Все сначала! (СИ), стр. 11

— Это как вообще? — нахмурился Иван.

— Ну, допустим, какой–нибудь псих сварит в сарае взрывчатку и решит, что было бы классно примотать ее к себе и нажать детонатор где–нибудь в… торговом центре. И если ты оторвешь ему голову или руку с детонатором при помощи силы, то тебе за это ничего не будет, — Фома глянул на внука. — Понимаешь, к чему я?

— Ну, да, но… — тут парень несколько секунд размышлял, после чего спросил: — Применение силы в драке на кулаках — это что–то вроде превышение самообороны?

— В точку, –кивнул старик и снова уставился на циферблат. — Причем, даже пистолет в руке у противника не является гарантированным оправданием причинения вреда здоровью силой.

— В смысле, если в меня стреляют, то я не имею права защищаться силой⁈ — возмутился парень.

— Имеешь, но надо доказать, что стреляли именно в тебя, — тут старик вздохнул и добавил: — Ладно, это в принципе доказуемо, но если человек достал пистолет, то это не повод сразу отрывать ему голову. Надо дождаться, чтобы он хотя бы выстрелил в твою сторону.

— Как–то это все…

— Юриспруденция, — пожал плечами Фома. — Тут много подводных камней.

Иван умолк, тоже глянув на часы.

— Слушай, там… — спустя несколько секунд произнес парень. — Там дети листочки двигали. Один даже умудрился его поджечь.

— Юный пиромант, да? — хмыкнул Фома. — И что?

— Как они это делали? Я… я понятия не имею как двигать что–то силой. Я вообще не умею ей пользоваться.

— Естественно не умеешь! — воскликнул старик. — Они учаться этому уже несколько лет, а ты недавно только узнал, что у тебя сила есть.

— А как… — растерялся парень.

— Не ссы! Я покажу тебе основные практики, — вздохнул дед, все так же пялясь на циферблат.

Парень глянул на деда, затем на часы, а после спросил:

— А ты чего тут вообще делаешь?

— Знаешь, что я люблю в женщинах? — спросил Фома.

— Грудь?

— Это да, но главное в женщине — пунктуальность, — произнес он и резко повернулся, подняв взгляд на ограждение второго этажа.

Там, у прозрачных перил появилась женщина, лет сорока на вид. Короткая юбка, пышные уложенные волосы, красивое ухоженное лицо, что не смотря на возраст выглядело достаточно привлекательно.

— Пунктуальность это то, что делает женщину особенной, — произнес старик и сделал три шага к лестнице. Встав рядом с ней, он поднял голову и с улыбкой уставился на спускающуюся по лестнице красотку, как он считал.

Ваня же тяжело вздохнул, поняв, что дед просто пялится, затем отвернулся и сделал несколько шагов в сторону, всем своим видом показывая что он не знаком с подозрительно улыбающимся старикашкой.

Пытаясь хоть как–то отвлечься, парень уставился на огромное табло со списком имен. Он хмуро пробежался по нему взглядом и вздрогнул от голоса Фомы:

— Сегодня красненькие!

— Дед, ты нормальный вообще? — шепнул Иван. — Ты серьезно приперся сюда, чтобы заглянуть под юбку…

— Я вдовец — это раз. Я здоровый мужчина — это два…

— На счет психического здоровья я бы поспорил, — буркнул Хрусталев.

— … Ну, и если говорить откровенно, не каждое нижнее белье я желал бы видеть, — закончил старик. — Кстати, ты в курсе, что француз, тот Жак, носит стринги⁈

— Причем тут…

— Поверь, дело не в белье, а на ком оно и каким образом ты его увидел! — заверил его Фома

Внук покосился на старика, затем глянул на женщину, что покидала холл. Незнакомка была на каблуках и ходить она на них умела так, что казалось ягодицы плывут на волнах.

Хмыкнув, Ваня глянул на деда, потом на табло и спросил:

— Что за список такой? Похоже на список должников за ЖКХ.

Фома усмехнулся, глянул на внука, а затем кивнул на табло.

— Ты вообще никого не знаешь из этого списка?

— Ну–у–у–у…

— Это список ста сильнейших магов на планете, — с укоризной глянул на него дед. — Попасть сюда гораздо почетнее, чем в список богатейших людей «Торбс».

— Я этим как–то вообще не интересовался, — буркнул парень. — Я либо на тренировках, либо на соревнованиях. Не следил.

Тут парень заметил, что напротив определенного номера, в двух местах стоят знаки вопроса.

— А что за знаки? — указал он рукой.

— Это значит, что место в списке вакантно, — пояснил Фома. — Будет битва за место. Претендовать может любой из списка, но претенденты — это чаще ближайшие одаренные.

— М–м–м–м, — покивал головой парень, а затем остановил взгляд на первом номере. Там не было ни имени, ни фамилии. — А что с первым номером? Почему там пусто?

Дед однако же не ответил. Он молча уставился на циферблат, что–то бормоча себе под нос.

— Что? Еще одна… Цель? — усмехнулся парень.

— Люди в обед домой не уходят, — заметил старичок. — После обеда они обычно возвращаются обратно.

Иван тяжело вздохнул, хотел повторить вопрос о первом номере, но тут раздался недовольный мужской голос:

— Я за что плачу такие бабки⁈

Повернувшись, Иван заметил Ольгу, что спокойно стояла перед пузатым лысым мужчиной лет сорока.

— Я за такие бабки могу полгорода содержать! Я заплатил деньги и требую, чтобы с моим сыном занимались…

— Валерий Петрович, — мягко оборвала его Ольга. — Вне зависимости от того кто сколько заплатил, кто в какой семье родился, у нас нет особых условий для одаренных.

— Вы охренели⁈ — возмутился мужичок. — Как… Да, я…

— Поймите, программа составлена оптимально и излишнее давление может дать отрицательный результат и… попыталась донести мысль она.

— Еще слово, фифа, и ты вылетишь отсюда! По щелчку пальцев! — рыкнул на нее разъяренный мужчина. — Я заношу сюда огромные суммы! И я требую соответствующее обращение! Различий у них нет! Придумали демократию, млять!

Лицо Ольги осталось бесстрастным, но Иван, наблюдавший эту сцену почувствовал напряжение, что исходило от нее.

— Прошу вас, успокойтесь и послушайте, что я говорю… — начала было она, сплетя пальцы на плоском животике.

— Ты хреново слышишь? — набычился мужчина и сунул руки в карманы. — Зови старшего! Начальника или кто тут у вас.

Богатей оглядел холл, мазнув взглядом по Фоме и Ивану.

— Личико у тебя, конечно, ничего, но мозгов видимо совсем нет, — продолжил он, вернув взгляд на девушку и оценив ее фигуру маслянистым взглядом. — Давай старшего сюда, если…

В этот момент Ольга спокойно, без малейшей эмоции на лице повернула кольцо на руке, оказавшееся перстнем с номером пятьдесят семь.

Мужчина движение заметил и, поняв кто перед ним тут же заткнулся.

— Много заносишь? — спросила ровным голосом девушка. — Еще слово и будешь заносить вдвое больше!

Мужчина тут же покраснел, а спустя несколько секунд молчаливой сцены еще и побледнел. На лысине выступили капельки пота.

— Простите, я… — выдавил он, сглотнул и продолжил: — Между нами возникло недопонимание.

— Никаких факультативов. Никаких дополнительных занятий с даром, — глядя на переодевшегося в полете мужчину произнесла Ольга. — Если хотите — теория и история сильнейших. Все понятно?

— Все понятно, — закивал богатей, достав платок и, принялся промакивать лысину.

Иван же, наблюдавший за этим с открытым ртом, повернул голову к табло и глянул на номер пятьдесят семь.

«57 — Свиридова Ольга»

Хрусталев снова повернулся и глянул на девушку. Тут в голове всплыл лифт и его разговор, маленькая парта, куда не помещались коленки, его попытка выдать себя за мага и заставить лист бумаги шевелиться.

Парень покраснел, вжал голову в плечи и глянул на деда.

— Ты чего покраснел? — глянул на него Фома. Истокловав вид внука по своему, он принялся его успокаивать: — В этом нет ничего такого. Она сама выбрала такую юбку и такое белье.

— Дед, я не… — смутился Иван.

— Главное себе не лгать, — похлопал ему по плечу старик. — Пойдем. Вон на той плитке самый лучший ракурс!