Кицхен вступает в бой (СИ), стр. 7
— Почему? Он просто… просто своеобразный.
— Она. Её так зовут. Жуть. А там, видишь, с белым пятном на морде? Это Ляля. А третий — Мрак…
— Жуть, Мрак и Ляля… а погладить можно?
С учетом того, что клыкастая пасть располагалась вровень с лицом Мели, идея не выглядела разумной.
— Можно, — разрешил Киара, и Жуть, повинуясь ментальному импульсу, подошла ближе. Ляля ткнулась мордой в руку Киары. А Мрак вильнул хвостом и зевнул, широко так. Он считал себя слишком серьезным, чтобы выпрашивать ласку.
— А что они едят? — Мели обняла голову зверя обеими руками, и хвост Жути метнулся влево.
Вправо.
И на морде появилось выражение восторженное.
— Отец говорил, что найдут, то и съедят. Но это шутка. Людей им есть запрещено. И в целом стоят довольно серьезные ограничения. Они скорее для патрулирования. Предупреждения. Это часть охраны…
— Думаешь, нам угрожает опасность?
Захотелось заверить, что опасности нет, что…
— Не знаю, — Киара решил не врать. — Когда-то давно наш род был большим. И сильным. И мы думали, что никто не посмеет напасть на Каэр. Но все закончилось плохо. Отец, конечно, сделал многое, чтобы это не повторилось, но…
— Всегда остается шанс…
— Именно.
Рука Мели скользила по клыкастой морде, и Жуть жмурилась, похрюкивая от радости. Ляля крутилась рядом, тычась мордой, намекая, что и она не против. А Мрак, отвернувшись, обиженно вздохнул. И Киара, дотянувшись до гладкой шкуры, поскреб его за ухом.
— Но мы выучили урок. Хотелось бы верить… и да, поместье отлично защищено.
Но хватит ли этой защиты, чтобы выстоять?
Глава 4
Глава 4 Где появляется демон и план
Майкрофт раздосадовано обнаружил утром, что из-за вчерашнего пончика он поправился на 12 килограмм.
О важности соблюдения диеты
— Демон? — я затрясла головой, пытаясь избавиться от оцепенения. Чтоб, пробрало, что называется, до самых печёнок. Причем сейчас я совершенно точно ощущала, и что печёнка эта есть, и где именно в организме она находится. — Ты уверен?
— Более чем. Третьего уровня, не меньше, — Карл поморщился. — Или четвертого… тут надо замерять напряженность ментальных эманаций, которые он использует. Но само наличие таковых говорит само за себя. Точно не низший, но не из числа Владык. Так что третий-четвертый, если совсем уж не повезет, пятый, но тут я сомневаюсь. Там уровень воздействия иной.
— Демон… — я сунула палец в ухо, потому что от рева твари в голове была каша. И вообще ощущения странные такие. Ну, помимо печёнки. В целом. — А зачем им демон?
— Чтобы нас убить.
— Логично, однако… Карл? Ты ж его одолеешь?
Братец покрутил плечом и сказал:
— Вообще-то я маг смерти, а не демонолог!
— А если…
— Это другое! Ты сам попробуй.
— Я некромант. Это тоже другое…
— Тогда что делать будем? — вопрос Карл задал весьма своевременный. — Но мне умирать нельзя. У меня идея появилась!
— Какая?
— Об изменении силуэта. Это не дело, когда костюм ограничивает подвижность… Киц⁈ Ты куда?
— Туда, — я указала на стену. — Если демон прорвется, он нас сожрет. И тогда твоя гениальная идея умрет вместе с тобой!
— Действительно! — Карл задумался. — Киц! Стой! Кстати, я подумал, что если расшить воротник чешуей волкорылого дербенника, вписав руны в общий узор, то это позволит защитить офицеров ментально. Только воротник нужно делать стойкой! Однако это потребует изменения конструкции воротника, потому что иначе не будет внутренней гармонии. Как думаешь, если заменить полноценный воротник на жабо, это воспримут?
Тварь примолкла.
То ли выдохлась, то ли тоже задумалась над проблемами силуэта и внутренней гармонии.
— Я предчувствую некоторое недовольство со стороны офицерского состава… — Карл следовал за мной и шагал широко, перепрыгивая через ступеньку, а то и через две, но при этом продолжал вещать.
Стена гудела.
Внутри.
И я чувствовала потоки силы, проходящие сквозь неё, чтобы выбраться наружу.
Вот же…
Сверху открывался удивительный вид.
Пропасть.
Туман.
С одной стороны пропасти подсвеченный мертвенной зеленью проклятой силы, с другой — темно-красный, что венозная кровь. Он сочился откуда-то извне, наполняя пропасть силой.
— Так… — Карл остановился и сглотнул. — Этот туман… у него такой вид… там кого-то приносят в жертву! А жертвы — это плохо… это очень плохо!
— Стоять, — я развернула братца спиной к противнику. Может, оно не очень героично, но зато без обмороков. Вид у тумана уж больно своеобразненький. — Карл, что ты чувствуешь?
— Чувствую, что предстоит много работы, — братец сразу задышал ровнее. — Между прочим, это только кажется, что можно взять и легко заменить один вид воротника на другой. А на самом деле это требует кардинального пересмотра всей структуры камзола! И не только камзола! Понадобятся…
— Понял. Все сложно, — перебила я. — Карл, а вот там, в тумане, ты что-нибудь чувствуешь?
— Конечно. Демона.
Тварь тотчас откликнулась ревом, правда, сейчас тот был несколько неубедительным, что ли. Но присутствие своё подтвердила.
— Ты говорил про жертвы.
— Да. Чтобы вызвать демона, нужно принести жертву. Чем выше уровень демона, тем, соответственно, большая жертва нужна. Сильнее. Одаренней. Ну или количеством… а…
— Там ничего не видно! — поспешила заверить я, но братец не рискнул обернуться. — Карл, а когда людей приносят в жертву…
— Это плохо.
— Согласен. Ничего хорошего, но… демону отдают ведь не только кровь. Напротив даже. Кровь и плоть ему, пока он не прорвется полностью, не особо и нужны. На стадии перехода он поглощает души.
Я старательно вспоминала все, что когда-либо читала о демонах.
Нет, я читала, конечно.
Но демоны — это всё-таки не наш профиль.
— Жертвоприношение для того и нужно, что именно души дают демону силу прорвать границу мира. Сперва он вбирает их в свою суть, и души становятся его якорем в этом мире, потому что сам демон ему чужд и мир их отторгает… погоди! Ты хочешь, чтобы я…
— Да.
— Нет!
— Карл!
— Я не буду призывать эти души!
— Не получится?
— Почему? Вполне получится. Жертвоприношение недавнее. Демон зацепился, но только начал процесс поглощения, а он может занять и недели, и месяцы, в зависимости от особенностей отдельно взятой души…
— Тогда…
— Киц! Это души! Я… я не хочу связываться с душами! Я…
— Я понимаю, — я взяла братца за руки и не позволила отступить. — Но ты посмотри. Аккуратно так…
Тумана становилось больше. И сам он уже не казался легким, бесплотным. Тяжелые волны шли одна за другой, разбиваясь о стену, пропитанную мертвой силой, отступали и снова подбирались ближе. И каждый удар я ощущала.
Как и то, что в том тумане демон был не один. В плотной кисельной мути метались тени, быстрые и, кажется, хищные.
— Он… он идёт, Киц. Процесс идёт. И демон набирает силу, — Карл закрыл глаза и сунул в руку трость. — Подержи, пожалуйста… там… нити. Далеко! Проклятье, расстояние все-таки великовато, но я попробую… поглощенные вряд ли… надо будет ближе, однако процесс идет, так что перехвачу. Если получится. Хотя, почему не получится, надо только раз, два…
Он замолчал, шевеля губами. А я повернулась.
Впереди на стене, отражением рассвета, полыхали огни. В кои-то веки нормальные, живые. И за границей их стояли люди. Я видела силуэты, и нельзя понять, кто именно вот там, но…
Они стояли.
Сжимали оружие.
И были готовы держаться, пусть даже люди демону не преграда.
— Киц, — пальцы Карла замерли. — Может, ты…
— Что я? Я душу точно не выловлю…
— Нет. Демона убьешь. Возьмешь и… убьешь? Я просто… понимаешь… там души. А души — это… это ведь такое… ненадёжное. Я боюсь.
Прозвучало жалобно.
— Карл, — я развернула братца к огням. — Видишь? Если ты не сорвешь эту привязку, то демон нас сожрет. Тебя. Меня. Их вот…