Тайная сила разведки Германии, стр. 61

Историк и исследователь спецслужб К. К. Звонарев в предисловии к русскому изданию считает работу Николаи «весьма ценным вкладом в литературу по вопросам разведки». Авторы объемного труда «Таинственный шеф Мата Хари» А. Зданович и Ж. Таратута полагают, что «книги Николаи содержат своеобразный кодекс чести истинного разведчика». Интересные статьи и исследования о книге и авторе опубликовали И. Дамаскин, В. Гиленсен, Б. Старков, В. Федько. Многочисленные отклики на «Тайную силу» появились в Англии, Германии, США, Франции. Большое внимание деятельности Николаи на поприще разведки и его труду уделяют зарубежные исследователи спецслужб Э. Бояджи, Г. Бухгайт, Р. Ривьер, К. Рисе, X. Эмде.

Американский эксперт Курт Рисе в книге «Тотальный шпионаж» рассказывает такую историю о влиянии книги «Тайные силы»: «18 октября 1938 г. впервые, пожалуй, со времен Первой мировой войны 1914–1918 гг. о полковнике Вальтере Николаи вновь услышала широкая общественность. Это случилось в Нью-Йорке во время процесса над гитлеровскими шпионами. Один из обвиняемых, Гюнтер Густав Румрих, дезертировавший из американской армии, ответил на вопрос о том, каким образом он стал шпионом “Третьей империи”: “Я прочел книгу, написанную полковником Николаи, после чего послал ему письмо на адрес газеты ‘Фелькишер беобахтер’ с предложением своих услуг. Он ответил мне, поместив объявление в одной из нью-йоркских газет”».

Этот процесс, пишет Рисе, был отмечен всеми характерными признаками детективных романов: «История с украденными мобилизационными планами, похищение генерала, шифр, написанный на спичечной коробке, новая Мата Хари, засланная в Вашингтон, кража 50 бланков американских паспортов… Назывались конкретные имена… По этому делу было привлечено 18 человек. Четверо из них оказались на скамье подсудимых».

Из Лондона Николаи получил бандероль с книгой «Тайные силы» и таким обращением: «Ваше высокоблагородие, вместе с этим письмом я имею честь представить Вам экземпляр вашего произведения, переплетенный в кожу, с нижайшей просьбой подписать его, поставить дату и указать место, где Вы живете. Моя просьба связана с тем, что этот том включен мною в серию книг военной тематики из всех стран, которую я собираю. Все эти произведения, насколько это возможно, имеют подписи авторов и личностей, действующих в этих произведениях. Так как я повсюду находил любезное понимание, то в настоящее время обладаю более чем 500 томами с подобными подписями. В моем сборнике представлены самые известнейшие фамилии военной поры. Моим желанием является, чтобы это собрание книг было передано после моей смерти библиотеке колледжа в Этоне. В этой известной старинной школе я имел удовольствие получить воспитание. Составленный сборник не связан с какой-либо одной стороной. В нем в разной степени находят место высказывания представителей самых разных сторон. И поэтому мне доставит особую радость, если в этом сборнике будут подписи ряда ведущих личностей из Германии и Австро-Венгрии — военных, политиков и литераторов. Если Вы захотите помимо Вашей подписи добавить еще что-либо относительно содержания Вашего произведения, то я это только приветствовал бы, и это позволило бы мне выразить Вам особую благодарность, так как все это делается в интересах будущих поколений этонской школы. Ввиду исторического и воспитательного значения сборника я отваживаюсь обратиться к Вам с этой просьбой и надеюсь, что Вы не откажите в отклике на мои устремления. Заранее выражаю огромное спасибо. С особым почтением к Вам искренний и покорный слуга Е.М. Дрейк».

Ответ создателя германской разведки на этот весьма лестный для него отзыв о книге был таков: «Многоуважаемый господин Дрейк! Пересланная мне книга специальной посылкой уже отправлена Вам обратно. К сожалению, для меня оказалось невозможным выполнить Ваше желание и снабдить книгу автографом и собственноручным посвящением. Я чту Ваше намерение и хотел бы, чтобы присланный мне экземпляр моей книги Вы передали в библиотеку этонского колледжа, но без моего автографа, отчего она не потеряет своего значения. Работая на своем посту до и во время войны, я получил настолько глубокое представление о том, как Англия подготавливалась к мировой войне против моего отечества, проводя соответствующую политическую пропаганду, в результате которой мои германские братья все больше теряли уважение в мире, что возлагало вину на Англию не только за несчастья, которые она принесла нам, но рассматриваю ее действия как преступление против германской расы и вообще перед мировой историей и потому не могу простить того вреда, который Англия нанесла германизму. Не упрекайте меня, пожалуйста, за эти откровенные высказывания. Мои слова не должны расцениваться как неуважение Вашего желания, напротив, они, надеюсь, помогут Вам уяснить, почему я не выполнил то, о чем Вы меня просили. С высоким почтением и уважением Ваш покорный слуга Николаи».

Этот достойный, откровенный ответ представляется показательным для характера Вальтера Николаи как отважного солдата и честного гражданина с высоким чувством ответственности за судьбу отечества, убежденного патриота Германии.

Кстати, Дрейк не обиделся и прислал еще одно письмо, в котором сообщал, что с пониманием относится к точке зрения Николаи, но добавил: «Было бы бесполезно заниматься выяснением истины. Для этого необходимо выслушать и противоположную сторону, чтобы узнать мнение и своих оппонентов».

Выше приведены только несколько эпизодов, показывающих, какой широкий международный резонанс имела книга «Тайные силы» и мировая известность Николаи как создателя германской разведки.

В Айзенахе отставной начальник разведки прожил три года. Поправив здоровье и дав достойный ответ своими произведениями на нападки врагов и недоброжелателей, он вернулся в Берлин в надежде «на получение новых заданий», участие в бурных процессах национального движения в Германии. «С обвинениями прожил я в Айзенахе 3 тяжелых года. Могло быть, что эти обвинения и были справедливыми. Но мне, начальнику разведки, было отказано в последнем слове по этому вопросу, — говорится в рукописи. — Особенно в последних, глубоких вопросах, решение которых я принимал на себя и о чем я уже докладывал Людендорфу, оставалось только полагаться на веру. И только лишь в 1921 г., когда мне по служебной линии было сообщено, что данные разведки о силе американских соединений оказались верными, я почувствовал себя способным вернуться в Берлин для получения новых заданий. Там встретил я своего французского противника генерала Дюфо, бывшего вто время начальником Контрольной комиссии. Я знал, что означали тогда бесконечно продолжавшиеся шпионаж и пропаганда против Германии. Как предостережение от этого я написал выпушенную в свет в 1922 г. книгу “Тайные силы”… Этими книгами я провел определенную грань в своей разведывательной деятельности. И это понятно будет, если учесть мой большой жизненный путь и то, что невозможно было мне подчинить себя идущим вразрез со мною понятиям. Точно так же понятно и то, что я не занимался какими-либо авантюрными, фантастическими мероприятиями и что я достаточно разделял судьбу немецкого народа, не стремясь повлиять безнадежными попытками на судьбу русского народа».

В Берлине Николаи сообщили об увольнении из армии с присвоением звания полковника и правом ношения военной формы, но «новых заданий» не предложили. Ему исполнилось 48 лет, он был полон сил и желания служить отечеству. «Я совершенно не думал о разведке, с которой я с 1922 г. внутренне порвал и распрощался. Мне казалось, что главное заключалось в том, что я был здоров, сохранил физические и духовные силы, необходимые для выполнения поставленных мною перед собой задач», — отмечает Николаи в рукописи. Однако новые власти старались не замечать этого, опасаясь его авторитета, опыта и критики в их адрес. Зато бывшим начальником германской разведки интересовались в других странах: «Иностранцы разыскивали меня, часто с намерением выяснить мое мнение о Германии или просто из чистого любопытства. Среди таковых был рекомендованный норвежским военным атташе некий адвокат Майер из Осло, руководитель норвежских социал-демократов. Он задавал вопросы преимущественно хозяйственного плана, о способностях руководителей решать трудные проблемы. Я объяснил, что для решения вопросов необходим в первую очередь вождь, которого в Германии я пока не вижу. Является ли Шейдеман, бывший рейхсканцлером, таким вождем? Майер дал отрицательный ответ, назвав Шейдемана “честолюбивым, пустым простаком”. Я нашел опасным будить в народе такие мысли». Далее оставшийся не удел создатель германской разведслужбы добавляет: «Понятно, что разведка, подчиненная новой сменившейся системе, боялась моего авторитета. Три великих державы и несколько малых стран, наоборот, пытались присвоить себе накопленный мною опыт в разведке (бюро Лиги наций, Япония и Турция). Группа, по-видимому, дружественных Германии американских газетных издателей и политиков пыталась склонить меня для временного проживания в Канаде и прочтения 10 докладов за гонорар в 20 000 долларов. Я все это отклонил, заинтересовался лишь письмом из Турции, переданным мне по поручению немецкого правительства германским послом в Анкаре, в котором предлагалось содействие выгодным хозяйственным сделкам в торговых отношениях с Турцией».