Механист (СИ), стр. 7

— Нет, никто его не отнял! — поспешил я его успокоить, пожал плечами и добавил: — Я его проглотил, и, кажется, мы с ним теперь стали одним целым.

Лина и Рорк замолчали и оба с изумлением уставились на меня. Ухо Лины смешно дёрнулось, когда она о чём-то догадалась.

— Проглотил. Потом тебя ударили. Скажи ещё раз, что ты почувствовал? — с интересом спросила она. Но едва я собрался ответить, как Лина меня перебила: — Постой… Ты говорил, что они пытались утопить тебя в бочке. Так? Но она же дырявая!

Эта девушка всегда отличалась острым умом и сообразительностью, поэтому я нисколько не удивился, что такая деталь оказалась замеченной. Очередной раз вздохнув, я понял, что придётся рассказать друзьям всё прямо сейчас. Но не делать же это, когда вокруг столько ушей!

— Да, она была целой. Не знаю как, но я прожёг в ней дыру, — тихо произнёс я.

— Сможешь повторить? — всерьёз задала вопрос Лина, пока Рорк слушал нас с открытым ртом.

— Думаю, да. Но не здесь. — Я кивнул.

— Тогда идём в моё логово!

Оттолкнувшись руками, девушка ловко спрыгнула с балки и махнула ладошкой, призывая нас пойти с ней.

Глава 4

Механиты

Спать под открытым небом, тем более сейчас, когда на свалке уже стало понемногу холодать, — не самое приятное занятие. Конечно, можно всю ночь греться у костра или бочки с горящей ветошью, пропитанной старым машинным маслом. Некоторые ребята здесь так и делали. Остальные же предпочитали иметь хоть какую-нибудь крышу над головой.

Нашу с Рорком хибару мы построили из подручных материалов: ржавых труб, арматурин и листов железа, кое-как скреплённых между собой такой же проржавевшей проволокой. Не сказать, что в подобном жилище было теплее зимой или суше во время сезона дождей. Но некоторое чувство защиты оно нам давало. К тому же оберегало от пыли и ветра.

Лина строила логово из того же хлама, что и мы, но по сравнению с остальными сарайчиками оно смотрелось, как настоящая крепость! Да ещё и стояло на отшибе прямо в центре небольшой кучи бесполезного металлолома, словно островок, окружённый рвом наизнанку. Стены плотно обшиты листами железа. Всё на саморезах. И даже дверь запирается на замок!

Когда мы подошли ближе, Лина достала из-за пазухи висящий на верёвочке ключ, вставила его в углубление механизма, и тот дважды щёлкнул. Удерживаемые им концы цепи звякнули и повисли.

— Добро пожаловать! — сказала девушка и обернулась на моего друга. — Рорк? Только прошу тебя, ничего здесь не трогай! Ты меня понял?

— Угу, — виновато откликнулся тот. Улыбнулся и кивнул, с предвкушением потирая мохнатые ладони.

Рорк нечасто бывал у Лины в гостях, но каждый раз бросался всё лапать, щупать и проверять на прочность. А ещё он любил брать в руки инструменты и размахивать ими, будто оружием. Этакий воин с гаечным ключом или струбциной. Должно быть, очень устрашающе, по мнению Рорка. Ну, по крайней мере, его лицо в такие моменты становилось под стать вымышленному образу.

Сам же я бывал в логове Лины ещё реже. Два раза за три неполных месяца, если не ошибаюсь. Не потому, что она меня к себе не пускала. Хотя я сильно сомневаюсь, что у неё в гостях бывал кто-либо, кроме нас с Рорком. Просто когда Лина предлагала Каю зайти к ней, тот каждый раз находил причины этого не делать.

— Эх… — вздохнула девушка и с лязгом вытащила цепь, продетую через проушины на стене. Вновь обернулась на меня, не скрывая улыбки, и с теплом в голосе добавила: — Проходите!

Потянув на себя дверь, Лина юркнула внутрь хижины и тут же скрылась в кромешной темноте. Мы осторожно проследовали за ней и с полминуты слушали шуршание в дальнем углу комнаты, а затем в центре прямо под потолком зажёгся фонарь. Его свет медленно становился всё ярче, давая нам разглядеть интерьер дома Лины, который больше походил на гараж или какую-нибудь мастерскую.

Тут и там стояли деревянные ящики, из некоторых торчали железки. Над массивным самодельным верстаком висел полиспаст с крюком для подъёма тяжестей. Рядом с ним стояла та самая трёхколёсная тележка, которую я уже видел сегодня. А вдоль северной стены располагался стеллаж с мелочёвкой.

Но как самое ценное, отдельно от всего остального, хранились инструменты. Они были аккуратно сложены в покрашенный чёрной краской железный ящик с длинной горизонтальной ручкой.

Лина метнулась к двери, заперла её на засов. Подхватила с полки мелкие деревяшки и быстро сложила их в широкую трубу, свисающую с потолка. Потом юркнула к стеллажу, взяла небольшой кусок ветоши, смочила его какой-то жижей из жестяной баночки, судя по едкому запаху, горючей, и сунула тряпку в ту же трубу. Затем несколько раз стукнула над ветошью камнями, высекая из них искры, и в её самодельном «камине» занялось алое пламя.

Торопливо раздув его, девушка сбе́гала за чем-то ещё, а по логову пополз сизый дымок, и воздух наполнился знакомым запахом парафинов.

— Горящие камни? — с удивлением воскликнул Рорк, когда Лина аккуратно уложила на потрескивающие поленья три чёрных камушка. — Кай, ты когда-нибудь видел, чтобы камни горели⁈ — спросил меня он и взял в руки такой же из железного ящика. Покрутил его в руке и заметил следы сажи на своих пальцах. — Марается!

Видел, конечно. Но прежний Кай удивился бы сейчас ничуть не меньше своего друга.

Насколько я знал, с деревом в Улье было тяжело, а вот каменный уголь попадался частенько. Но его никто не жёг по ночам в бочках. Куда чаще там горела именно ветошь, пропитанная старым маслом. Такой костёр горел недолго, требовал постоянного внимания, зато легко разгорался и, что главное, сразу давал много тепла.

— Масло воняет гарью и быстро прогорает, — словно увидев немой вопрос на моём лице, объяснила хозяйка хижины и обернулась на Рорка. — А эти… как ты сказал, камни горят очень долго. Хватает на всю ночь. — Лина прикрыла дверцу топки. Вновь посмотрела на меня и поделилась планами: — Усилю крышу ещё одной балкой и подвешу вокруг трубы обычные камни, чтобы они дольше хранили тепло.

Поглядывая на девушку, я продолжал изучать логово. С последнего моего визита здесь многое изменилось. Стеллаж стал длиннее, появились новые ящики на полу. Лина даже смастерила себе полноценную кровать! Ну а про хитрую систему обогрева жилища, я и вовсе молчу.

— Удивительно! — не удержавшись, медленно проговорил я. — Лина, ты настоящий инженер! Мне бы такой пр… — осёкся я, едва не сказав «пригодился», ну, на корабле, и поспешил исправиться: — потрясающий, комфортный дом…

Комфортный и тёплый, без привычных нам сквозняков, от которых все вечно болели. А болеть в Улье было опасно. Потому что из местного лазарета не всегда возвращались. Уходили туда, а потом без следа исчезали. Так что ребята предпочитали болеть тихо и обращались за помощью лишь в крайних случаях.

С довольной улыбкой на лице хозяйка пробежалась глазами по своему богатству и со скрежетом вытащила из ближайшего ящика кусок ржавой трубы.

— Извините, мальчики. Но это моё логово. Хотите такое же? Стройте себе сами, — смешливо сказала она. Негромко прочистила горло и, протягивая мне трубу, задумчиво добавила: — Стенки будут потолще, чем у той бочки. Но попробуй сначала на этом.

Без лишних церемоний Лина решила сразу же начать эксперимент. Не то чтобы она была негостеприимной, просто не было у неё ни заварника, ни чая, ни чего-то, на чём можно подогреть воду. Камин явно не предусматривал такую опцию. Впрочем, на нашей свалке даже из трав собрать нечего, чтобы высушить их и настаивать вечерами.

Взяв трубу в руки, я повертел её, оценивая состояние. Лина складировала у себя не какой-нибудь хлам, а только то, что имело ценность для сборки разного рода механизмов и приспособлений. Так и эта труба не успела глубоко проржаветь и казалась весьма прочной.

Я сосредоточился, обхватил ладонью конец трубы, представляя, как плавлю её. И он тотчас, почти не нагреваясь, стал осыпаться коричневой пылью на пол.