Королева Эхо (СИ), стр. 57

Оба титана, взяв оружие в руки и объединившись с кланом циклопов, встали на мою защиту — они прикрывали меня от пушек. Только вряд ли у них были шансы. Этих титанов просто аннигилируют вместе со мной.

Я окинул взглядом округу. С такой высоты она была вся как на ладони.

Мы стояли посередине долины, изрытой и обожжёной сражением, вокруг валялись окровавленные тела двадцати павших циклопов из клана. Я чутко уловил вонь мёртвой плоти, будто у моего титана появилось не только своё собственное зрение, но и своё обоняние.

Остальные титаны корпорации стояли далеко — дальше, чем в километре от нас. Они больше не пытались прорваться ко мне, а просто ждали того, что должно произойти. Некоторые из них смотрели даже не на меня, а по периметру долины — туда, где в трёх сторонах на высоких каменных постаментах стояли крупные установки, на западе, севере и востоке.

Установки возвышались над коробами из брёвен и были готовы к работе.

Те самые аннигиляционные пушки.

Хотя они вообще не походили на пушки, а выглядели как титановые сферы с соплом и излучателем в виде тонкой и спиралевидной многометровой иглы. Все они были направлены в центр долины, туда, где стоял я, а рядом со мной замерли остатки клана, циклоп-тиран и двое титанов.

— У-у…хо…дите… — прохрипел я.

Это слово далось мне нелегко, будто я разучился разговаривать.

Никто не ушёл. Да и не успели бы они уйти — ни один из них. Потому что невозможно тягаться в скорости с импульсным потоком антиматерии и аннигиляционным ударом. Единственное, что можно было успеть наверняка — это ощутить собственное исчезновение.

Я резко повернул голову на восток.

Мои невероятные по чуткости глаза всё-таки заметили, как внутри сопла одной из установок срабатывают магнитные ловушки, как рождается сгусток плазмы, как он превращается в тонкий световой шнур, похожий на сварочную дугу, вспыхивает и начинает движение по спирали иглы.

Значит, именно эта пушка сработает первой.

Ни о чём больше не думая, я бросился в её сторону. Не знаю, на что я рассчитывал. Наверное, на то, что я каким-то магическим образом обгоню собственную смерть и уничтожу установку.

Когда рассчитывать больше не на что, остаётся уповать на чудо.

Грёбанное чудо!..

Я отлично знал, что чудес не бывает, но в ту самую секунду оно случилось. Прямо на моих глазах пушка и постамент, на котором она стояла — всё это взорвалось на осколки от мощнейшего удара Эхо и сгорело в белом огне прямо на лету.

Это был не просто удар, а чудовищная энергия, взятая напрямую у Диска Эхо. Прямо с неба, мать его! Будто ударил сам Господь.

На такое было способно только одно существо в Эльдоре.

Королева Имаго ворвалась в долину на своём скалоподобном циклопе. Сотрясая землю, Древнейший расчистил себе дорогу, протаранив ближайших титанов и расшвыряв их, как котят.

Он бросился ко второй аннигиляционной пушке, стоявшей с северной стороны, но ни единого шанса успеть у него не было.

И тут опять прогремел взрыв.

Всё, что я успел увидеть, как в северную установку ударил короткий красный луч, а в следующее мгновение она разлетелась на куски, раскалённые добела. Следом прогрохотали ещё взрывы, множественные, долгоиграющие, и остатки установки расщепило в красочный салют.

Этот удар точно совершила не Королева — слишком он был точен и хладнокровен, без капли ярости.

На арену шагнул титан Арес.

Им управлял первый помощник главы крепости Мариано. Именно его титан уничтожил вторую пушку. Красный корпус Ареса всё ещё лоснился в свете вспышек, на груди сиял активированный Эхо-Реактор, в чёрной фасеточной оптике играли отблески, а правая рука была направлена в сторону взрыва. Каким ключом он ударил, и был ли это вообще ключ, я так и не понял, да и плевать мне было.

Совершив удар, Арес сразу же повернулся на запад, к третьей пушке.

Только уничтожить её уже никто не успел: ни Арес, ни Королева.

Установка пропустила импульс по спиралевидной игле и отправила смертоносный, почти невидимый поток точно в меня. В то же мгновение передо мной появилось огромное чёрное тело циклопа-тирана.

Он поднялся с четверенек и встретил грудью аннигиляционную вспышку вместо меня.

Всё остальное произошло за доли мгновения.

Столкнувшись с антиматерией, тело циклопа просто исчезло, растворилось в пространстве. Следом обрушился слепящий свет, будто взорвалась звезда, а потом ударила тепловая волна и загустевшее камнем Эхо.

Взрывной лавиной меня сшибло в сторону и подняло вверх, как щепку. Это всё, что я успел осознать. Остальное — как в тумане: умер ли я или ещё жив, куда несётся моё тело, горит ли оно огнём или это просто боль, взорвалась ли Вселенная или только моя голова?..

Казалось, я пробыл в невесомости не один час и даже не один день. Возможно, я потерял сознание на несколько лет, а потом, спустя примерно вечность, всё-таки осознал себя, рухнул на спину, пропахал лопатками землю, переломал деревья, вдребезги разрушил скалы.

Моё бесконечное падение оборвало озеро.

Протаранив прибрежные валуны и смяв кусты, я влетел в котлован с водой. Сознание вернулось, когда моё тело уже погружалось на дно. Только у меня никак не выходило пошевелиться — контузия от удара Эхо парализовала нервную систему.

Дёрнувшись в воде и сделав отчаянный импульсивный вдох, я ощутил, что всё-таки достиг дна. Вокруг болтались нити золотистых водорослей. Эдогониум. Это был эдогониум золотистый из рода нитчатых спирогир.

Вот нахрена я об этом подумал?

С другой стороны, если я вообще помню, что такое эдогониум, то значит, ещё не потерял рассудок и память. И возможно, лимб тоже не потерял.

А Прометей?

Потерял ли я Прометея?..

На этом вопросе кто-то огромный ухватил меня за плечо и потянул на поверхность.

В то же время, там же.

Королева Имаго

Древнейший успел вытащить его из воды.

На руках он вынес Прометея на берег и опустил на траву, а потом шагнул назад и замер неподвижной скалой, чтобы не мешать своей Королеве довести дело до конца.

Теперь бы никто не помешал ей завершить ритуал эволюции этого существа.

Она заплатила за это чудовищную цену. И не только она.

Уважительным поклоном Сойка поблагодарила Древнейшего за помощь и, мягко ступая по траве босыми ногами, направилась к Прометею. Он лежал на спине, глубоко дышал и пребывал в пограничье — между смертью и жизнью. Он не проснулся до конца и не осознал, каким стал.

Теперь это было огромное тёмное чудовище, внешне отдалённо похожее на прошлого Прометея, но намного крупнее, сильнее, могущественнее. И уже другое. В нём технологии и природа, людское и звериное, срослись в уникальном единстве.

Теперь он был живой, по-настоящему живой, однако Прометей сохранил и часть прошлого себя. Например, те искусные огненные татуировки и технологичное сердце в груди, которое люди называют Эхо-Реактором.

Пилот внутри Прометея был ещё жив, но совсем ненадолго.

Сойка была уверена, что пилот погибнет в бою и всё свершится там, в долине у крепости, но пилот оказался невероятно упорным бойцом — он отказывался умирать.

Однако теперь это решать не ему.

Тело титана продолжало трансформацию до сих пор и должно было забрать всю плоть пилота себе, став ещё сильнее, чем сейчас, объединившись с магом в едином организме. Пилот так раскалил своего титана в бою, что Прометей прошёл сразу две эволюции, одну за другой: третью и четвёртую.

Такого даже Сойка не ожидала.

Пилот сделал это сам, одной лишь волей, которой позавидовали бы даже легендарные воины древности. Она навсегда запомнит его племенное имя — Станислав Терехов.

Но сейчас Сойка должна была сделать выбор.

Позволить титану поглотить пилота и стать полностью разумным сверхсуществом, совершенным во всём. Или спасти пилота и оставить титана таким, какой он сейчас. Да, крепким и сильным, но несовершенным, ведь без своего пилота он не будет обладать и половиной того, чем бы владел, если бы поглотил его плоть и сознание.