Тайная сила разведки Германии, стр. 81
Разведку нужно четко отделять от задач других государственных инстанций (министерств, хозяйственных, военных, морских ведомств). Ее нужно оградить от партийно-политического влияния. Разведслужба может успешно действовать только по своим специфическим законам. Она должна отчетливо представлять основные задачи и приоритеты в работе».
Завершающий раздел рукописи посвящен личным наставлениям организации советской разведки и контрразведки:
«То, что я могу еще посоветовать на основании моих знаний, относится к другому времени и чужой территории, которую я не знаю и потому не могу судить, годится ли это для нее. Это может показаться дерзким. Итак, прежде чем продолжить о задачах и организации русской разведслужбы, я должен подчеркнуть: то, что я скажу, будет не чем иным, как личным впечатлением на основе моих переживаний, рассуждением, возможно, интересным.
Как бы я разрешил задачи организации русской разведслужбы на непредсказуемо длительное мирное время — не имея понятия о существующем и предполагаемом — на основании моих знаний во время Первой мировой войны и моих впечатлений о германской разведке.
Разведслужба
В качестве своего первого сотрудника, заместителя, способного в любое время стать моим преемником, которому я бы продолжительное время рассказывал о всей моей деятельности и предоставлял возможность принимать в ней участие, я бы избрал одного из “инспекторов разведки”, поручив ему руководство разведслужбой по моим указаниям.
Я бы присвоил ему этот титул, чтобы сохранить за собой пост “шефа” и тем самым показать, что все подчиненные инстанции должны действовать самостоятельно в соответствии с указаниями шефа, но при этом строго контролироваться.
Всю разведывательную территорию я бы разделил на районы. «Начальник района» должен организовать в нем шпионаж и контрразведку в соответствии с указаниями инспектора. Организацию разведывательных направлений приспосабливать к часто меняющейся ситуации, руководить работой единообразно и со всей ответственностью.
Задания он получает от шефа разведслужбы и информирует о результатах по собственному усмотрению: телеграфно в зашифрованном виде, по телефону, лично в необходимых случаях, в письменном виде или кратких сообщениях в определенные отрезки времени. На пост начальника района приходится центр тяжести практической работы.
Районы разведслужбы:
— запад (руководство в Берлине): Германия, Западная Европа, насколько возможно — Америка;
— север (руководство в Ленинграде — Архангельске): Финляндия, Швеция, Норвегия, Англия, насколько возможно — Америка;
— восток (руководство?): Восточная Азия, Америка;
— юг (?): Индия;
— юго-восток (?): включительно до Египта, Турции, Балканы;
— (руководство в Киеве): Австрия, Польша, присоединенные к Западу государства.
Я бы строго придерживался того, что шпионаж (работа с оплачиваемыми агентами) разведслужба (работа с доверительными лицами и использование всех других источников информации), абвер (контрразведка) работали абсолютно отдельно, чтобы предотвратить “соскальзывание” одного в другое. Разведслужбе я бы передал также и получение сведений о партийно-политических взаимоотношениях. В шпионаже я бы провел чистку всех недостаточно пригодных элементов, занялся обучением оставшихся и вновь поступающих сотрудников, ограничил бы число офицеров в области шпионажа действительно способными для этого дела. Участия в практической работе по шпионажу ответственных лиц я бы не желал, так как в таком случае необходимо заниматься исключительно этой ветвью разведслужбы, а это не даст им возможности развиваться, но зато я бы требовал их постоянного ответственного наблюдения. Также я сделал бы “начальников разведобластей” ответственными в каждом случае при использовании женщин, сотрудниц или вспомогательных сил (в конторах, переводчиц). Если это возможно в России, то за границей иначе.
Для меня было бы очень ценно, если бы я получал от разведслужбы сведения о находящихся за границей руководящих личностях государства, в политической жизни (особенно ораторы — профессионалы и политики), в прессе, в разведке и абвере; об их репутации, личных особенностях (тщеславии, честолюбии, образе жизни), как и о том, где имеется русская дружба (вне партийнополитической), и о всякой критике руководящих лиц в России, о всяком признаке пропаганды против России (ее характер, содержание и влияние).
Аналогичное об абвере: где в России имеются связи с заграницей, кто получает зарубежную почту, у кого бывают гости из-за границы.
Я бы заставил создать отдел современной истории при руководстве разведслужбой. Ближайшей ее задачей было бы дать для разведки, чтобы содействовать в выполнении ее задач, в специальных обзорах историческое изложение политического и хозяйственного развития с начала XIX столетия:
а) в России, между Россией, Германией, Австрией, Польшей;
б) во Франции и Англии с ее союзниками и ее отношениями с Россией;
в) в Восточной Азии и Америке (Северной и Южной), об их отношениях с Россией, принимая во внимание их социальное и революционное развитие.
В соответствии с этим я бы привлек для выполнения этой задачи трех сотрудников. Руководство передал бы в руки одному из этих трех историков, которого подчинил бы себе. Впоследствии они бы служили для обучения молодого поколения в офицерском корпусе и дополняли бы разведслужбу в ее работе по выяснению правды в современный период времени, в недалеком прошлом и делал и бы исторические выводы для будущего.
Абвер
Это было ненормально и нездорово, что в период Первой мировой войны начальник германского Генерального штаба должен был так широко, как это произошло через организацию “Нач. III Б” вмешаться в деятельность оборонной “полиции”. Выводы, которые я сделал из этого для Германии после войны, не имеют, однако, никакого значения для России.
В России существует, несомненно, с давних пор оборонная полиция против всех опасностей, угрожающих руководству страны, под общим руководством министра внутренних дел, может быть, даже под руководством собственного министра. Здесь только очень важна поддержка органами разведки того, что существует. Кроме консультации вопрос возникает о принятии на себя осведомления абвера через разведслужбу за границей. Наоборот, я считаю само собой разумеющимся сообщение всех интересных сведений разведки через оборонную полицию: из перлюстраций почты, писем, телеграмм, из доносов, выдачи паспортов, контроля за железнодорожным сообщением, наблюдения за иностранцами и т. д. Я убежден, что Россия в мирное время вновь вернется к практике охраны своих обширных и в большей части трудно-достигаемых территорий, в том числе и в районе оккупации в Германии.
Возможно, я бы разделил разведслужбу по зонам и расположил ее по обширности территории, концентрации сил абвера против вражеской разведки, по степени угрозы:
Зона 1. Особо угрожаемая — пограничные районы, в которых находятся военные, хозяйственные и политические объекты и которые тщательно сохранять в секрете.
Зона 2. Нормально угрожаемая — большие линии шоссейных и железнодорожных путей.
Зона 3. Неугрожаемые, то есть не представляющие интерес для вражеской разведслужбы, следовательно, не нуждающиеся в охране.
Введение в заблуждение является важным средством обороны. Я бы передал шефу разведки за границей то, чем внутри страны занимается оборонная полиция, без ее согласия запретил бы эту работу всякой другой инстанции. Разведслужба и абвер должны обо всем осведомлять друг друга, действовать только согласованно с министрами, которых касается тот или иной вопрос введения в заблуждение или получения задания на проведение этой операции. Введение в заблуждение не следует переоценивать. Оно хорошо непосредственно перед решающими событиями, например перед началом войны или боевых действий. В мирное время введение в заблуждение имеет только временно ограниченное влияние. Так обстоит дело со всеми другими мероприятия ми, препятствующими вражескому осведомлению в собственной стране. В смысле защиты от осведомления Россия находится в самом выгодном положении среди всех крупных держав. Это знает также и враг. Тем более старательно он будет укреплять свою разведку против России.