"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 379
Тэй рефлекторно сделала шаг ко мне. Попутчик сразу просчитал расстановку сил. Если резко упасть на спину, вытянув руки вверх, то встроенным клинком можно будет отрубить девице руку. Шикаю на этого головореза, но понимаю, что в крайнем случае выбора не будет.
– Держу и не шевелюсь.
– С кем ты: Резаки, Пещерники, Изломы, а может Кочевник или фанатик? Или ты один из Вестников Таната, которые опять нашли игрушку Творцов? Из какой ты группы, Нико?
– Впервые слышу о них. В каком-то плане я искатель. – Тут Тэй фыркнула, а я вспомнил, что в том зале кто-то из них так и назвал их группу. По-моему, это была Илу. – Но по сути своей я просто странник и новичок в этом монохромном мире.
– В каком мире? – у Тэй даже правая бровь приподнялась в поддержку вопроса. – Ты ещё скажи, что вчера родился и сразу удачно влез в башню смерти. Может мне тебе и твоему другу отстрелить какую-нибудь ненужную часть оболочки?
Так, Попутчик готов действовать, но у меня есть последнее верное средство – шокирование.
– Вообще-то не вчера, а только сегодня. И не родился, а переродился, если я правильно понимаю. Кстати, а ты местная ведь? Может объяснишь разницу? Я вот не помню даже как сюда попал.
Это так, а пока просто изображаю из себя настолько милого потерявшегося щеночка, что Бэмби супротив меня – маленький тупой олень. Так, а это ещё откуда? Ой, да какая сейчас разница? Голова не пухнет – уже хорошо. Но изображать миловидность будучи на вид монстром – можем, умеем, практикуем. Или пытаемся изобразить
– Что? – Тэй даже чуток опустила руку с оружием. – Ты впервые переродившийся? Из башни? Никто не мог в неё войти и не выходил десятки, а может и сотни оборотов. Всех убивала неведомая сила. Были смельчаки, но по легенде всё вошедшие упали, сделав лишь несколько шагов за порог.
– Так вирус до сих пор жив. Как я понял, ваши Творцы всё делают с запасом на много оборотов. Там три уровня завалены засохшими трупами.
Вкратце рассказываю ей об увиденном. Похоже мне вышло её заинтересовать. Доверять интуиции, я не рассказал о своей первой оболочке и действиях Хранителя. Вообще вёл себя как раз, который действовал согласно инструктажу. Проснулся в вирале, оделся, помылся и пошёл искать место, где меня прикрепят к группе. Кругом пусто, никого нет, увидел пролом во внешней стене, а потом меня атаковали и сбросили вниз странные твари.
Тут Тэй попросила меня описать мобов и бой с ними. Услышав, что после того, как меня пробило насквозь обломком костяного набора, я вспомнил имя, девушка молча кивнула головой:
– Болевой шок и выброс гормонов пробивает блок в памяти. Имя – первая вещь, которую вспоминают все. Но не обольщайся, Нико.
– Почему? – спросил я, заметив в интонациях Тэй сарказм.
– Ты вспомнил неполное имя. Лишь его часть. Так у всех. А опиши мне комнату, где ты очнулся?
Описал я ей и зал с оламами.
– Хранилище тел? Интересно.
Что интересного она в этом нашла? Или можно проснуться в другом месте?
– И как ты от ран не умер, Нико? По твоим словам, тебя в клочья порвали, а ты здесь стоишь, живой.
– Так я забрал там ульмы из ниши. Как и сказали. Я должен был кого-то найти, но так и не понял, кого. Вроде должен был кого-то лечить или помогать тому, кто лечит? – изображаю из себя человека, у которого проблемы с памятью. – Мне сказали, но я не разобрал...
– Неважно, – оборвала меня Тэй. – То есть ты лекарь или его помощник. Точно не формовщик?
– Э-э, да нет. Вроде бы. Не знаю. Как применять ульмы помню, их наполнение...
– А где их перезарядить? – снова обрывает меня Тэй и тычет мне в голову свой напоминающий жука дробовик. – У тебя есть пустые ульмы? Можно их перезарядить? Например здесь?
Что-то в её голосе изменилось. Какое-то напряжение появилось. И ещё я понимаю, что это проверка. Потому оглядываюсь и замечаю на стене странные утолщения. Тэй краем глаза тоже на них посмотрела. Но я вспоминаю данные с церебрала, данного мне Хранителем. Точно, там говорилось про такие штуки. Будто вертикальная кость торчит из стены от пола до потолка. В середине ребристая шишка с пластиной для подключения чагсов.
– Вот узлы пополнения. Разные вещества. Снизу должна быть выемка для Ульма. Каждый узел даёт своё вещество.
– Какие именно? – снова прерывает меня Тэй. – Фактор борьбы с вирусами? Теми, что искажают?
– Нет, – морщась я. Недавно изученная информация ещё не уложилась ровно у меня в голове. Нужно время, чтобы понять, что имеет в виду брюнетка. – Это всё производиться отдельным малым тельмахом. Тут только рабочий стимулятор с питающими веществами, противоядие и нечто, что погружает раза в сон. Чтобы его доставили к целителям, и он не умер.
– Стазис? Понятно. Можешь наполнить этот ульм стимом?
В левой руке Тэй появился не один, а пара ульмов.
– Да. Рабочие единицы не нужны. Только передать команду. Это не тельмах для рабочих, а... служебный, наверное. Не могу сказать точнее. Непривычно.
Тут я не врал. Реально с трудом пока обращался с новыми знаниями. Не знаю, как мне отблагодарить этого жука с щупальцами, но Хранитель мне и тут реально помог.
Тэй вложила мне ульмы в левую руку и отошла. Мне позволили наконец-то встать и подошёл к стене. Приложил один из чагсов к крайнему узлу и дал ульму присосаться к незаметному отверстию снизу.
Также через соединение с узлом я получил информацию о состоянии других точек перезарядки:
– Тут стимулятор. Следующим с противоядием, но он пуст. В правой стазис. Что тебе нужно?
– Давай стимулятор, – вздохнула Тэй. – Проверю его. Почему антидота нет.
– Не поступает. Или производящий тельмах мёртв, или его не зарядили нужным сырьём. Черт, это место будто умирает.
– Как и весь этот мир, – философски заметила Тэй.
Со странной интонацией она это произнесла. Смесь тоски, насмешки и какого-то фатализма. Своеобразный коктейль.
– Это я уже понял, – говорю и кидаю ульм девушке. Та поймала его не глядя. Ловкая и реакция на уровне. – Обычный стимулятор серый и прозрачный, но этот отличается. Белесая взвесь в растворе.
– Вижу. Узел испорчен? – Тэй встряхнула ульм и стала рассматривать его содержимое. Оружие она чуть опустила, но краем глаза отслеживала меня.
– Нет. Если верить моим знаниям, то это особая версия для рабочих с питательными веществами. Видимо, чтобы...
– Всё так, – оборвала меня Тэй и вколола содержимое ульма в свободный чагс. Да, это же ещё что-то вроде катетера. Практичные разумные делали эти тела. – Мы называем его шахтёрским стимом. Проверку ты прошёл, Нико – тебя хотели сделать лекарем.
– Почему хотели? – задаю я резонный вопрос и старательно изображаю непонимание.
– Потому что это не нужно создателям, творцам, демиургам и богам, – с горькой усмешкой на лице произнесла Тэй и кинула мне опустевший ульм. – Короче, всем тем тварям, что сотворили этот больной мир, а потом бросили его и ушли.
– Почему ты так думаешь?
– Забери меня Танат, но ты похоже реально только сегодня из матки выпал. Осмотрись вокруг, Нико. Всё заброшено, разваливается или умирает. Мобы плодятся и ходят по улицам. Ещё и мутируют постоянно. Каких только тварей мы не видели за эти обороты. И так не только здесь. Мы уходили от Забвения на большие расстояния. Исследовали все целые тоннели, исследовали пещеры, но так и не смогли подняться на верх, на поверхность. Только странные заброшенные города вокруг. И всё чуждое.
– Потому что всё вокруг из живой плоти, да? Но ты с трудом помнишь, что так быть не должно? То есть вы ребят то же гости в этом мире?
Тэй опять печально улыбается:
– Мы давно уже стали частью Таната. Придатками его больной плоти. Если выживешь и проживёшь подольше, то поймёшь, Нико. Кстати, так где ты достал этот то ли инис, то ли кимбар?
– Везение наверное...
– Везения в Танате нет, – вдруг грубо оборвала меня Тэй. – Ты его исчерпал, когда тебя вынули из олама. Матки то есть. Здесь нет надежды и нет милосердия. Запомни, заруби на носу, вырежи себе на подкорке эти принципы. Танат безжалостен. Примешь эти правила – останешься жив.