Против канона. Счастливый финал для моего злодея (СИ), стр. 36

Лонг побледнел, делая шаг вперед, словно собираясь броситься на меня с кулаками.

— О чем ты говоришь, Мэйлин?! Он Темный Император! Он враг всего мира! Ты под контролем разума!

— Я в своем уме, брат Лонг, — она вскинула подбородок, и на ее запястье, на долю секунды ярко вспыхнула фиолетовым светом наша брачная татуировка Слияния. Фэн заметил это, и его глаза стали размером с блюдца. — И Ли Чжань не враг мира. Враг мира — это Лу Фэн. Тот самый "Светлый герой", который сегодня пытался сжечь вашу столицу вместе с женщинами и детьми.

Она повернулась ко мне, и в ее глазах, несмотря на сотни свидетелей, отразилась та самая нежность, которая принадлежала только мне.

— Темная Империя не собирается нападать на нас, — продолжила она, вновь повернувшись к ошеломленному Императору. — Мы вместе пришли предложить союз. Союз между "Лиловым лотосом" и «Тенью», чтобы раз и навсегда уничтожить лживый Орден Света.

Император Вэй переводил взгляд с моей армии, способной стереть остатки его гвардии в порошок, на свою некогда болезненную, хрупкую дочь, которая теперь стояла бок о бок с самым опасным существом континента и уверенно диктовала условия.

— Союз с «Тьмой» … — прошептал правитель.

Я сделал шаг вперед, задвигая Мэйлин чуть за спину, принимая на себя вес переговоров.

— У вас нет выбора, Ваше Величество, — жестко констатировал я. — Лу Фэн вернется с резервами. Ваши щиты разбиты. Без моей армии вы станете пеплом. Я не требую ваших земель. Я требую прохода к Главному Храму Ордена. И также требую уважения к моей Соправительнице.

Слово "Соправительница" ударило по семье Вэй, как таран.

Вэй Лонг зарычал, Вэй Фэн судорожно сглотнул, но Император Вэй был слишком умным политиком, чтобы не понимать расклад сил. Он посмотрел на трупы фанатиков Света, затем на мои непобедимые легионы.

Император медленно вложил свой окровавленный меч в ножны.

— Откройте главные ворота! — хрипло приказал правитель "Лилового лотоса", склоняя голову в знаке вынужденного, но неоспоримого союза. — Добро пожаловать в столицу, Ваше Императорское Величество Ли Чжань. Нам… предстоит долгий разговор за семейным столом.

Я усмехнулся, крепче сжимая пальцы Мэйлин.

Первый шаг к уничтожению «Великого правления Лу Фэна» был сделан. Тьма вошла в столицу Света как спаситель.

ГЛАВА 21. СЕМЕЙНЫЙ УЖИН НА ПОРОХОВОЙ БОЧКЕ И КЛЯТВА ТЬМЫ

МЭЙЛИН (Ю РА)

Въезд в столицу Империи «Лиловый лотос» напоминал сюрреалистический сон.

Еще утром жители города готовились к неминуемой смерти от рук религиозных фанатиков. А теперь они жались к стенам домов, со смесью первобытного ужаса и благоговейного шока наблюдая, как по главной улице марширует авангард армии Тьмы.

Мой отец, Император Вэй, ехал впереди, его лицо было непроницаемым, как посмертная маска. За ним следовали мы с Ли Чжанем. Мы ехали не в закрытом паланкине. Мы возвышались над толпой на спинах огромных теневых волков.

Я каждой клеточкой чувствовала взгляды горожан. Они узнавали меня. Третья принцесса, болезненный цветок, который годами не покидал дворца, теперь ехала в броне из темного мифрила, а рядом с ней, как несокрушимая скала, возвышался главный кошмар континента.

Ли Чжань ехал расслабленно, но его аура была развернута на максимум, укрывая меня невидимым щитом. Любой, кто посмел бы бросить в мою сторону косой взгляд или, не дай боги, камень, лишился бы головы быстрее, чем успел бы моргнуть.

Когда мы въехали во внутренний двор Императорского дворца, спешиваться пришлось в абсолютной тишине. Дворцовая стража сжимала алебарды побелевшими пальцами, глядя на личную гвардию Ли Чжаня — высоких, безмолвных воинов Истинной Тени, которые встали позади нас монолитной стеной.

— Моя армия разобьет лагерь за стенами города, — ровно произнес Ли Чжань, обращаясь к Императору. — Со мной во дворец войдут только командир Бай и двое гвардейцев. Я не собираюсь захватывать ваш трон, Ваше Величество. Это не входит в мои планы.

Вэй Фэн, стоявший рядом с отцом, нервно дернул щекой, но промолчал.

— Прошу в Малый Зал Советов, — сухо ответил Император.

Мы шли по до боли знакомым коридорам. Еще месяц назад я задыхалась здесь от приступов проклятия, прячась от Лу Фэна за иллюзиями. Теперь мои шаги в тяжелых сапогах гулко отдавались от мраморных плит, а магия внутри меня пела, полная первозданной, горячей силы.

Малый Зал Советов был местом только для семьи. Никаких министров. Никаких слуг.

Едва массивные двери за нами закрылись, как иллюзия вежливости рухнула.

— Отойди от моей сестры, животное! — взревел Вэй Лонг. Его фамильный меч с оглушительным лязгом покинул ножны. Старший брат бросился вперед, ослепленный яростью и инстинктом защитника.

Я даже не успела поднять руку, чтобы остановить его.

Ли Чжань не стал доставать оружие. Он сделал неуловимо быстрый шаг вперед, заслоняя меня собой. Два пальца его левой руки, окутанные концентрированной Темной Ци, сомкнулись на лезвии меча Лонга в дюйме от своего лица.

Раздался жалобный скрежет металла. Императорская сталь, выкованная лучшими мастерами, замерла, намертво зажатая голыми пальцами Темного принца.

— Убери железку, мальчик, — ледяным, вибрирующим тоном произнес Ли Чжань. Его глаза опасно сузились. — Ты жив сейчас только потому, что в твоих венах течет схожая с ней кровь. Не испытывай мое терпение.

— Лонг! Назад! — рявкнул Император Вэй, ударив кулаком по дубовому столу.

Вэй Фэн подскочил к брату, силой опуская его руку с мечом, хотя Ли Чжань всё еще удерживал лезвие, пока не решил сам отпустить его. На стали остались две глубокие, оплавленные вмятины от его пальцев.

Я вышла из-за спины Ли Чжаня, вставая рядом с ним.

— Хватит! — мой голос, усиленный новой магией, хлестнул по залу. — Вы ведете себя как глупцы. Если бы Его Величество Ли Чжань хотел нашей смерти, вы бы уже кормили ворон за воротами столицы. Сядьте. Все. Очень вас прошу.

Семья Вэй уставилась на меня в полнейшем шоке. Хрупкая Мэй-Мэй, которая всегда говорила тихо и боялась сквозняков, только что отдала приказ тоном заправского генерала.

Дверь бокового входа тихо скрипнула. В зал, поддерживаемая служанками, вошла моя мать — Императрица. Ее лицо было заплаканным, она выглядела постаревшей лет на десять после дней осады.

Ее взгляд тут же метнулся ко мне.

— Мэйлин… Дитя мое…— всхлипнула она.

Я не выдержала. Броня слетела с моей души. Я подбежала к ней, обнимая.

— Мама. Я жива. Я здесь. Теперь все хорошо.

Императрица судорожно ощупывала мои плечи, закованные в мифрил, ее руки скользнули по моей шее, щекам. И вдруг она замерла. Ее глаза неестественно расширились.

— Ты… ты теплая, — прошептала она, глядя на меня с таким неверием, словно я воскресла из мертвых. — Твоя кожа… она больше не ледяная. И твои губы…

Она приложила руку к моей груди.

— Как же так… Я не чувствую холода.

В зале повисла звенящая тишина. Император Вэй, Лонг и Фэн замерли.

Вэй Фэн медленно перевел взгляд с меня на неподвижно стоящего Ли Чжаня. Умный, расчетливый Фэн начал складывать детали мозаики.

— Как? — хрипло спросил второй брат. — Лучшие лекари континента не могли снять Проклятие ледяных вен. Они говорили, что ядро разрушено с рождения…

Ли Чжань подошел ко мне, мягко, но уверенно отстраняя Императрицу, и собственнически положил тяжелую ладонь на мою талию, притягивая к себе. Этот жест был настолько открытым и однозначным, что Лонг снова заскрипел зубами.

— Лекари Светлого Ордена умеют только выкачивать деньги и строить лицемерные теории, — сухо ответил Ли Чжань. — Лед нельзя было уничтожить Светом. Его можно было только расплавить первородным пламенем. Я перестроил ее ядро, сплавив его со своей собственной Темной Ци.

— Сплавил? — Император Вэй побледнел. Он знал древние трактаты. — Ритуал Слияния? Ты… ты привязал жизнь моей дочери к своей?!