Магазин волшебных питомцев 6 (СИ), стр. 17

— Тебе какой зверь нужен?

Стёпа сжался, будто его поймали на месте преступления. Сработал старый, вбитый насмешками рефлекс. Он опустил голову и пробормотал:

— Мне не надо…

Повернулся к нему и посмотрел ребёнку в глаза. Спокойно, без улыбки, как взрослый на взрослого.

— Я не спрашивал, надо тебе или нет, Стёп. Я спросил — какой.

Мальчик прикусил губу. Потом огляделся по сторонам, уже смелее изучая стеллажи. Его внимание привлекли нижние террариумы, как я и рассчитывал. Там, в полумраке, сидели кролики. Два Сумеречных прыгуна — тёмно-серые с аметистовыми глазами. Они почти сливались с тенями, замерев в дальнем углу. А вот в соседнем отсеке…

Глаза Стёпы расширились.

Глава 6

Броня

Там сидел Бронированный кролик. Серая шерсть на его спине плавно переходила в плотные, перекрывающие друг друга пластины, похожие на рыцарский доспех. Ушастый сидел прямо у стекла, монументальный и неподвижный, как маленький пушистый танк.

Стёпа сделал шаг к террариуму, заворожённо глядя на пластины. Но тут же осёкся, остановился и снова вцепился в лямки рюкзака, явно подумав, что такой зверь ему не по статусу.

Я молча подошёл, щёлкнул задвижкой и открыл стеклянную дверцу. Подсунул руки под тяжёлое тельце и вытащил кролика наружу. Зверёк даже не дёрнулся — только недовольно шевельнул носом. Посадил его на пол перед мальчиком. Когти бряцнули по плитке.

— Держи, — я протянул Стёпе коробку. — Угости.

Мальчик неуверенно взял пару оранжевых брусочков моркови. Протянул дрожащую ладошку. Кролик повёл ушами, принюхался, сделал короткий шажок вперёд и принялся деловито хрустеть угощением.

Стёпа выдохнул. Его свободная рука робко потянулась к зверьку и легла на спину. Пальцы скользнули по мягкой шерсти, а затем коснулись жёстких, прохладных пластин.

— Он как рыцарь… — заворожённо прошептал мальчик, поглаживая панцирь. Хруст моркови казался очень громким в тишине процедурной. — Он, наверное, очень храбрый и сильный… Жалко, что я не такой.

Я прислонился бедром к столу, скрестил руки на груди и посмотрел на этого маленького, закованного в броню зверька. Вспомнил свой первый год в оперативной работе. Вспомнил, как тряслись поджилки перед первым задержанием вооружённого браконьера.

— Он не храбрый, Стёп, — спокойно ответил я.

Мальчик удивлённо поднял на меня глаза.

— Он просто перестал бегать, — добавил я, глядя, как кролик невозмутимо дожёвывает морковку. — Когда ты всё время убегаешь, ты мягкий и уязвимый. А когда решаешь остаться на месте — у тебя вырастает броня. Ему не нужно суетиться и кому-то что-то доказывать. Он просто знает, что его теперь не прокусить.

Стёпа замолчал. Он перевёл взгляд с пластин кролика на свои худые руки, потом снова на зверька. В его глазах что-то неуловимо изменилось. Словно маленькая, но очень важная шестерёнка встала на своё место.

Мальчик осторожно, но уже гораздо увереннее погладил кролика по загривку. Зверёк в ответ тихонько стукнул задней лапой по кафелю и ткнулся сухим носом в ладонь мальчика, требуя добавки.

— Я назову его Латник, — тихо, но твёрдо сказал Стёпа. И в этот раз он не оглядывался на дверь, проверяя, не смеются ли над ним сёстры.

Бам! Бам! Бам!

В дверь смотровой громко и решительно постучали. А затем ручку начали дёргать, послышались голоса. Я покачал головой и отпер. Близняшки ввалились в кабинет и сразу же рассредоточились. В руках у них снова сияли неоновые мечи. Похоже, эти непоседы успели сбегать на улицу и забрать их, пока мы со Стёпой сидели здесь.

— Стёпка, ты чего тут прячешься⁈ — потребовала ответа Рита.

Поля в этот момент бесцеремонно ткнула концом пластикового клинка прямо в спину Бронированного кролика. Раздался глухой стук, словно детская игрушка ударилась о камень. Отдача была такой, что девочка ойкнула и инстинктивно отдёрнула руку, тряся ушибленной кистью.

Кролик даже ухом не повёл. Он вообще не заметил этой жалкой попытки покушения на свою жизнь. Латник просто продолжил флегматично хрумкать морковку, перетирая её челюстями. Хрум-хрум-хрум.

Девочка уставилась на непробиваемого зверя, её сестра замерла с открытым ртом. Стёпа на этот раз не вздрогнул. Не втянул голову в плечи. Он спокойно положил ладонь на прочный сегмент, защищающий загривок кролика, посмотрел на сестру и произнёс:

— Не трогай его. Он ест.

Слова прозвучали тихо, но в них было столько железобетонной уверенности, что близняшки синхронно захлопнули рты. Никаких истерик, никаких слёз. Просто констатация факта. Граница проведена.

В дверном проёме показался Филипп Семёнович. Пух с костюма уже полностью исчез, растворившись в воздухе. Адвокат удивлённо остановился, глядя на своего вечно забитого сына. Он явно не ожидал от Стёпы такой твёрдости.

— Отпор-р-р! — немедленно прокомментировал ситуацию влетевший следом Архимед. Он спикировал на верхний край открытой дверцы террариума. — Дер-р-ржи позицию! Гр-р-раница на замке! Птичка одобряет! Штраф девицам за втор-р-ржение!

Но оцепенение близняшек продлилось недолго. Взгляд Риты скользнул по стеллажам и зацепился за второй террариум. Там, в полумраке, сидели два едва различимых Сумеречных прыгуна. Их шерсть преломляла свет, а глаза мерцали потусторонним, колдовским огнём.

— Ой… — выдохнула девочка. — Ниндзя…

Вторая мгновенно забыла про ушибленную руку и уставилась туда же. Это была любовь с первого взгляда. Абсолютная, разрушительная и беспощадная.

Я мысленно схватился за голову. Дать этим двум малолетним беспредельщицам кроликов D-ранга, способных исчезать в тенях и прыгать с грацией спецназа — всё равно что подарить обезьяне гранату. Уровень хаоса в доме Прозоровых возрастёт в геометрической прогрессии. Няни теперь будут увольняться не раз в месяц, а раз в неделю.

— Па-а-ап! — хором протянули девочки, разворачиваясь к отцу. — Мы хотим вот этих!

Прозоров устало потёр лицо.

— Денис Валерьевич… можно их достать? Посмотреть вблизи.

Я честно предупредил:

— Ну, хорошо. Только вы потом сами пожалеете. Филипп Семёнович, эти звери — мастера скрытности. Вы их по дому будете с тепловизором искать.

— Готов на всё, лишь бы мои милые цветочки перестали взрывать хлопушки в машине, — обречённо выдал адвокат.

Я подошёл к террариуму, открыл замок и аккуратно извлёк обоих прыгунов. Они были лёгкими, как сгустки дыма, и постоянно норовили выскользнуть из пальцев. Опустил их возле девчонок, подальше от Латника.

— Сразу скажу, — я строго посмотрел на малявок. — Ухаживать за кроликами придётся вам самим. Не папе с мамой или нянькам. Это не обычные пушистики, а магические спецназовцы, которые будут становиться сильнее и искуснее. Берёте — значит ухаживаете за обоими по полной программе. Кормите, убираете за ними, гуляете и тренируете.

Девочки переглянулись. В их глазах мелькнула телепатическая искра, понятная только близнецам. Они дружно закивали и присели на корточки перед кроликами. Я ждал ссоры в духе «это мой, нет, мой!», но произошло неожиданное.

— Я беру того, что слева, он темнее, — быстро сказала Поля. — Будет прятаться в коридоре.

— А я правого, у него ухо надорвано, — тут же сообщила Рита. — Будем брать няню в клещи. Операция «Тёмный угол».

— ОПГ фор-р-рмируется! — тут же диагностировал Архимед. — Сговор-р-р! Банда ушастых! Готовьте корвалол!

Прыгунам, видимо, не понравилось, что их судьбу решают без их участия. Стоило девочкам коснуться их шерсти, как кролики активировали «Скрытность». Их контуры смазались, словно их накрыло кисеёй. Они беззвучно оттолкнулись от пола и оба серыми тенями метнулись в приоткрытую дверь, в торговый зал.

— Ушли! — радостно взвизгнули близняшки и с топотом бросились в погоню.

Мы с Прозоровым переглянулись и вышли следом. В зале творился форменный бедлам. Юра вжался спиной в стеллаж с кормами и отчаянно пытался прикинуться мебелью. Он держал перед собой кусок картона, как щит, и старался не дышать.