Испытание гордости. Северная леди (СИ), стр. 41

— Спокойной…

И как бы мне этого не хотелось, ночь, увы, спокойной не была.

С трудом уснув, я была вынуждена проснуться вновь из-за чувства, будто все мои внутренности вот-вот вырвутся наружу. Подскочив на месте, толкнула Императора в бок, не думая ни о чём другом. Лорд будто только и ждал чего-то подобного, за долю секунды оказавшись на ногах с моей стороны.

Ловким движением он вытянул из-под постели таз, а после помог мне нагнуться вперёд, второй руках сгребая мои волосы в ладонь на затылке. Мне было плохо и стыдно. Живот крутило, виски ловило, а позывы никак не прекращались, и даже тогда, когда желудок полностью изжил себя, моё тело продолжало содрогаться в приступах.

Небеса, я готова была умереть со стыда в эту же секунду. Ведь кроме лекарей меня в таком состоянии больше никто не видел, а здесь никто либо. Император, мой супруг! И пусть он вёл себя как обычно, никак не выражая брезгливость или же презрение, мне всё равно было не по себе.

— Я налью вам воды, — наконец, выдохнул мой муж, когда я обессилено склонила голову, сжимая в руках простыню.

— Мне жаль, что вам довелось видеть меня в подобном… состоянии, — прошептала, не смея поднять взгляд.

Перед моим лицом появился стакан, который я приняла с опаской, начав пить медленными глотками. Боялась, что позывы повторятся. Влага освежала и дарила покой, которого сейчас так не хватало.

— Двадцать лет назад закончилась война с дроу, — внезапно заговорил Император. — Я принимал в ней активное участие, командуя войсками. Так вышло, что мы освобождали одну деревню, она была важной точкой для перевозки продовольствия. Это оказалась засадой.

Я замерла, боясь выдать свой интерес и непонимание, к чему он начал вообще об этом рассказывать.

— Нас окружили, — тем временем продолжил супруг, задумчиво смотря куда-то в сторону, привыкшие к темноте глаза могли выловить его профиль. — Доступ продовольствию и группе полевых медиков был перекрыт, нам пришлось обходиться тем, чем есть. В деревне проживала одна девушка, её… во время захвата она приглянулась одному офицеру из дроу, и он её изнасиловал.

— Ч-что…

— Делать аборт он ей категорически запретил, строго за этим следя. А когда наша армия начала стремительное наступление, то он, похоже, просто не смог забрать с собой эту девушку, так как мы были слишком близко. В общем, когда я появился, она была на последней неделе.

— И что вы сделали?

— Я сильный тёмный маг, Аврора, но это не лишало меня возможности стать неплохим магическим лекарем, — лорд повернулся ко мне лицом, и мне почему-то отчётливо показалось, что он улыбнулся. — Я принимал роды, моя дорогая. Это были самые долгие семь часов в моей жизни, но они того стоили.

Степень моего изумления на тот момент не измерялась ни в чём. В голове не укладывалось, что этот человек благородных кровей, наверняка, около семи часов провёл в полутёмном помещении, помогая новой жизни появиться на свет. И это был действительно стоящий поступок, о котором я не ожидала узнать именно от этого лорда.

— Здесь стесняться нечего, ваш сегодняшний недуг — лишь малая часть того, что мне довелось повидать,

— мужчина аккуратно вытянул из моих рук пустой стакан, отставив его на прикроватный столик. — Вам лучше?

Прислушалась к своим ощущениям, прежде чем несмело сказать:

— Да.

— Что ж, тогда, ложитесь спать, миледи.

И я, всё ещё удивлённая поведанной историей, послушно вернулась на место, закрыв глаза. Хотя уснула не сразу, всё силясь представить Императора в полевых условиях, представить его более человечным. Пока думала, поняла одну важную вещь: судить южан по северным традициям глупо.

Наверное, мне стоило пересмотреть своё отношение не только к этой стране, но и к её жителям. Думаю, и здесь найдутся отличные люди.

Укутанная приятным коконом тёплых мыслей я уснула, завернувшись в лёгкое одеяло. За моей спиной тяжело вздохнули, а после прижались ближе, но это я уже списала на сон, который вовлекал меня в свои объятья.

Проснулась я одна и посередине кровати, полностью укутанная одеялом. Недоумённо поморгала, оглядевшись. И ведь точно покои Императора. Аккуратно приподнялась на локтях, заметив серебряный таз, который был чист и стоял неподалёку, сразу же вспомнились события ночи, которые на первых парах казались неудачным сном. Небеса, какой же это позор.

Со стоном повалилась обратно на кровать, лишь с опозданием поняв, что голова больше не беспокоила. Да и перстень примирительно лежал на подушке, словно был здесь всё время. Спешно надела его, вновь почувствовав себя в безопасности.

Как позже оказалось, день, проведённый в постели — день, прожитый зря. С утра меня посетил лорд Пгер. Лекарь принёс обещанный отвар, провёл диагностику, а после поспешил удалиться, сказав, что навестит вечером. Далее в комнату пришла прислуга с желанием помочь переодеться, но я всех выгнала, приказав лишь принести из моей спальни книги.

С явным неодобрением на столике рядом со мной выросла стопка книг, а после там оказался холодный чай.

До обеда меня никто не тревожил, даже прислуга не заглядывала, что уж говорить, фрейлин на порог стража не пропустила, но об этом я узнала позже. Когда леди Озаро принесла мне поднос с едой и осталась, решив составить компанию. Девушке я была благодарна, не хотелось показывать, но находиться одной в постели, пусть и с книгами, было безумно скучно.

Фрейлина поведала мне новости и слухи, что ходили в стенах дворца. Самым неприятным известием стало то, что на завтраке присутствовала леди Фельида. И когда Император поведал, что мне нездоровится, её улыбку только слепой мог не заметить. На этом моменте я нахмурилась, но стойко промолчала.

— Леди Озаро, — произнесла, спустя час, — не могли бы вы подать мне бумагу и чернильницу с пером?

— Вы собираетесь что-то писать, Ваше Величество?

Я приподнялась, облокотившись спиной о подушку, поставив освободившийся поднос на колени, а после на нём заняли своё место перечисленные мной предметы.

— Передашь послание леди Розалио? — поинтересовалась, аккуратно выводя буквы.

Писала я на фордейском ещё хуже, чем разговаривала, поэтому пыталась изъясняться простыми словами, не требующими большого количества связок.

— Оно… секретное?

— Скажу так, это имперский указ, — произнесла, поставив размашистую роспись, а после капнула на перстень, приложив его к бумаге. Но потом поспешила вытереть салфеткой. — Чем быстрее передашь, тем лучше.

— Поняла, — покладисто согласилась леди Озаро, склонив голову.

Как только чернила подсохли, я свернула бумагу и передала фрейлине, которая поспешила удалиться. Вдогонку ей была отправлен приказ без ответа не возвращаться. Что ж, я вновь осталась одна.

Попыталась вновь занять себя книгами, но это продлилось недолго. В комнату ворвалась леди Элионор, признаться, я успела позабыть, что дала ей свободный доступ к моим покоям. Впрочем, эту женщину, похоже, не волновало, что сейчас мы обе находились в спальне моего супруга.

Критически оглядевшись, бывшая компаньонка направилась ко мне, чопорно опустившись на край постели у моих ног. Я молчала, ожидая от неё начала разговора. Всё-то время после коронации мы виделись крайне мало, и это не потому, что мне претило иметь в собеседницах леди Элионор. Скорее уж, северянка сама не особо искала встреч со мной, что нисколько не удивляло.

И если с лордом Маркус я поддерживала постоянное общение, пересекаясь с ним в библиотеке и во время прогулок перед дворцом, то леди лазила совершенно по другим местам.

— Я слышала, что с вами случилось, леди Раммон, — сухо произнесла женщина, казалось, попытавшись вложить в голос сочувствие, но получилось это у неё крайне скверно.

— Леди МакАлистер, — поправила я, поморщившись.

— Пусть так, — пожав плечами, согласилась собеседница. — А вы быстро нашли общий язык с Императором, даже месяца не прошло.