Дочь повелителя Огненных Земель (СИ), стр. 9

— Не надо меня лечить, — с трудом очнулась и одернула руку.

— Я просто хотел показать, — невозмутимо ответил наследный принц.

— Чему еще научил тебя отец? — сделала ударение на последнем слове.

— О, много чему, — Зейн снова не захотел обращать внимание на мою злость. — Разным боевым заклинаниям, заряжать оружие огнем, непосредственно им пользоваться. Отец научил меня всему, что умел сам. Рашид очень умелый маг.

— Только магии в нем почти нет, — усмехнулась я.

— Не говори так! — возмутился принц.

— Как хочу, так и говорю. Ты мне точно не указ! — прибавила шаг.

— Я так или иначе за тебя в ответе. Конечно, братом и сестрой мы не станем, но мы и не чужие.

— С чего ты вдруг так заговорил? — недоверчиво сощурила глаза.

— Я прекрасно понимаю, что тебя так злит. Сам недавно испытывал те же чувства, когда узнал, что ты приезжаешь. Ты злишься на нашего отца за то, что его не было рядом. И что рядом с ним был я. Но Рашид женился на моей матери, так нужно было для страны. О наших с тобой желаниях никто не спрашивал.

— И сейчас не спрашивает. Отец не стал бы общаться со мной, если бы не необходимость. Тебя он привечает, как родного сына, а меня терпит, как чужую.

— Ты не знаешь нашего отца, вот и говоришь глупости.

— Зато ты прекрасно его знаешь! — моя злость достигла предела, и я перевоплотилась в прыжке, сделала еще несколько прыжков на крыльцо, выше и еще выше, и оказалась на крыше.

Посмотрела вниз, убедилась, что Зейн не преследует меня и побежала во дворец.

Правда, прежде чем вернуться сделала большой крюк. Мне надо было проветрить голову и успокоиться.

Вернулась на крышу дворца уже ближе к рассвету, с удивлением обнаружив поджидавшего меня Зейна.

Гордо прошла мимо него, он молча встал со своего места и проводил меня взглядом.

Весь следующий день не выходила с женской половины. Не было ни надобности, ни желания. Даже гулять не ходила. Медитировала по большей части, разговаривая со своим огнем. Он не отвечал, как человек, но передавал чувства и эмоции. Ему, как и мне было страшно. Успокаивала свой огонек, как могла.

Вечером принесли наряд для обряда, готовили как на свадьбу. Очень красивая сияющая ткань переливалась, особенно, если на нее попадал свет магических лампад.

Служанки помогли мне одеться и повели в общую гостиную, где я в прошлый раз разговаривала с отцом. Не видела его с первого дня. Думала хоть сейчас, когда я волею обстоятельств оказалась во дворце, он будет расспрашивать, как я жила все это время. Спросит о маме. Но нет. Он не почтил меня своим высочайшим вниманием.

Зато, когда пришло время идти в храм он спросил:

— Ты готова, дочь моя?

Глава 11

Зейн

Своенравная девчонка! Дай волю, и она будет бегать где-то всю ночь. Непозволительное поведение для женщины.

Я ждал ее весь остаток ночи, хотел убедиться, что она вернется в свои покои.

Так и хотелось приказать повесить решетку на ее окно. Но само собой я этого не сделал и не сделаю. Малейка погибнет в неволе.

Мне и самому очень понравилось проводить время на крыше. Есть в этом что-то безумно притягательное, прямо, как ее запах.

Вольный запах лавандовых степей.

Рядом с Малейкой я и сам становлюсь свободным. Утоляю жажду, что так долго мучала меня. Чувство долга, необходимость, воля неба — вот как воспринималась моя жизнь в роли наследного принца, а благодаря Малейке я будто глотнул свежего воздуха.

Целый день провел в медитациях, выравнивая свои потоки, настраивая контроль. Мне предстоит стать проводником между первородным огнем и последним источником. Важно не дать огню погубить силу источника, как случилось с отцом.

С удивлением обнаружил, что беспокоюсь не за ритуал, и даже не за себя, а за девчонку. Она совсем недавно обрела силу, не умеет ею толком пользоваться, может навредить себе.

Мы снова собрались в гостиной всей семьей. Мать зло поглядывала на отца, который приказал ей молчать. Обычно он не выходил из себя, был с ней вежлив и предупредителен, относился с должным почтением, но сегодня она не захотела внимать его просьбам не оскорблять Малейку и ее мать. И отец не выдержал, прикрикнул.

Вскорости появилась виновница разлада между повелителем и моей матерью.

Я потерял дар речи, когда увидел ее в парадном наряде. Настоящая принцесса.

Расшитое по лифу платье, что переливалось при каждом движении девушки, идеально подчеркивало ее изящную фигуру. Я бы даже сказал слишком подчеркивало. С трудом оторвал взгляд от того самого лифа, когда Малейка поправила легкий покров на голове, что невесомо разлетался и спускался до самого пола.

Глаза испуганные, но храбрится. Спину держит ровно, губы плотно сжаты.

— Ты готова, дочь моя? — отец обратился к Малейке. Он как никто другой понимал, как опасно то, что нам предстоит. Мы оба можем выгореть. Особенно, источник.

— Готова, — ответила Малейка без дрожи в голосе и гордо задрала подбородок. Ее смелость вызывала уважение.

Мы двинулись к храму скромной процессией, укрытые пологом невидимости и тишины, которые создали для нас маги воды и воздуха. Не хотелось привлекать внимание к нам. Люди и без того возмущены тем, что огонь затухает. Мы успокаиваем их, что это временно. Что мы готовимся к новому обряду. Но толпе не обязательно знать, что ритуал проводится именно сегодня. Кто знает, как он пройдет.

Гнал от себя мысли о провале, настраиваясь на удачу, но сердце сковывало нехорошим предчувствием.

Малейка шла рядом, притихшая и молчаливая. Слышно было лишь ее прерывистое дыхание и шелест красивого платья, что ей так идет. Мне хотелось успокоить ее, взять за руку, но мать шла позади, она не поймет моего жеста.

До храма мы дошли вовремя. Луна была точно над крышей.

— Пора, дети, — сказал нам повелитель Рашид и обнял сначала Малейку, а затем меня. — Береги ее, Зейн. Не дай случится страшному, — добавил он, глядя мне в глаза.

Я кивнул.

Мать тоже подошла к нам, не удостоив Малейку и взгляда, она сжала мои руки и проговорила:

— Береги себя, Зейн. Будь осторожен и не теряй контроль. Помни, чему я тебя учила.

— Хорошо, матушка, — мне хотелось обнять мать, но она ненавидит любые проявления чувств, особенно при посторонних.

Мы с Малейкой повернулись к храму, стражники распахнули для нас двери, и мы шагнули внутрь.

Сегодня были совершенно другие ощущения. Если вчера зал выглядел уютным, небольшим за счет полумрака, то сейчас, в свете луны он казался одновременно торжественным и зловещим. Холодным из-за серебристого оттенка, что отражался от белых мраморных стен.

Огонь тоже казался таким чужим. Если вчера хотелось с ним разговаривать или хотя бы просто посидеть рядом, то сегодня он пугал, как сама смерть.

Малейка, уверен, чувствовала то же самое. Она выглядела бледной, почти белой, растеряв все свои сочные краски и теплые оттенки, а наряд делал ее похожей на статую.

— Не будем терять времени, луна скоро уйдет.

— Хорошо, — голос девушки по-прежнему звучал твердо, но звонче обычного, вот-вот готовый сорваться.

Мы стали с двух сторон возле чаши и протянули руки вперед, но не касаясь друг друга.

— Повторяй за мной, — предупредил Малейку.

Она кивнула, ответив мне серьезным взглядом. Зря я думал, что она никчемная девчонка, все-таки она дочь своего отца. Потомок древних.

Я заговорил:

— Первородный огонь, позволь стать твоей частью, возьми нашу силу, напитайся и поднимись к небесам. Позволь отдать тебе все, что у нас есть.

Малейка послушно повторяла.

— Мы часть тебя, стань и ты нашей частью.

Мы повторяли наши слова несколько раз, но огонь молчал. Малейка не выдержала и повысила голос:

— Прошу тебя огонь, возродись! Умоляю!

Именно после этих ее слов языки пламени стали танцевать. Они поднимались все выше и выше, огонь напитывался нашей силой, я чувствовал, как он тянет через меня магию Малейки.