"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ), стр. 198

— Да, интересный вариант — согласился Устинов. — С такими ракетами на Кубе мы будем держать пистолет у головы врага! Если они будут без ядерных боеголовок, то никаких соглашений мы не нарушим. Так в таком варианте наверняка можно будет сделать и противокорабельные ракеты⁈ А это сразу изменит соотношение сил на море! Я понял ваше предложение по ракетам Х-22, очевидно их надо будет развивать, совершенствовать их головку самонаведения.

— Да, но у таких ракет, которые будут лететь со скоростью пять и более махов надо будет решить проблему плазмы, которая будет образовываться на обтекателе ракеты и экранировать её радар и другие датчики — напомнил я. — Как решать эти проблемы нам неизвестно. Вижу только самый простой вариант решения этой проблемы — ракете надо долететь до района расположения цели, через космос, в вакууме, там из космоса по радару обнаружить цель, выставить по гироскопам курс и почти вертикально ударить по цели. Но на перспективу и на этом участке ей необходимо маневрировать. За двадцать-тридцать секунд полета отклонение ракеты от курса будет незначительным. Смогут ли наши разработчики дать возможность маневрировать боеголовке, не потеряв при этом цель — не могу сказать. Самый простой маневр — движение к цели по спирали, противоракете очень сложно будет ее перехватить, даже при таком простом маневре — предложил я.

Данных по нашим ракетам «Кинжал» у меня не было, поскольку на конец моей жизни в 2025 году таких данных в открытом доступе не было. Были только общие описания этой ракеты. А вот как преодолеваются проблемы с плазмой вокруг головной части информации не было.

— Это очень интересный вариант противокорабельной ракеты, да и вообще ракеты, скажем малого радиуса действия — согласился Устинов, записав мое предложение в блокнот.

Мы с ним поговорили еще на прочие темы, связанные с вооружениями, и закончили разговор.

Сидя в машине, я раздумывал, а вообще зачем меня Устинов к себе приглашал? В общем-то у нас с ним шел разговор ни о чём… Может быть он хотел кое-что для себя прояснить в связи с моим докладом? Но я у него узнал много полезной информации — снят с повестки дня вопрос о строительстве подводных лодок типа «Акула» и ракет Р-39, огромная дыра у нас была от них в бюджете. Помнится даже Макеев говорил, что ракетное топливо для Р-39 дороже черной икры.

Проект самолета Ту-160 тоже положен под сукно — опять огромная экономия бюджету, вместо них будут производить что-то подобное американскому Б-52, долгожителю стратегической авиации, он и в 21 веке летает. Хотя я подкинул тему гиперзвуковых ракет, появятся «Кинжалы» пораньше в СССР. И они реально могут помножить на ноль доминирование авианосцев США в мировом океане в случае конфликта. И похоже, что к авианосцам наши тоже охладеют из-за этого, хотя кто его знает?

Вернулся на квартиру, позвонил Валентине — она же квартиру с телефоном сняла, ну как без него? Поболтали, договорились встретиться у нее, мне назначили время через час, чтобы она могла свои перышки почистить, красоту навести.

Встреча прошла на высшем уровне, я прихватил бутылку хорошего красного вина и всяких деликатесов из спецмагазина, фруктов. После яркой встречи в спальне — давно не виделись, продолжили вечер, пели песни — ну куда без этого. Валя играла на пианино — оно стояло на квартире, она вызывала настройщика для него, я играл на гитаре — Валя позаботилась и об этом.

Глава 23

Ночевать я остался у своей подруги, о чем сразу предупредил охрану. Утром Валя ушла на занятия, я отправился по делам — посетил Маликова и «Самоцветы». Он рассказал, что готовятся гастроли в ФРГ, немцам очень зашли песни на английском цикла «Модерн» (так я ему их обозначил без расшифровки).

— Валера, представляешь! Нам будут командировочные в валюте платить! — восторгался Маликов.

Я читал про эти командировочные — и смех и слезы. Но сам я ничем не мог помочь — мои рубли в доллары и марки конвертировать было невозможно. Сам я невыездной, валюта мне не нужна, в спецмагазинах есть все то, что продается за валюту в «Березке».

Для дела все, что требуется, КГБ закупает за рубежом из своих фондов.

Я как-то сразу смирился с этим. Но надо задать этот вопрос Андропову — из-за этой неоправданной скупости палятся и попадают на крючок западных спецслужб много наших людей. И надо больше импортных товаров завозить в СССР, коли сами их не можем производить.

Андропов

Только вернулся на свою служебную квартиру поступил вызов от Андропова.

— Я становлюсь популярным в Москве, однако — хмыкнул я, собираясь к секретарю ЦК КПСС по идеологической работе и куратору КГБ.

— Здравствуйте Валерий Иванович! — поздоровался за руку со мной Андропов. — Вот занимаюсь тут чисткой идеологического отдела от людей, которые смотрят в прошлое. Кроме цитирования цитат классиков марксизма ничего не умеют делать. А нам надо думать, как нашу страну в будущее вести.

Ваши записи относительно объективного характера прибавочной стоимости мы с молодыми и энергичными сотрудниками нашего отдела обсудили на семинаре, в том числе учитывая наш опыт по уголовным делам в сфере торговли, и пришли к выводу, что это утверждение скорее всего верное. Изучили наш послевоенный опыт по работе с кооперативами — так это, по сути, были частные предприятия! Но были и ограничения для них — работать в нем могли только члены кооператива, которые, впрочем, достаточно легко обходились. Главное, что они практически всю страну снабжали товарами народного потребления. В общем решено возродить это движение, ну а точнее говоря кооперативы. И на селе мы решили применить такую же форму для производства сельхозпродукции, причем разрешаем нанимать работников в любом количестве. Главное — это соблюдения требований по фонду зарплаты, таких же, как для госпредприятий. Ну и контроль будет таким же строгим. Ну а прибыль, если она идет на выплату дивидендов, после налогообложения, выплачивается в виде премии учредителям кооператива, или же работникам, если учредители так решат. А если они прибыль вкладывают в развитие производственной базы, то она налогом облагается не будет. Это позволит быстрее насытить рынок необходимыми товарами и развивать их производственную базу.

В этом плане нам было легче решить вопрос об акционировании государственных предприятий, которые занимаются выпуском товаров народного потребления — сейчас разрабатывается законодательная и нормативная база для этого. Тут мы сделали этот необходимый идеологический переход и признали эквивалентность личной и частной собственности. Как вы подсказали, обосновали это тем, что теоретики марксизма изучали этот вопрос в 19 и 20 веках, а уже конец 20 века, изменились и производства, и производственные отношения, и население. Нет сейчас чисто эксплуатируемых классов, та же поденная работница имеет возможность приобрести акции любого предприятия и получать от них дивиденды. Мы признаем в этом свои идеологические ошибки, и тут же начинаем их исправлять — акционируем те предприятия, которые производят товары для народа.

— За эти действия, по производству этих товаров, нужных для народа, сейчас под судом меховая мафия — напомнил я Андропову. — По моим предсказаниям, троих из них расстреляют. Они, конечно, нарушили закон, но они могут компенсировать нанесенный ущерб — пускай наладят выпуск шуб в местах лишения свободы, как в свое время действовал Сталин, организовывая шарашки из врагов народа и провинившихся инженеров, и конструкторов.

— Да, я лично отстаивал это уголовное дело — много покровителей наверху у них нашлось. Но сейчас они действительно под судом… Я обсужу этот вопрос с генеральным прокурором, чтобы он снял требование о высшей мере для них — ответил Андропов. — И правда, попробуем их использовать для дела!

— В качестве поощрений для них предоставляйте возможность свиданий с женами или любовницами, иначе не захотят работать — улыбнулся я.