Русская Америка. Сухой закон 5 (СИ), стр. 6

Без этой беседы с «тонгами» в Гарлем соваться не было смысла. Китайцы более организованы.

«Профессор» погрузился в раздумья. Мок Сай, напротив, внимательно изучал меня. На его тонких губах играла еле заметная улыбка. Пора было «добивать» эту парочку:

— Арнольд Ротштейн занимается игорным бизнесом и поставками. Он не стремится на улицы, как все остальные. Поэтому если Массерия одержит верх, то не остановится. Для Джо это будет шанс забрать город. И начнёт он с того боро, где ему удобнее всего. Сначала он закрепится в Манхэттене. Возможно, позовёт «Мозга», и они с Арнольдом поделят его на двоих. Для остальных места не останется. А Чайна-таун находится именно здесь… Как и Гарлем, — припечатал я, — Это очень большой соблазн. Если Джо «Босс» рискнул вступить в войну ради Бронкса, что помешает ему отнять то, что у него под боком, когда она закончится?

Оба китайца поджали губы. Чарли Бостон заиграл желваками. Думайте, товарищи… Или вы устраиваете погромы на территориях Массерии сейчас, или потом машете тесаками на улицах китайского квартала. С весьма сомнительными шансами на успех.

— Допустим, мы согласимся помочь вам… Представим это на минуту, — Мок Сай подался вперёд и облокотился на полированную столешницу, — Что мы получим взамен? Нам нужно более конкретное предложение от вас, чтобы понять: насколько вы серьёзны в своих намерениях, мистер Соколов?

— Манхэттен от северных окраин и до Челси уходит под власть Гарлема. Западный Квинс и Северный Бруклин отходит мне. Южный Манхэттен и Южный Бруклин — вам. За исключением портов. Это вотчина Арнольда Ротштейна. Лонг-Айленд остаётся ничейной территорией. Там могут работать все. Я продаю алкоголь во всех заведениях, что раньше закупались у Массерии…

— А Стейтен-Айленд? — тут же задал вопрос «Профессор».

— Свободные земли. Там много «мелочи». Я никак не препятствую вам в расширении на юг и запад Нью-Йорка, — пожал я плечами.

Думаю, там они и столкнутся рано или поздно с выходцами из Гарлема и переселенцами из Мексики. Или снова перегрызутся между собой. Но это будут уже не мои проблемы. Главное — оставаться номинальным хозяином на названных территориях и иметь на них прямое влияние. Расширение негритянских банд на север мне было не с руки. Там лежит мой Бронкс. И я планировал оставить его только за собой навсегда. Пусть все эти «союзники» прут на юг. За мной останется север.

Самое интересное, что «чикагцы» получаются зажатыми с трёх стороны на тех улицах, что я отдал под контроль Торрио, когда мы с ним договаривались по Сицилии. Отличная «третья» сторона, не «расползающаяся» в стороны. При этом никто в здравом уме туда не полезет. Эдакий островок нейтралитета на случай если что-то пойдёт не так.

Ни с Гарлемом, ни с китайцами Торрио не работал, поэтому здесь у меня была некоторая фора на перспективу. Причём в обоих направлениях — и в сторону Чикаго, и с моими возможными «новыми» компаньонами.

Вторая фора у меня была в том, что я привлекаю в новый «союз» тех, кто молод и голоден, но пока не имеет чёткой структуры. Китайцам, если они помогут и мы свалим Массерию — понадобится очень много сил, чтобы удержать такой кусок. У Гарлема, напротив, людей очень много, они могут набирать их на улицах по всей стране. Но при этом традиционно всегда большие проблемы с наиболее пристальным вниманием полиции.

— У вас большие аппетиты, мистер Соколов. Вы хотите полностью зачистить Нью-Йорк от Массерии? И что вы хотите получить за это? — спросил Чарли Бостон.

— Вы должны будете разгромить заведения Массерии в Маленькой Италии, — пожал я плечами.

Над столом повисла тишина. Глаза моих собеседников расширились:

— Что?

— Разгром. Заведений. Джо «Босса». В Маленькой Италии, — повторил я, словно просил что-то само собой разумеющееся, — Он не ждёт атаки от вас, а Маленькая Италия на юге напрямую граничит с китайским кварталом. Парни из Гарлема займутся Нижним Ист-Сайдом и районом Бауэри.

— Вы просите бросить в атаку все силы, которые у нас имеются, — сухо констатировал факт Мок Сай.

— Так ведь и куш очень велик, мистер Сай, — парировал я, — Если мы свалим Массерию, ваша территория увеличится в десятки раз. Ведь именно его районы не дают вам продвигаться дальше…

Я был прав. Маленькая Италия находилась прямо в центре между китайцами и Гарлемом. Но владения Джо «Босса» простирались дальше на юг, фактически превращая Чайна-таун в анклав, окружённый итальянцами.

— Чем будете заниматься вы и ваши бойцы? — полюбопытствовал «Профессор».

— Устранением помощников Массерии. Зачисткой Бруклина. Мы прижмём их к портам. Но там территория Ротштейна, куда они не сунутся.

Чарли Бостон кивнул, давая понять, что он принял этот ответ. А я добавил:

— Это честная сделка, господа. На земле, которую вы сможете взять под контроль, находится почти пятьсот кафе и ресторанов. И столько людей, что этого хватит на двести прачечных. Я молчу про остальные возможные заведения.

Да, и пара тысяч спикизи помимо названных крупных точек, куда я смогу поставлять виски… Я не озвучивал этого, но «тонги» и так понимали это. Разница была только в том, что я не собирался пускать китайцев в порт, место, на котором они в реальности очень нажились. А мой бизнес в любом случае имел гораздо больше источников, чтобы обеспечить мне в будущем главенство в городе. И по деньгам, и по силе.

Более того, формат ведения дел китайцев и Гарлема, для которого было характерно разграничение сфер — меня устраивал. А вот монополии итальянцев, которые выльются в создание «Пяти семей Нью-Йорка» — категорически нет.

Чарли Бостон задал главный вопрос:

— Вы думаете, остальные «Усатые Питы» и молодые гангстеры простят вам то, что вы фактически поделили Нью-Йорк без их ведома?

Я ожидал этот вопрос:

— Передел города неизбежен. Сейчас все «боссы» устранились от него. Но если мы начнём разом, то для них будет уже поздно вмешиваться. Часть конгломерата не станет отправлять сюда бойцов пока у меня с ними неплохие «торговые» отношения. Остальным придётся поддерживать Массерию, если они вмешаются. Поэтому я и говорю — удары должны быть чёткие, быстрые и выверенные. Чтобы никто ничего не успел предпринять. Формально «Усатые Питы» не потеряют лицо, ведь официально всё это заварил я в процессе войны с Массерией, на которую они закрыли глаза. Реально — если наш «союз» продемонстрирует свою силу — им придётся считаться с нами. И для «Питов» лучше заключить мир, чем ввязываться в войну за интересы Массерии без какой-либо выгоды для себя.

Оба лидера «тонгов» задумались. Чарли Бостон явно оценивал плюсы и минусы предлагаемого соглашения.

— Что же, мистер Соколов, мы подумаем над вашим предложением и будем ждать от вас вестей по поводу Гарлема, — кивнул Мок Сай, переглянувшись с «Профессором».

— Я надеюсь, что мы сможем заключить этот «союз», — улыбнулся я.

Теперь мне оставалось лично познакомиться с ТЕМ, кто в будущем сделает из Гарлема настоящую уличную «финансовую» крепость. А если быть точным, с ТОЙ…

А пока впереди похороны, которые мне предстоит провести.

[1] Чарли «Профессор» Бостон или Чин Лём 15 апреля 1920 года совершил очень дерзкий побег из тюрьмы Блэквелл, где он ожидал решения суда. Чин с подельником спилил решётку окна больничного крыла и спустился с большой высоты по верёвке из простыней. Кстати, у острова и тюрьмы очень интересная история, ибо изначально исправительное учреждение строилось как психбольница. Остров Блэквелл впоследствии переименовали в остров Рузвельт. Тюрьму перенесли на остров Райкерс.

Глава 3

Громоотвод

Дождь, начавшийся ещё ночью, не утихал. Он лил стеной и барабанил каплями по стеклу моего бронированного «Паккарда», превращая картинку за окном в размытую серую тусклую акварель.

Ливень сплошным пологом застилал небоскрёбы Манхэттена, стекал по голым ветвям деревьев и впитывался в сырую, холодную землю кладбища. Казалось, само небо разделяет мою тоску, пытаясь смыть её бесконечными потоками.