Кицхен вступает в бой (СИ), стр. 44

Даглас представил, как вытянется лицо Освальда, когда тот поймет, что отныне им и прочими командовать будет ибериец.

И судя по виду, весьма занудный ибериец…

Занудный до крайности эталонный ибериец.

— О, безусловно! — получилось даже чересчур радостно. — Но… немного позже. Я как раз приказал собрать людей, а это потребует времени. Сами понимаете, в отсутствие начальства открываются определенные жизненные перспективы. И далеко не все способны справиться с ними. И конечно, мне бы отчет написать…

— И с матушкой побеседовать, — кивнул Уильям Фицджеральд Скотт.

— Вы и это знаете?

— О, ваша матушка весьма… гордится вашим родством, — как показалось, ибериец слегка запнулся, подбирая нужное слово. — Она жаждет встречи, а с моей стороны будет некрасиво мешать… вмешиваться в дела семейные, но…

Пауза была красноречивой.

— Снова прошу простить меня, я не знаю всех нюансов, поэтому остерегусь давать советы. Скажу лишь, что ваша матушка прибыла не одна. И если вам понадобится помощь — не стесняйтесь. Контора заботится о своих сотрудниках.

Уточнять, в чем именно будет выражаться эта забота, Даглас не стал.

Глава 22

Глава 22 Кое-что демонах и сложностях в личной жизни

Эфора питался отдельно, он поглощал коктейль, состоящий из изотопов животных и растений.

О правильном подходе к рациону.

Я смотрела на ров, из которого на меня смотрели демоны. Странные ощущения, если так-то. Причем, подозреваю, не только у меня. Уж больно выражение харь озадаченное. С одной стороны, я была чем-то вполне съедобным, а по сравнению с овсом даже вкусным, с другой — силу они улавливали. А та намекала, что жрать меня всё-таки не стоит. Мозгов, чтобы решить дилемму у демонов не хватало, вот они, выглянув изо рва, и смотрели. Ну а я на них. И тоже страдала, потому что сущность моя некроманта требовала демонов изничтожить, а вот комендант запретил.

И баронесса… и в целом, следует признать, что ров с демонами — это куда серьезней, чем просто ров.

А если полезут танерийцы… в общем, демоны, если верить трактатам, в еде не особо привиредливы. Ров сожрали, танерийцами тоже не побрезгуют.

— Странно, — братец на демонов и вовсе внимание обращать перестал. Он шел вдоль стены, время от времени останавливался, чтобы эту стену потрогать. В паре мест даже стучал, и на стук стена отзывалась нервными вспышками. И эти вспышки заставляли меня вздрагивать.

Нет, а вдруг опять провал?

Тайный ход?

И что, второго братца искать?

Тэра Урсула, к слову, так и не вернулась. И это тоже нервировало.

— Странно, — повторил Кин и почесал кончик носа.

— Что именно странно? — я погрозила пальцем твари, которая осмелела настолько, чтобы подобраться к самому краю рва. Демон дружелюбно оскалился и даже присвистнул, привлекая внимание.

Чтоб там… да он и подмигнул. Двусмысленно.

Дожилась.

— Да… смотри, плетение целое, камни тоже вполне себе в норме, — братец продолжил путь. — Натуральные. Огранка, конечно, устаревшая, но ведь и лет им сколько… главное, что ни трещин, ни дефектов, которые могли бы давать такой отток, я не ощущаю… а сила уходит.

— Демоны? — выдвинула я предположение, причем весьма логичное, поскольку один весьма конкретный демон продолжал тянуться. Кажется, мое к нему внимание было истолковано превратно. Уж не знаю, как у него получалось держаться на поверхности воды, но демон держался. Тяжелая яйцевидная голова его покачивалась влево и вправо, из приоткрытой пасти тянулись нити слюны, а тонкий язык скользил по чешуе.

— Нет, демоны… — Киньяр обернулся. — А! Это Светлячок!

— Светлячок?

Ладно, умертвия или химеры — оно понятно, им имена дают, особенно, свежесотворенным и бездушным, потому что крайне сложно управлять без имени. Но демоны? Кто в здравом уме будет давать имена демонам⁈

— Это демон тэры Ульрики. Или тэры Элоизы? Скажи, а это нормально…

— Заводить демонов и давать им имена?

Светлячок… он, конечно, светленький, даже почти белый. Но всё равно странно же.

— Нет. То, что я не испытываю к тэрам душевного влечения…

Киньяр сотворил огненный шар, который и направил прямо в распахнутую пасть. Светлячок рванул навстречу, быстро перебирая перепончатыми конечностями. Позвоночник его изгибался, хвост рисовал по тяжелой воде узоры, но сама тварь не проваливалась. Клацнули зубы. Демон ухнул и, заглотнув пламя, выпустил из пасти дым.

— Ты что творишь?

— Подкармливаю, — Киньяр посмотрел на меня с укоризной. — Он же голодный!

— Он демон!

— Это еще не повод держать его голодным.

Чтоб вас всех.

— Вы его кормите, он становится сильнее, больше, агрессивней.

— Он просто…

— А станет совсем большим и агрессивным, выберется изо рва и сожрет.

Светлячок поспешно нырнул, только по воде поплыли круги.

А братец обиженно поджал губы и двинулся дальше. Кажется, мое предупреждение не слишком его впечатлило. Он снова постучал по стене, приник ухом и начертил руну. Огонь метнулся по знаку, уходя вглубь. Хмыкнул. Отступил и постучал в другом месте.

— Ага… погоди… тут разрыв… сейчас…

Он потянул на себя, и в воздухе повисли огненные нити.

— Вот теперь понятно!

Мне вот совсем не понятно.

— Не сказать, чтобы серьезно… — Киньяр шевелил пальцами, и нити сплетались воедино, некоторые он равнял, прямо в воздухе, другие распускал на более тонкие, а их уже связывал другим узором. — Но отток дает… мне кажется, это из-за трещины.

— Какой? — я продолжала следить за рвом, в котором суетились демоны. Они следовали за нами, не спуская голодных, полных укоризны глаз. И вправду как-то неудобно.

Умертвия я подкармливаю.

А тут…

Я бросила быстрый взгляд в спину Киньяра, который весьма увлеченно перебирал и переплетал огненную сеть, причем часть нитей уходила в камень, а часть выходила из камня, и все это очень быстро.

— Да тут явно стена осела. И трещина образовалось. Её затянули, но как-то не очень точно. Или это Килли поспешил, или ещё до него, но сомкнули со смещением. Конечно, оно не такое серьезное, чтобы плетение разорвалось, да и в целом так особо и не заметно, но если под нагрузкой работать, могут быть проблемы. Перепад слишком большой, и часть силы не переходит, а рассеивается…

Я сплела комок из своей.

Демоны замерли.

Маленький.

Я разжала пальцы, выпуская комок и осторожно подтолкнула его ко рву.

Демоны напряглись.

— Гули, гули… — сказала я. В конце концов, если все тут демонов кормят, то почему мне нельзя?

— Что? — Кин обернулся.

— Ничего!

— Киц! — он нахмурился. — Ты же некромант! Им это вредно! От твоей силы у них животы болеть будут!

И горстью швырнул огоньки, которые, рассыпавшись крупой, повисли над поверхностью воды. Правда, на долю мгновенья, потому что поверхность вскипела, демоны выскакивали, чтобы схватить кусок силы и плюхнуться обратно в воду.

— Вот так…

Откуда-то из глубин донесся тоскливый вздох.

— Ну а его Килли освободит, — Кин перехватил нити второй рукой. — Когда вернется.

А мой шарик никто и не тронул.

Даже как-то обидно.

Я же… я, может, от всей души.

— Демоны просто некромантию не очень, — сказал Кин мягко.

Ага. Но от некроманта не откажутся.

Наверное.

Выяснять как-то не хочется.

— Так что ты думаешь?

— О чем?

— О том, что я сказал! Про тэру Ульрику и тэру Элоизу…

— Очень достойные тэры. И если ты влюбился…

— В том и дело, что нет, — Киньяр хмурился, явно подозревая, что слушала я не слишком внимательно. — Они милы, умны, хорошо воспитаны и красивы. У нас есть общие интересы, что важно…

— Анжелина?

— Знаю, что тебе это кажется смешным и даже глупым…

— Нисколько, — поспешно заверила я.

Киньяр, кажется, не поверил.

— Я как-то прочел одну книгу… — он замялся. — Об отношениях. И там написано, что влюбляться следует в подходящих тэр. Достойных, умных, добрых и из хорошей семьи. Это гарантирует, что любовь и последующий брак будут удачными. И мне подумалось, что это именно тот случай, что тэры Ульрика и Элоиза подходят под описание как нельзя лучше, но…