"Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 (СИ), стр. 428
«Я так понимаю, что ты сейчас не о реальной битве говоришь?» — представив, как люди бьются с теми же дэймосами, решил уточнить я.
— Да уж не о сражении на мечах, — не сдержалась от ехидного комментария виртуальная помощница. — Враги эттернианцев утверждают, что разумными правят низменные инстинкты. Такие как: алчность, похоть, злоба, подлость, ненависть и, конечно, власть. Что ради обретения личного богатства, комфорта и власти над судьбами миллионов своих соплеменников разумные пойдут на любую подлость, будут готовы предать или даже убить кого угодно, если в награду им пообещают деньги и власть. Эттернианцы возразили. Они верили и до сих пор верят, что в разумных может победить совесть, мораль, преданность, вера и любовь. В результате в пакт был добавлен пункт, подразумевающий борьбу за умы разумных.
«Эмм, ты хотела сказать за души?» — вспомнив, чему меня учили в монастыре, переспросил я.
— Я уже говорила тебе, что души есть не у всех разумных, Безб, — напомнила Ада. — Но по отношению к людям — да, это была борьба за их души, которую люди проиграли и тем самым открыли путь на свою планету сборщикам эттерниума.
«То есть ты хочешь сказать, что все религиозные байки, которые пришли к нам из дремучего прошлого, об ангелах и демонах, что тайно нашёптывают людям правильные, с их точки зрения, слова и склоняют на определённую сторону, вовсе и не байки? Что существовали одержимые демонами, пророки и так далее?» — с присущей мне долей скептицизма в интонациях напрямую спросил я.
— Да, Безб, — совершенно серьёзно ответила Ада. — Именно так и происходит борьба. Андалы и дэймосы не показываются людям. Борьба происходит на нематериальном уровне. Тот, кто находит планету с разумной жизнью раньше оппонента, получает преимущество, но Земля попала в поле зрения двух противоборствующих группировок примерно в одно время, так что шансы на успех были примерно равны. Тебе известны такие выражения, как: «совесть заела», «лютая ярость», «состояние аффекта», интуиция, подсказывающая, как правильно поступить, безграничная алчность. Всё это — проявление борьбы. Андалы и дэймосы внедряют в сознания разумных определённые мысли, подсказывают им различные пути решения проблем, и от выбора, который делает разумный, зависит, кто из противоборствующих сторон получит прибавку к виртуальным очкам, если выражаться привычной тебе игровой терминологией. Выбор разумных — вот мерило этой борьбы. И она идёт до сих пор.
«Но люди же давно проиграли войну», — указал на нестыковку я.
— Проиграли, — не стала спорить Ада. — Но наблюдатели от андалов же в системе остались. Да, их мало, гораздо меньше, чем во времена активной фазы борьбы, но никто не может запретить им подсказывать людям правильный путь. Тем более что дэймосы продолжают вовсю развлекаться и стравливать осколки людей между собой. Но я предлагаю поговорить на эту тему в более подходящей обстановке. Тем более что, судя по показаниям с твоего дрона, элитные твари всё же разрушили бетонный завод и скоро начнут возвращаться к Ядру.
«Судя по твоему лицу, тебе только что открылась очередная тайна мироздания, — прозвучал в голове голос Кары. — Но рассказывать об этом ты кому-либо, конечно, не станешь. Так ведь?»
«Ада была права. Каждая правда должна быть услышана в своё время. Моё настало несколько минут назад. Готова ли ты услышать и принять то, что узнал я, решать не мне, — ответил я. — В любом случае нам надо поторапливаться. Нечисть доломала бетонный завод и уже направляется обратно к Ядру. Передай отцу, что мы начинаем. Армия Ковчега должна быть готова отражать возможный прорыв сотен тварей в любую минуту».
При иных обстоятельствах мы бы не рискнули вот так с ходу, без подготовки, сунуться к Ядру Прорыва, но сыграл случай. Концентрация самых опасных тварей эпицентра уменьшилась процентов на девяносто или даже девяносто пять, а менее развитые особи не способны распознать в нас врагов.
Влившись в толпу разнокалиберной нечисти, мы начали двигаться вместе с потоком. За прошедшие годы твари расширили входную пещеру и сделали доступ к Ядру пологим, так что идти было удобно.
«Хм, а почему поток тварей направлен только в одну сторону?» — вдруг раздался в голове голос Кары.
А ведь действительно. Я только сейчас обратил внимание, что вся нечисть движется исключительно к Ядру, а обратно никто не возвращается. И как-то резко тревожно стало на душе, но делать нечего, надо идти дальше.
«У меня только одно предположение, и оно мне очень не нравится», — ответил я девушке, но озвучивать свои мысли по этому поводу не стал, скоро и так всё прояснится, и я очень хочу ошибиться.
Не ошибся. Стоило нам появиться в опутанной множеством корневидных разрастаний пещере, как смысл происходящего стал сразу понятен. Сотни тварей двигались прямиком к Ядру, чтобы пройти сквозь перепончатую оболочку в его нутро и послужить субстратом для появления на свет нового архидемона. Его огромный силуэт уже отчётливо вырисовывался внутри.
«Мерзость какая», — прокомментировала увиденное Кара.
«У нас меньше времени, чем мы думали, — не обратив внимания на её слова, проговорил я. — Вы с Церби минируйте левую часть, я займусь правой, встречаемся на той стороне».
На каждый магистральный корень, как я про себя назвал эти образования, для надёжности мы решили прикрепить аж по четыре плазменных мины. Хрен его знает, какая у них прочность. Лучше перестраховаться.
На всё про всё у нас ушло минут двадцать. Каких-то особых проблем не возникло. Кара ожидала проблем с зовом Ядра по отношению к своей питомице, но тот на удивление оказался в разы слабее прежнего, и ей удавалось сохранять контроль даже без прямого управления петом. С чем это связано, так до конца и непонятно. Возможно, сущность цербера стала сильнее, а возможно, Ядро сейчас занято синтезом тела архидемона и все сторонние задачи функционируют в режиме минимальной активности. В любом случае нам, можно сказать, повезло.
«Безб, он вылезает!» — послышался в голове панический голос Кары, и я выругался. Вот не могло всё пройти гладко. Обязательно должна какая-нибудь хрень произойти. И ведь почти закончили ведь. Чуть-чуть не успели.
Стоило рогатой черепушке архидемона прорвать оболочку Ядра, как ситуация резко изменилась. Эта тварь мгновенно почувствовала чужаков. Пещеру огласил душераздирающий рёв, и вся нечисть мгновенно повернула свои морды к нам.
«В дальний угол, живо! — взревел я. — Готовься влить в магический щит столько Силы, сколько есть, уйти на безопасное расстояние нам не дадут».
— Это очень плохая идея, Безб… — начала было Ада.
Но я её прервал:
— Так предложи лучше, а если не можешь, то не мешай реализовывать эту.
Больше комментариев не последовало, и я сосредоточился на своей цели. Со всех сторон на нас хлынули твари. В ход пошли дробовики. Мифриловые пули, накачанные Силой, прошивали тела нечисти насквозь и буквально разносили их в клочья, но врагов было очень много. Кара вдарила воздушным тараном, чтобы расчистить путь, и десяток монстров вместе с обломками корней разметало во все стороны. Где-то справа мелькнула молния, но я успел выставить на её пути воздушный щит, и заряд электричества срикошетил, поразив кого-то из тварей.
«Давай ещё! — приказал я. — Прорубай путь, я прикрою».
К ближайшей стене мы добрались с большим трудом. Использовать заклинания с массовым уроном было слишком рискованно. Если повредить оболочку Ядра, то звиздец, поэтому действовать приходилось максимально осторожно.
«Подключайся к энергопотоку и держи вокруг нас защиту, — отдал я следующий приказ. — Я проделаю проход. Как только отойдём метров на десять, произведу подрыв. Дольше тянуть нельзя, архидемон практически выбрался».
С ходу запустив процесс дезинтеграции широким лучом, начал врубаться в породу. Скорость процесса была довольно приличной, так что много времени, чтобы достичь целевого значения, не потребовалось. Подрыв установленных мин совпал с рёвом выбравшегося из Ядра архидемона.