Попаданка в послушницу (СИ), стр. 39

— Ваша Светлость… — забормотал он, округлив глаза, — мне не докладывали о вашем визите.

— Его Светлость дома? Мне нужно срочно поговорить с супругом, — взглянула я на лестницу, ведущую наверх в вестибюль.

— Да, то есть нет, — запутался мужчина. — Светлейший князь только что отбыл в клуб.

— В какой именно? — расстроилась я, что не застала Ромадановского дома.

— Кажется, в Английский, — прохрипел мужчина, выпрямив спину.

— Лари, прошу… — раздался сверху женский голос, полный отчаяния. — I’m sorry…

— I have said it all, — отчеканил строгий бас, и на лестнице показались две знакомые фигуры.

Князь не сразу заметил меня, так как смотрел на балерину. Вирджиния выдавливала из себя слёзы, вцепившись в руку мужчины. Казалось, она вот-вот рухнет на колени перед ним.

— Значит, говоришь, Его Светлость в клубе? — взглянула я на дворецкого, который стал белее снега. — Мог бы предупредить о гостях.

Мой голос, конечно, услышали, и картина моментально переменилась. Вирджиния перестала истерить, в буквальном смысле повиснув на шее у Ромадановского. Лицо князя стало совершенно каменным, только взгляд потемнел, когда он обернулся, пытаясь убрать удавку из девичьих рук. На его щеке красовался размазанный ярко-розовый след, в тон помаде на губах балерины.

— Простите, барыня, — превратился в тень слуга.

Только этого мне не хватало — стать свидетельницей выяснения отношений.

— Джина, тебе пора, — в голосе князя прозвучал лёд, пробирающий до мурашек, и девушка послушно отцепилась от мужчины, оставив его шею в покое. — Нам больше не о чем разговаривать. Я выполнил все свои обещания.

— Лари, я не отступить, — решительно заявила балерина, но тут же закрыла рот, наткнувшись на пронзительный взгляд мужчины.

— Помочь или вы сами спуститесь? — процедил он.

— Я сама, — Вирджиния свысока посмотрела на меня и, подхватив юбки, начала спускаться, вытягивая мыски ботинок вперёд, словно выполняла у станка батман.

Ромадановский двинулся следом за ней, не спуская с меня глаз, по которым было трудно понять, что думает он о моём появлении. Хотелось сбежать отсюда подальше, но я не собиралась отступать.

Балерина остановилась на последней ступеньке, приблизившись ко мне.

— Всё хорошего, Ваша Светлость, — исковеркала она фразу, свысока посмотрев на меня. Ярко-розовые губы растянулись в ухмылке. Балерина поплыла к выходу. Дворецкий тут же засуетился, провожая гостью.

Когда закрылась входная дверь, Ромадановский, мрачнее тучи, остановился напротив меня, заложив руки за спину.

— Рада, что вы не уехали в клуб, Илларион Константинович, — спокойно произнесла я, смотря на супруга.

— Даже не планировал сегодня туда ехать, Елена Викторовна, — хмуро покосился он в сторону дворецкого. — Простите, что вам пришлось стать свидетельницей сей неприятной сцены. Вирджиния набралась смелости явиться сюда, чего я никак не ожидал.

— Мне нет дела до танцовщицы. Я сюда не за этим приехала, — строго произнесла я, сохраняя внешнее хладнокровие, но сердце застучало быстрее. — Мне нужна ваша помощь, Илларион Константинович. Мы можем поговорить наедине?

— Конечно. Прошу прощения, что должным образом не поприветствовал вас, — он протянул руку, склонив голову. — Доброго вам вечера, Елена Викторовна. Поговорим в кабинете.

— И вам доброго вечера, несмотря ни на что, — расслабилась я, видя, что мужчина настроился на позитивный лад.

Сняла перчатку и подала руку Ромадановскому. Он мягко обхватил мои пальцы и неожиданно приложился губами к тыльной стороне ладони. Я оторопела на секунду, ощутив нежное прикосновение. И князь повёл меня вверх по лестнице.

Кабинет оказался на втором этаже, в стороне от гостиной и бального зала. Скорее всего, сюда допускались только избранные гости.

Внутри помещения оказалось довольно сумрачно, так как окна выходили на север. Ромадановский зажёг сразу три керосиновые лампы — одну у входа и две на рабочем столе. Здесь пахло лавандой и старыми книгами, коих имелось на стеллажах немало. Князь подвёл меня к небольшому дивану, предложив присесть. Честно говоря, хотелось задать нашему общению деловой тон, сидя за столом, но собеседник решил иначе. Пришлось опуститься на удобное сиденье, сам же хозяин кабинета остался на ногах.

— Елена Викторовна, прежде чем вы начнёте говорить, я желаю объясниться, — выпрямился он в струну.

— Право, не стоит, Илларион Константинович, — я поняла, что князь имеет в виду визит балерины.

— Стоит, — отчеканил он. — Не хочу, чтобы вы думали обо мне настолько дурно, как сейчас.

Я хотела возразить, что вообще о нём не думаю, но князь не дал мне вставить слово, продолжив:

— Несколько месяцев назад я познакомился с Вирджинией Кристи. Мой друг, князь Троекуров, пригласил в ресторан артисток из Мариинского театра. Алекс давно предлагал мне стать меценатом, думая, что это развеет мою тоску. Да, он был уверен, что мне нужна любовница, — кивнул он, словно прочёл мои мысли. — Каюсь, в тот день мы выпили лишнего, и моё раздутое самомнение сыграло со мной злую шутку. Я дал слово Вирджинии, что она получит главную роль в новой постановке, приукрасив свои возможности в театральных кругах. Утром понял, что совершил ошибку, но не привык бросать слова на ветер. Я решил сдержать данное обещание. Заодно угомонить Алекса, чтобы он прекратил свои попытки познакомить меня с кем-то из своего богемного окружения.

— Вам удалось помочь Вирджинии? — решила я ускорить его рассказ.

— Да, буквально на днях она получила главную роль в будущей постановке. Если честно, сделать это было непросто. Помимо денежных трат, пришлось заводить новые знакомства и связи в театре, — на губах мужчины появилась горькая усмешка. — Моё опрометчивое обещание обернулось против меня, так как пришлось проводить время в компании Вирджинии. Я сразу дал ей понять, что между нами ничего нет и не будет, но она, по всей видимости, решила по-другому. Женщины не любят, когда их отвергают.

— Как же балерина оказалась в доме Шереметевых? — напомнила я князю об инциденте.

— Хозяин квартиры попросил Вирджинию срочно съехать, так как его родственники пострадали от пожара. Со слезами на глазах она явилась ко мне домой и попросила помощи, — нахмурился собеседник. — Мне совершенно некогда было заниматься поиском жилья, так как шло расследование покушения на государя императора, и я решил пока временно поселить Джину в особняке, теперь уже вашем. Это было опрометчиво с моей стороны.

— Джину, значит. — Резануло слух. При первой встрече Ромадановский тоже назвал балерину коротким именем.

— При знакомстве Алекс представил её именно так. В узком кругу она предпочитает, чтобы её звали Джиной, — сжал он челюсти. — Сегодня она явилась отблагодарить меня как раз за полученную главную роль.

— Вижу, благодарность была очень пылкой, — хмыкнула я, достав из ридикюля шёлковый платок. Поднялась и без задней мысли приблизилась к мужчине. Рука потянулась к ярко-розовому следу на его щеке. — У вас тут помада осталась.

Я начала оттирать косметику, но оказалось не так-то просто это сделать. Ромадановский замер, приподняв брови, но промолчал.

— Лучше с мылом умыться, — сдалась я, убирая руку, но мужчина перехватил её, сжав запястье.

— Вы мне верите, Елена? — На меня пытливо смотрели зелёные глаза.

Глава 37

Глава 37. Итоги разговора

Сердце пропустило удар, а я не могла оторвать взгляда от глаз князя.

— Не знаю, но хочу вам верить, — вздохнула я, чувствуя себя странно в этой ситуации. — Честно говоря, пришла к вам не за исповедью, а за помощью. Банки отказали мне в выдаче кредита. Фабрике нужны деньги, чтобы провести модернизацию и в перспективе расширить производство. А я понятия не имею, где искать инвесторов.

— Я думал, вы хотели поговорить со мной о вчерашнем визите Ольги, — нахмурил он брови, отпустив мою руку.