Искра Свободы 4 (СИ), стр. 39

Глава 19

Полномочный представитель Церкви

Я не стал ждать, пока Морис закончит свою игру. Пока он ещё сидел с фальшивой улыбкой и «задумчивым» видом, я уже мысленно разложил всё по секундам.

— Хорошо, — сказал я ровно. — Послезавтра в Конфлюане. Но сначала…

Я чуть наклонился в седле, будто хотел добавить что-то по секрету, и в тот же миг выбросил руку вперёд. Не к оружию. К горлу Мориса.

Пальцы сомкнулись на шее прежде, чем Морис успел вдохнуть. Сквозь перчатку я чувствовал, как сильно и часто бьётся пульс. Я сжал — не до хруста, а ровно настолько, чтобы перекрыть воздух и голос. Визитарий дёрнулся, глаза расширились, одна его рука попыталась удержать мой захват, вторая метнулась к поясу.

Кинжал.

Морис успел выхватить клинок, но я левой рукой сжал его запястье и рванул вниз, одновременно вдавливая большой палец в кадык. Морис захрипел — звук вышел сдавленный, почти неразличимый. Лошадь визитария шарахнулась в сторону, моя рыжая ответила нервным всхрапом. Мы оба ещё сидели в сёдлах, но равновесие уже рушилось.

Морис попытался вывернуть кисть, чтобы освободить оружие, но я подался вперёд, надавил весом сверху и смог удержать запястье визитария в захвате. Одновременно я вдавил каблук в бок лошади. Рыжая дёрнулась вперёд, а я, используя движение, рванул Мориса на себя. Из седла он вылетел, но нога застряла в стремени. Лошадь визитария всхрапнула и попятилась, таща его за собой. Вместе с визитарием она потащила из седла и меня. На несколько мгновений мы превратились в один спутанный клубок из рук и натянутых поводьев.

На землю рухнули вместе. Морис успел вытащить ногу из стремении избежать перелома, но от удара о землю выронил кинжал. Воздух выбило из его лёгких, не давая крикнуть. Я перекатился, оказался сверху и вцепился в горло визитария. На этот раз обеими руками.

Морис пытался дотянуться до кинжала, который лежал рядом. Я отдёрнул визитария в другую сторону, и мы покатились по траве, сцепившись, как два пса в драке.

Визитарий пытался вырваться, бил кулаками, коленями — сильно, отчаянно. Я перекатывался вместе с ним, не давая оторваться, и всё сильнее давил на горло. Хрип превратился в бульканье. Морис резко дёрнулся, пытаясь крикнуть, но поздно: я забрался сверху, надавив сильнее, и из горла Мориса вместо крика о помощи вырвался жалкий сип. Коленом я прижал его руку.

— Тихо… — прошипел я сквозь зубы. — Тихо, визитарий.

Он ещё секунд десять бил ногами, пытался царапать лицо, но силы таяли. Движения становились всё короче и слабее, пока не превратились в едва заметные судороги пальцев. Наконец глаза закатились, тело обмякло. Я продолжал держать ещё пару мгновений, пока не убедился, что Морис действительно потерял сознание, а не притворяется. Проверил пульс — живой.

Я отпустил горло и быстро огляделся. Наши лошади стояли в нескольких шагах, нервно переступая. Церковники за деревьями ничего не предпринимали. Похоже, нашей возни они не услышали.

Я вытащил из-за пояса короткий ремень, быстро связал Морису руки за спиной, заткнул рот кляпом, вырезанным из его же плаща, и только после этого позволил себе выдохнуть. Теперь осталось только уйти живыми от десятка церковной стражи. Мелочь по сравнению с тем, что я уже сделал.

Я отломал подходящую ветку и привязал её к седлу лошади Мориса, а поверх накинул плащ визитария. Отошел не несколько метров, быстро оценил. Если не присматриваться, похоже на человека, который припал к гриве. То ли раненый, то ли без сознания.

Я прикрепил «Амулет ментальной связи (F)» обратно на висок и связался с Лисом и Селеной.

— Не двигайтесь и никак не выдавайте, что я с вами говорю, — медленно и спокойно передал я. — Сейчас из леса выйдет конь Мориса. Это отвлечёт противника, и вы должны вырваться из окружения.

— А ты? — спросила Селена. В ёё мыслях я уловил тщательно замаскированное напряжение.

— А я — в другую сторону. Верховая езда не входит в число моих выдающихся умений, поэтому ваша задача — увести погоню за собой.

— Понял, командир, — ответил за обоих Лис.

Я проверил узлы на Морисе и закинул его поперёк своей рыжей. Сам запрыгнул в седло и кольнул кинжалом в бок лошади визитария. Она громко заржала и галопом рванула прочь.

— Но! — тихо приказал я рыжей, и она шагом пошла глубже в лес.

Лис остался на связи и дал мне картинку происходящего. Лошадь Мориса, ошалевшая от укола, вынеслась на дорогу. И церковники на миг растерялись. Лис и Селена же, наоборот, воспользовались моментом и, развернув коней, рванули к Конфлюану.

Четверо бросились в погоню за ними. Трое остались на месте, перекрывая дорогу. А трое резко свернули в лес. Прямо туда, где я только что скрылся.

— Чёрт, — тихо выдохнул я. Они не купились на мою подделку. Похоже, недооценил я противника.

Я пришпорил рыжую, но почти сразу понял: в густом лесу верхом я бесполезен. Ветви хлестали по лицу, Морис болтался, мешая управлять, а сама рыжая, хоть и перестала меня ненавидеть, всё равно слушалась плохо.

Три силуэта уже мелькали между стволами. Сражаться верхом я не умел. Я резко остановил коня, спрыгнул на землю и шепнул лошади на ухо:

— Стоять!

Не знаю, поняла ли рыжая, но убегать не стала. Привычным движением я достал полуторник из магнитного захвата и встал за деревом. Выровнял дыхание и прислушался к быстро приближающемуся топоту.

Первый всадник вылетел из-за дуба — он целился в рыжую, не разобрав, что седока на ней уже нет. Я нырнул под копьё, пропустил его над головой и рубанул по ноге лошади. Животное взвизгнуло, встало на дыбы, всадник полетел. Не дав подняться, я добил церковника коротким ударом в горло. Кровь брызнула на мох.

Оставшиеся двое вылетели почти одновременно, но с разных сторон. У обоих в руках палаши — тяжёлые клинки, предназначенные для верхового боя. И, судя по движениям, пользоваться этим оружием всадники умели.

Я не стал ждать, пока они сомкнут клещи. Рывок влево, за толстый ствол. Палаш свистнул там, где секунду назад была моя шея. Я уже катился дальше, используя дерево как щит, и оказался точно напротив одного из всадников. Другой на миг исчез за стволами.

Палаш церковника обрушился сверху. Я принял на полуторник, отвёл в сторону и сразу шагнул вперёд. Удар отдался от клинка в локоть и плечо, пальцы на миг онемели. Всадник попробовал повернуть лошадь в сторону, но не успел. Я активировал «Время Охотника (Е)(⅗)» и ударил крестовиной гарды по его ноге, прямо в колено. Раздался противный хруст, и противник закричал. Я же, не останавливаясь, поднырнул под лошадь и кувырком ушёл на другую сторону. Над головой мелькнуло брюхо коня, совсем рядом ударили в землю копыта. Встав на ноги, вслепую нанёс укол мечом себе за спину. Почувствовал сопротивление, следом раздалось ржание и топот копыт.

Но времени оборачиваться и смотреть, что там происходит, у меня не было — последний всадник уже развернул коня и понёсся на меня. Я посмотрел на на пегого коня церковника и понял, что конь мне нужен. Целым и невредимым. Рыжая с пленником долгой гонки не выдержит, а лишняя лошадь может решить всё. Значит, придётся рискнуть.

Церковник поднял палаш, собираясь на скаку разрубить меня на две части. Копыта пегого гулко били по земле, расстояние между нами исчезало с пугающей быстротой. Я ждал до последнего, а когда голова лошади поравнялась со мной, бросил меч и сделал шаг навстречу клинку противника.

Палаш уже опускался, но ускорение позволяло мне действовать быстрее. Правой рукой я схватился за уздечку, подпрыгнул, остальное доделал рывок коня — закинул меня за спину своему всаднику. Наездник ударил локтём назад, но я подставил наруч. Одновременно моя левая рука выхватила кинжал и вонзила его под мышку церковника. Я провернул и выдернул оружие, другой рукой натягивая поводья до упора. Лошадь с ржанием встала на дыбы, я слетел назад, а мёртвое тело свесилось набок.

Я вскочил, подобрал своё оружие и подхватил пегого под уздцы. Пегий мотал головой, пытаясь вырваться, и косил на меня обезумевшим глазом.