Все сначала! (СИ), стр. 40

Иван вошел в столовую и огляделся. Народу было немного, однако Павла он заметил сразу. Тот уже стоял крайним в очереди и поглядывал на него.

Хрусталев кивнул и направился к нему.

— Привет!

— Привет, — кивнул ему Ваня. — Тоже голод гложет?

— Есть такое, — усмехнулся парень и спросил: — Что? Опять булочка и чай?

Иван глянул на ценники на стойке с салатиками и, тяжело вздохнув, кивнул.

— Давай я тебя угощу, — пожал плечами парень и достал золотую карточку из кармана.

— Да, не… Нормально. Я в принципе мало ем, когда учусь… — буркнул парень. — Я так… булочкой с чаем обойдусь.

Павел усмехнулся, глядя на парня, а затем взял со стойки пару салатов. Пройдя дальше со своим подносом, он взял две порции второго блюда.

— Ты все не съешь, — заметил Хрусталев.

— Но ты же мне поможешь? — глянул на него Павел и глянул на стойку с супами. — Борщ или солянка?

— Как хочешь, — смутившись произнес парень. — Я бы без первого обошелся.

Парень кивнул, взял себе порцию солянки и двинул в сторону кассы. Иван же молча взял стакан с чаем и направился за знакомым, туда где у кассы лежали булочки.

Оплатив еду, Павлик с огромным подносом, который был заставлен тарелками, и Иван со стаканом чая и булочкой уселись за столик. Павел деловито расставил тарелки и пододвинул к Ивану тарелку с пюрешкой и куриной котлетой, а так же тарелку оливье.

— Слушай, я как бы… — начал Иван. — Я сам о себе позаботиться могу.

— Верю, — кивнул Павел. — Просто пока у тебя трудное финансовое положение. Так бывает. Просто ты меня выручил, а теперь я тебя выручаю. Не люблю быть в долгу. Понимаешь? К тому же, с меня не убудет.

— Ну… — глянул на тарелку с пюрешкой парень и кивнул. — Понимаю.

— Да и не собираюсь я тебя брать на прокорм, — усмехнулся парень пододвигая тарелку с солянкой поближе. — Просто угощаю, если мы вдруг пересеклись в столовой. Я ведь мог задержаться или ты закончить пораньше. И мы бы не встретились. Я бы кушал в одиночестве, а ты бы обошелся булочкой и чаем.

Хрусталев тяжело вздохнул, пододвинул к себе тарелку и ухватил кусок хлеба. С минуту они ели молча. Павел с удовольствием закидывал ложки солянки в рот, а Иван, стараясь вести себя культурно, взял нож с вилкой и аккуратно нарезал котлету. Цепляя кусочек мяса и пюре, он спокойно ел, пока не заметил Ольгу, что вошла в столовую о чем–то общаясь с красивой брюнеткой.

— О! — вскинулся парень и помахал рукой. — Ольга! Присоединяйся!

Павел рядом поперхнулся супом и закашлялся.

Девушка тем временем заметила Хрусталева, едва заметно кивнула и направилась к стойке с подносами.

— Ты… кху–кхе… Ты сума сошел⁈ — возмущенно спросил его Павлик.

— Что? Это Ольга, она у меня преподает, — ответил Иван и тут же добавил: — Ну, она преподает у малолеток. Начальная группа.

— Это Свиридова! Она же пятьдесят седьмая! — прошипел Павел.

— И что? Она не человек? — пожал плечами Иван и оглянулся.

Девушка стояла к ним спиной, а обтягивающие брюки буквально приклеили взгляд парня к ее фигуре.

— Ну, может и не человек… Ангел, — сглотнул Иван, встряхнул головой и глянул на Павлика, который вжал голову в плечи и зашептал:

— Ваня, это СОТНЯ! Это не простые люди! Они входят в комитет безопасности Департамента. Это очень влиятельные и ОЧЕНЬ богатые люди. А еще…

— Слушай, ну она девушка. Молодая, красивая. Она что — не человек? — повторил Иван.

Девушки тем временем, взяли по салатику и какому–то компоту и направились к ним. Павлик забегал взглядом, вжал голову и в момент, когда они подошли уже совсем близко, слегка вздрогнул от голоса Свиридовой:

— Не вздумай завтра опаздывать, Хрусталев!

— Я? Да, никогда! — выпятил грудь Иван и кивнул на место за их столиком. — Присоединитесь?

— Нет. У нас личный разговор, — усмехнулась Свиридова и направилась со спутницей в глубь зала.

Стоило им удалиться, Павлик глянул на друга и произнес:

— Ты вообще отмороженный, да? Она могла тебя тут…

— Да ладно тебе, — отмахнулся Иван. — Красивая девушка. Да, строгая, но я же вижу, как ей нравится внимание.

Парень подхватил кусочек котлеты, закинул в рот и продолжил:

— Знаешь, как с красивыми девушками бывает? Вот она ходит, а большинство парней ходит рядом, смотрит на нее и думая, что она такая красивая и недоступная не решаются даже заговорить. В итоге девушка красивая, но одинокая.

Павлик оглянулся в сторону девушек, потом глянул на Ивана и кивнул.

— Я понял. Ты ведь спортсмен, да? Тебе по голове били, так?

— Я пловец, — буркнул Иван.

— Это маг сотни! Она на пятьдесят седьмом месте. Куда…. Куда ты лезешь, Ваня?

— Ты меня не слышишь, — вздохнул Хрусталев. — Она такой же человек. Девушка. И вот то, что она маг сотни еще сильнее всех отталкивает. Она даже кольцо носит номером во внутрь, чтобы жить нормально, а не смотреть на согнутые спины.

Павлик нахмурился, но Иван не стал продолжать тему:

— Давай о чем–нибудь другом, — произнес он. — Что там за тип к тебе руки тянул?

Павлик нахмурился и недовольно буркнул:

— Эдик Казанцев.

— Что за Эдик? — хмыкнул Иван. — Я думал у вас тут построже, а какой–то тип может тянуть ручонки и угрожать посреди департамента.

— Он… Он сложный человек. Я его плохо знаю, но говорят, что туповат и злопамятен. Вообще, их семья не отличается особой добродетельностью.

— Чего?

— Ну, бывало,что они забирали данное слово, ну и подставляли другие семьи в интригах. Не часто, но было.

— М–м–м–м… — покивал Хрусталев. — А от тебя он что хотел?

— Наши семьи… Моя семья занимается гидравликой. У нас на Урале свое предприятие и научный центр. Делаем все, что можно двигать при помощи гидравлики. Даже гидравлические газомаслянные стойки начали делать для автомобилей. А тут вот Казанцевы нарисовались.

Павлик тяжело вздохнул, отодвинул тарелку с остатками солянки и пододвинул к себе пюрешку с куриной котлетой.

— Хотели контракт на эксклюзивные поставки наших стоек.

— А вы?

— Отец сразу понял, что не так что–то, — кивнул Павлик. — Ну, и начал узнавать. Казанцевы подбили министерство промышленности на поставки отечественных газомасляных стоек для нашего автопрома. Ну, и решили на этом погреть руки. У нас брать ниже рынка, продавать выше рынка. Обычная схема.

— Отец твой отказался?

— Да, но те давить начали. Вот, теперь походу до меня добрались, — грустно усмехнулся парень. Он не стал резать отлету, а наколол ее вилкой и принялся от нее откусывать. — А тут ты… вмешался.

— Ну, а что? Смотреть как тебе рожу бьют? — хмыкнул Иван.

— Может бы рожу набили и обошлось бы… Отстали. А теперь… Может и тебе перепасть.

Иван задумчиво кивнул, прожевал кусочек котлетки и спросил:

— Расскажи мне про этих Казанцевых. Кто они, что они?

— Обычный род. Родители, вроде как, при дворе крутятся. Старший сын в сотне. Восемьдесят девятый. Казанцев Гомер.

— Гомер, — хмыкнул Иван. — Ну и имечко.

— Он с камнем очень сильно дружит… В смысле с мрамором. Про него говорят, что по рождению он вроде как Святослав, но как сила вышла он везде проходит как Гомер.

— А он полезет в мои отношения с этим Эдиком? Ну, если тот начнет мстить и я ему случайно нос сломаю?

— Нет, конечно, — смутился Павлик. — Маг из сотни не будет разбираться в мордобое и устраивать разборки. Маг в сотне это не только права, но и обязанности, и статус. Но…

Тут парень тяжело вздохнул, покосился на Хрусталева и произнес:

— Много про Кузанцева младшего говорят. Плохой он человек, злопамятный. Как бы он тебе…

— Разберемся, — хмыкнул Иван и тут заметил взгляд Ольги, которая слушала девушку чуть в стороне за столиком у стены. Когда взгляды пересеклись, он подмигнул Свиридовой и расплылся в довольной улыбке.

— У тебя вид, словно ты рад такому вороху проблем, — буркнул Павлик.

— Если есть проблема, то есть решение, — спокойно ответил Иван и вернул взгляд на собеседника. — Не парься. Будем решать проблемы по мере поступления.