли припасов. Однако жители успели покинуть дома до того, как пришли демоны. И, судя по всему, забрали всё нужное подчистую.

Каждый такой посёлок был похож на предыдущий. Те же дома из красноватого кирпича, те же соломенные крыши, те же колодцы с навесами. Но чем дальше мы шли, тем больше было следов очень уж поспешного ухода. Где-то на верёвках висело бельё, превратившееся в лохмотья. Где-то у ворот стояли телеги с погруженным скарбом, не тронувшиеся с места.

Жаль, никто не бросил еду. Хотя нет. Она бы точно испортилась под открытым небом. Тем более, пока мы ехали, дважды случались грозы. Здесь это была не редкость: водоёмы-то рядом. И взгляд регулярно цепляется за тучи в небе.

На пятый день пути я заметил первые оросительные каналы. Они тянулись со стороны Глубокой, и вода в них держалась, хотя кое-где русла заилило, а берега покрыли густые заросли речных растений. Я приказал разбивать лагеря рядом с такими каналами, чтобы иметь под рукой источник воды. Это позволяло напоить животных, помыться и постирать.

Ночь с шестого на седьмой день выдалась тревожной. Когда стемнело, над лагерем поднялся купол, который держал Ферт. Я проснулся от какой-то суеты в ночном лагере, вышел и узнал новости.

Дозорные заметили демонов. Отряды гухулов появились на горизонте, но двигались они чуть больше на север. Дозорные подняли по тревоге дежурные группы, и те выехали за периметр на ночную охоту. А проснулся я потому, что первая сотня возвращалась в лагерь, а вторая — готовилась выйти им на смену.