Моя раненая пара-перевертыш (ЛП), стр. 11

– Я действительно сожалею о том, как я поступил на днях, – говорю я ей, вспоминая, почему она здесь вообще.

– Все в порядке. Я не умею долго обижаться. Меня больше волновало, что ты меня обманывал или что-то в этом роде, – говорит она со смущенным смехом, и я спешу ее успокоить.

– Я бы никогда этого не сделал. Перевертыши спариваются только один раз и это на всю жизнь, так что я бы не стал тратить время на то, чтобы смотреть на других женщин, которые не были тобой.

Я понимаю свою ошибку, как только ее глаза встречаются с моими.

– Черт, – бормочу я, и она опускает вилку, в замешательстве оглядываясь по сторонам.

– Что? – спрашивает она, и теперь я точно знаю, что она человек.

– Прости. Я… я не должен был это говорить. Я подумал, что, может быть, ты тоже перевертыш или, может быть, Хани рассказала тебе о них, – спешу я сказать.

– Что такое перевертыш? И зачем Хани знать о них?

– Потому что Клифф – ее пара.

– Пара? – спрашивает она, и я тяжело сглатываю.

– Я действительно все испортил, – говорю я, проводя рукой по лицу.

– Начни с самого начала. Что такое перевертыш? – спрашивает она, и я благодарен, что она еще не сбежала отсюда.

– Это человек, который может превратиться из человека в животное. Я волк, как и Рул. Клифф и Уэллс оба медведи.

Она ошеломленно смотрит на меня, и мой волк скулит. Он беспокоится, что она тоже собирается сбежать, и бы желал, чтобы мог перекидываться. Я мог бы сделать это для нее и доказать это ей.

– Я не могу перекинуться, – тихо говорю я. – С тех пор, как попал в аварию.

Ее глаза смягчаются, и она делает глубокий вдох. Несмотря на ее настороженность ко мне, у Хейвен чистое сердце, и я знаю, что ей не нравится мысль о моих страданиях. Боже, мне нужно все исправить, чтобы сохранить ее драгоценное доброе сердце для себя. Когда она так смотрит на меня, мне кажется, что я могу сказать ей что угодно.

– Значит, ты можешь превратиться из волка в человека? – спрашивает она, указывая рукой на мое тело, и я киваю. – А что такое пара?

– Перевертыши имеют истинные пары. Вот что такое агентство знакомств «Любовные укусы». Обычно «Любовные укусы» помогают только королевской семье, но за последние несколько лет они стали более открытыми.

– Откуда ты знаешь, что я твоя пара? – спрашивает она, беря стакан с водой и выпивая половину.

– Я чувствую запах. Твой запах… это лучшее, что я когда-либо нюхал в своей жизни. Как сладкая вата и фрукты, – мой волк делает выпад, желая, чтобы я отметил ее, и я сдерживаю его. Сейчас точно не время. – Как только перевертыш находит свою половинку, он кусает ее. Это отмечает их и показывает другим перевертышам, что они заняты.

– И это на всю жизнь?

– Да. Ты будешь моей единственной истинной парой. Я никогда не любил и не полюблю другую.

Ей это нравится. Я вижу это в ее глазах, в том, как она кусает губы, чтобы они не приподнялись. Я буду напоминать ей каждый чертов день, что она вся моя, она идеальна и очаровательна, и любима больше, чем когда-либо могла себе представить.

– Что произойдет, если я откажусь? – спрашивает Хевен, и мы с волком паникуем.

– Тогда я останусь один навсегда.

– А если я скажу «да»? – тихо спрашивает она.

Мой волк оживляется, как и я.

– Тогда я сделаю все, что в моих силах, чтобы сделать тебя счастливой. Это станет моей работой, моей привилегией убедиться, что ты счастлива и в безопасности. Мой волк и я, мы живем, чтобы ты улыбалась, чтобы ты любила нас.

Какое-то время она смотрит на меня, а затем берет вилку и продолжает есть. Я наблюдаю за ней, ожидая каких-либо признаков того, как все будет, но она мне их не дает.

Я тоже начинаю есть, пристально глядя на нее. Мы убираем тарелки, и я убираю со стола, загружая посуду в посудомоечную машину, а она смотрит на меня.

– Ты не думал о массаже? – спрашивает она, и я поворачиваюсь к ней так быстро, что, кажется, пугаю нас обоих.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты сказал, что не перекидываешься после аварии. Может массаж поможет. Это может успокоить воспаленные мышцы и расслабить тебя.

– Ты предлагаешь? – я спрашиваю.

Раньше я никогда бы не подумал о массаже, но если Хейвен предлагает потереть руками мое тело, то я определенно согласен.

– Конечно, давай.

Я иду за ней в гостиную, затем по коридору в свою спальню.

– У меня здесь нет стола. Это сделало бы его лучше, но если это поможет, то ты мог бы пойти в спа в городе.

– Я не позволю никому, кроме тебя, прикасаться ко мне, – говорю я ей.

Мысль о том, что я позволю другой женщине тереть себя, смехотворна. Только моя Хейвен может прикасаться ко мне.

Она краснеет, направляется в ванную и выходит с бутылкой лосьона.

– Сними рубашку, – говорит она мне, и я спешу ей угодить.

Она укладывает меня лицом вниз на кровать, близко к краю, и я задерживаю дыхание, когда слышу, как она брызгает лосьоном себе на руки.

Я ненавижу, когда моя спина выставлена напоказ. Теперь она может видеть все шрамы и раны, но она не бежит к двери, так что это должно быть хорошим знаком.

– Знаешь, – говорит она, проводя руками по моим плечам и вниз по позвоночнику. – У меня тоже есть шрам на спине.

– Правда? – спрашиваю я, пытаясь поднять голову, но она толкает меня в плечи, пока я не падаю на кровать.

– Ага. Вот здесь, – говорит она, проводя пальцем под моей лопаткой. – Я упала с качелей и приземлился на упавшую ветку дерева. Двадцать семь швов, – говорит она, возвращаясь к массажу.

– Ненавижу думать о том, что тебе больно, – признаюсь я, и она мычит.

– Это было очень давно. Теперь это просто часть меня.

Ее слова эхом отдаются в моей голове, когда она проводит по мне руками, облегчая боль. Ее пальцы гладят мои шрамы, и я сначала напрягаюсь, ожидая, что она будет испытывать к ним отвращение или осторожность, но она не колеблется ни секунды.

Она начинает напевать, и ее мягкий, мелодичный голос только еще больше расслабляет меня. Мои глаза закрываются, и я просто сосредотачиваюсь на ее руках на моей коже.

Я выдыхаю, и вот тогда это происходит.

Я чувствую мех.

Я резко втягиваю воздух, пытаясь снова почувствовать своего волка. Он снова касается меня, и я смеюсь.

– Щекотно? – спрашивает она, пробегая руками по моему затылку.

– Нет, я его чувствую. Я чувствую своего волка, – говорю я ей, изгибаясь, чтобы ухмыльнуться ей.

Она улыбается мне в ответ, отступая назад, чтобы я мог сесть.

– Отлично, Берк! – она обвивает меня руками за талию, и я никогда не хочу отпускать ее. Мы остаемся там на несколько прекрасных мгновений, обняв друг друга. Хейвен позволяет мне держать ее, даже позволяет мне провести пальцами по ее волосам и провести по ее позвоночнику. Она отступает назад, и я улыбаюсь ей, заставляя свои руки упасть с ее талии.

– Мне нужно вернуться к Хани и Клиффу.

Я киваю, хотя и не хочу ее отпускать.

– Я провожу тебя.

Она возвращается в гостиную, и мы надеваем обувь. Я беру ее за руку, когда мы возвращаемся через поле.

Глава 8



Хейвен

БЕРК БОЛЬШЕ НЕ ПРИГЛАШАЛ меня на свидание, но каким-то образом я знала, что сегодня он вернется, чтобы увидеть меня.

Я не могу перестать думать обо всем, что он рассказал о перевертышах прошлой ночью. Все утро я пыталась уговорить Хани поболтать наедине несколько минут, чтобы расспросить ее об этом поподробнее. Когда Клифф поднимается наверх, чтобы принять душ, я знаю, что это мой шанс.

– Что ты можешь рассказать мне о перевертышах? – спрашиваю я, загоняя ее в угол на кухне, и она давится глотком воды.

– Что? – спрашивает она, все еще слегка кашляя.

– Берк сказал мне, что он перевертыш, как и Рул, Уэллс и Клифф. Он также сказал мне, что я его пара.