Тайная сила разведки Германии, стр. 80

Поэтому мои личные переживания, начавшиеся 30 декабря в связи с отправкой меня в Москву вместо обещанной свободы и домашнего ухода, составят существенную III-ю часть моих записей. Но я снова получил уверенность в себе в результате дальнейших допросов полковника, подполковника и капитана, показавших совершенно иное понимание дела, чем в Берлине, и лично меня, а также тогда, когда меня на очень короткое время приводили к генерал-лейтенанту и министру.

Я мог спокойно читать XX, XXI, XXII тома собраний сочинений Ленина (по-русски) или V, VI и VII тома (на немецком языке), "Проблемы ленинизма” Сталина. Я впервые столкнулся с мировоззрением новой России. Я встретился здесь с теми же проблемами настоящего и будущего России, какие я встречал уже в период Первой мировой войны, но на другом пути.

По своему опыту я знаю, что в разведке, о которой я говорю как об искусстве, точно так же, как и в стратегии, простое и само собой разумеющееся является наиболее трудным, на чем чаще всего и спотыкаются. Когда я говорю о разведке и контрразведке как об искусстве, то меньше всего хочу представить это “чистым” искусством или чем-то более “таинственным”, чем есть на самом деле. По разведке нет учебника или для всех случаев одной установленной схемы. Однако мне кажется, что Россия вступила на место Германии. Для других стран многое не меняется. Только то, что Россия заняла место Германии.

Возможно, многое из моего опыта уже достигнуто. Многое, может быть, не годится для этих времен, изменившихся за эти 30 лет в революционную сторону. Я кое-что, вероятно, повторил из того, что написано в моих книгах. Тогда это было необходимо для понимания взаимосвязи моих переживаний и моего опыта. Многое было возможно только в Германии. Все изложено и объяснено с немецкой точки зрения так, как было пережито, но даже и немецкое переживание должно стать поучительным.

Отгороженный от всех событий в течение года, я ничего не знаю о современном положении и опасностях, грозящих будущему. Одно только в этом отношении для меня ясно — хорошая разведслужба является лучшей обороной.

Будущее

Вторая мировая война закончена. Германия побеждена и разрушена. Тем самым капиталистические страны достигли цели, которой они не смогли добиться в результате Первой мировой войны. Это для них некоторая победа. Вместо двух социально-революционных стран они должны теперь бояться только одной — России. Но зато в настоящее время недостает одной силы, которая могла бы быть разыграна на месте Германии против России. А Россия распространила свое влияние далеко на Запад.

Это результат участия России в победе. Но и ее ценность ограничена. Приобретенные путем прорыва в Германию страны и народы все-таки являются территориально и внешне приростом в силе. Испокон веков слабые страны, бросавшиеся все время в разные стороны, ослабленные еще больше в обеих мировых войнах, могут внутренне привести к опасности расчленения России, поскольку берут у нее больше сил, чем укрепляют ее.

Независимо от всего этого колоссальной проблемой будущего является то, что американские войска во второй раз вступили на европейскую почву, а совместно с английскими в первый раз — вопреки действительной до сих пор “доктрине Монро” — война привела их на восточноазиатскую почву. Все произошло по стари иному диплом этическому правилу: “Постоянно думать об этом, но никогда не говорить вслух!” Вертикальная группировка сил — государств установилась почти окончательно, горизонтальная — классов — пока нет.

Под конец войны меня неоднократно спрашивали, в том числе американские офицеры: “Когда начнется третья мировая война?” Я полагаю, что ее не хотят ни капиталистические страны, ни Россия. Господствует состояние, которое определил 1917 г. Троцкий: “Ни войны, ни мира!” Тогда это состояние было не важно сохранить. Передышка в этой форме будет сохраняться до тех пор, пока не станет видно, возможна ли победа без войны. Первичной в этом отношении является революция. С начала капиталистические страны попробуют контролировать революцию вооруженной силой, а также деньгами. Война отойдет на второй план. Так было во всех крупных войнах, характеризующих ту или иную эпоху, так будет и в этой войне.

Как я сказал, капиталистические державы попытаются стать господином революции без войны в своих странах, завоеванных ими других частях света, нейтральных государствах, используя для этого пропаганду, страх и ужас перед новой мировой войной среди присоединенных к России народов, в самом русском народе, в русской зоне оккупации Германии. Их план ясен. При этом они будут следовать положению: “Хочешь мира, готовься к войне”. Если же этот план не удастся выполнить, найдутся причины для третьей мировой войны. Я полагаю, что эта опасность грозит не из Европы, а с Дальнего Востока. Тогда Россия окажется в положении войны на два фронта. В данном случае ее стратегическое положение будет трудным.

Ведение боевых действий во время Первой мировой войны было другим по сравнению со Второй мировой войной из-за быстро передвигающихся войск, строительства подводных лодок, военно-воздушных сил. Провозглашенные законы ведения войны молчаливо нарушались путем воздушных бомбардировок открытых городов, опустошительных налетов и приобрели такую форму, которая едва ли понятна простому солдату. Война такого формата уготовит всем могилу. Если дело дойдет до третьей мировой войны, то она будет пронизана мыслями об уничтожении. Поэтому она будет готовиться тщательно и предусмотрительно во всех отношениях. Это обстоятельство дает время для передышки, чтобы изучить опыт Второй мировой войны, оснастить армию необходимым, действенным вооружением. Передышка может длиться недолго. “Военные тайны” стали более закрытыми, а их охрана приобрела исключительно важное значение с обеих сторон.

Уже в ходе обеих мировых войн эти тайны охватывали не только военные вопросы, но они стояли на переднем плане, поскольку от них в первую очередь зависел исход войны. С окончанием военных действий чисто военные вопросы становятся в один ряд с другими проблемами, а иногда отступают даже на второй план, преимущественно за политические и хозяйственные вопросы. Всемирная война превращается во всемирную борьбу. Орудия молчат.

Борьба ведется другими средствами. Театром военных действий является не только Россия, не один только враг стоит против нее. Весь мир является театром борьбы. Это общее положение, каким я его вижу. События Второй мировой войны, возможно, я оцениваю неправильно, недостаточно верно, так как в течение одного года был совершенно отрезан от внешнего мира. Но я должен составить картину с позиций сегодняшнего дня, если намереваюсь высказать положительные мысли о разведслужбе будущего на основе опыта Первой мировой войны. Если моя оценка положения в основном правильна, то сказанного вполне достаточно, чтобы признать, какие большие, новые, охватывающие, быть может, целое столетие, задачи стоят перед разведкой и контрразведкой после Второй мировой войны. Их нельзя решить только путем шпионажа и поимкой шпионов.

Возникает заманчивая мысль, что безопасность может быть обеспечена путем партийно-политического сотрудничества во всем мире. Такой подход может длиться лишь для самого ближайшего будущего, но и он должен находиться под надежным, поддающимся проверке контролем. Нет ничего опаснее бесконтрольной, неуправляемой разведслужбы! В этом кроется опасность, что чужое, пусть даже не вражеское влияние станет доминирующим в спецслужбе.

Разведка нуждается в авторитетном руководстве как внутри, так и вне России. Перед ней стоят (как и перед германской разведслужбой накануне начала Первой мировой войны) исключительно сложные задачи с неизмеримым числом направлений. Они превосходят все задачи, стоявшие перед германской разведкой во время Первой и Второй мировых войн, вследствие преодоления обширных пространств, языковых трудностей. Чем значительнее задачи, труднее пути их решения, опасности при их выполнении, тем больше возрастает необходимость в едином, ответственном, профессиональном и авторитетном руководстве.