Против канона. Счастливый финал для моего злодея (СИ), стр. 13

— Вы приносите в мой дом проклятый артефакт, выкачивающий жизнь, и имеете наглость называть это даром? — голос правителя был страшен в своем абсолютном спокойствии. — Орден Света считает меня и мой род слепыми глупцами?

Су Линь медленно, скрипнув зубами, опустила изящные руки. Ее белая магия с шипением угасла. Она была фанатичкой, но не идиоткой. Отрицать очевидное перед лицом сотен аристократов, разъяренного Императора и взведенных арбалетов было бессмысленным самоубийством.

Я отступил обратно за спинку кресла Мэйлин, сливаясь с тенями. Моя работа была выполнена безупречно.

Принцесса тяжело дышала. Иллюзия Истинной Сути выжгла остатки ее физических сил. Я сразу же положил широкую ладонь на ее напряженное плечо, незаметно передавая мощный поток поддерживающей, успокаивающей энергии, чтобы она не потеряла сознание от отката прямо на глазах у всего двора.

— Вы сработали… просто блестяще, мастер Чэн, — едва слышно, прерывисто выдохнула она, откидывая голову назад так, чтобы ее затылок легко коснулся моей руки. В ее слабом голосе звучало звериное торжество победителя.

— Надеюсь, твой гениальный разум знает, что делать дальше, принцесса, — жестко ответил я, глядя поверх ее головы на то, как дворцовая стража грубо заламывает руки кричащему послу Чжао, а Су Линь с гордым, ледяным высокомерием позволяет увести себя под конвоем. — Потому что пути назад больше нет. Сегодня мы вскрыли огромный гнойник, и Орден Света непременно начнет охоту. Мы играем вслепую против тех, кто мнит себя полноправными богами этого мира. И я не собираюсь им проигрывать.

ГЛАВА 8. ИЛЛЮЗИЯ ВЕРОЯТНОСТЕЙ И ДОПРОС С ПРИСТРАСТИЕМ, ЧАСТЬ 1

МЭЙЛИН (Ю РА)

Дворцовый переполох после сорванного Банкета Цветения напоминал разворошенный улей.

Император Вэй приказал заблокировать все выходы из столицы. Посла Чжао бросили в самые глубокие камеры дознания, куда допускались только палачи Фэна. Со Святой Су Линь всё было сложнее — статус не позволял заковать ее в цепи, поэтому ей отвели гостевые покои в Северной башне, выставив вокруг тройное кольцо из «Теней» и магов-подавителей.

Когда братья наконец-то доставили меня в мой павильон, я чувствовала себя так, будто меня переехал табун боевых носорогов. Проклятие ледяных вен довольно скалило зубы, кусая суставы холодными иглами.

— Ты сегодня совершила невозможное, Мэй-Мэй, — Фэн, обычно скупой на похвалу, осторожно поправил одеяло на моих ногах. Его глаза лихорадочно блестели от предвкушения политической шахматной партии, которую ему теперь предстояло разыграть. — Сорвать маскировку Ордена Света прямо на глазах более чем у ста аристократов… Лу Фэну не отмыться от этого позора.

— Ты спасла отца, сестренка, — Лонг грубовато, но с бесконечной нежностью сжал мою ледяную ладонь. — Если этот ублюдочный лотос должен был выпить его жизнь… Клянусь, я завтра же пойду и лично отрублю этой Святой ее лицемерную голову.

— Никаких казней без суда, брат Лонг, — слабо запротестовала я, прикрывая глаза. — Иначе Лу Фэн объявит нас еретиками и убийцами посланников Небес. Держите пока ее в заложниках. Это свяжет ему руки.

Фэн согласно кивнул, утягивая старшего брата к дверям.

— Она права. Спи, наша луна. Мастер Чэн, глаз с нее не спускать. Завтра на рассвете лекарь Го принесет новые эликсиры.

Двери с тяжелым стуком закрылись. Шаги гвардейцев стихли в коридоре.

Я осталась одна. Точнее, наедине с самым опасным существом в Девяти Провинциях.

Воздух в покоях мгновенно изменился. Запахло озоном и приближающейся грозой. Я открыла глаза и увидела, что Ли Чжань не стоит у дверей, как положено стражу. Он уже снял с себя иллюзорную личину. Его истинное лицо, резкое и пугающе красивое, было непроницаемым, но в серо-фиолетовых глазах бушевал такой холодный, аналитический огонь, что мне захотелось спрятаться под кровать.

Он медленно, бесшумно, как крадущийся барс, подошел к моей кровати.

— Вы… вы хотите передать мне Ци, Ваше Высочество? — мой голос предательски дрогнул.

— Нет, — отрезал он.

Ли Чжань опустился на край матраса, наклонился и оперся руками по обе стороны от моих плеч, фактически запирая меня в ловушку из собственного тела. От него исходил подавляющий жар, но в этот раз он не делился им со мной. Он безжалостно использовал его как оружие.

— Мы сыграли блестящую партию, Ваше Высочество Вэй Мэйлин, — его голос был тихим, вибрирующим, пробирающим до мурашек. — Орден Света в панике. Посол находится в темнице. Мои люди в безопасности. Твоя семья предупреждена и готова. Идеальный, безупречный расклад. Но в этом раскладе есть одна деталь, которая никак не дает мне покоя.

Я сглотнула, глядя в его потемневшие глаза.

— Какая же?..

— Ты.

Он наклонился еще ниже, так что кончики его темных волос коснулись моих ключиц.

— Мой шрам от предательского удара кинжалом, о котором знали только двое мертвецов. Моя нелюбовь к сладкому. Секретная встреча генерала Му в «Старой Иве», о которой договаривались шифрами. А теперь — паразитический лотос посла Чжао и внезапный приезд Су Линь.

Ли Чжань перевел дыхание. Его взгляд препарировал меня заживо.

— Ты явно не шпионка, принцесса. Ни одна шпионская сеть в мире, даже сеть «Лилового лотоса», не работает с такой сверхъестественной скоростью и точностью. Ты опережаешь события. Ты знаешь тайны, которые еще не были произнесены вслух. Кто ты такая? Демон, читающий мысли? Или, может, сам Император Преисподней в теле болезненной девчонки? Отвечай мне, пока прошу по-хорошему.

Он напряженно ждал. Я видела по его сжатым челюстям: если я сейчас солгу, если выдам невнятную чушь, наша тонкая нить доверия, связанная контрактом, лопнет. Он никогда не станет работать с тем, чего не понимает.

В голове пронеслись варианты. Сказать, что он — персонаж новеллы, а я читательница из другого мира? Это убьет его. Убьет его реальность, его боль по погибшей семье. Для Ли Чжаня его мир — самый настоящий. Его раны настоящие. Если я назову это «каноном» или «выдумкой», он возненавидит меня.

Значит, мне нужна полуправда. Магическая, жестокая полуправда этого мира.

Я заставила себя не отводить взгляд. Я перестала дрожать, несмотря на холод в венах.

— Моя семья, — медленно начала я, тщательно подбирая слова, — славится магией иллюзий. Мы можем заставить людей видеть то, чего нет. Скрывать армии, менять лица. Это сильный дар. Но любая иллюзия — это лишь искаженное отражение реальности.

Ли Чжань слушал, не перебивая. Его глаза хищно сузились.

— Иллюзия Истинной Сути, которую я применила сегодня на лотосе… — я вздохнула, чувствуя, как слабеет голос. — Это не предел моего дара, господин Ли Чжань. Мое ядро сломано с самого рождения. Оно работает неправильно. Я не просто создаю картинки. Мой разум проваливается в «Иллюзию Вероятностей».

Я подняла ледяную руку и осторожно, кончиками пальцев, коснулась его напряженной скулы. Он не отстранился, но его мышцы окаменели.

— Я вижу отражения будущего, — прошептала я, вкладывая в слова всю искренность своей души, ведь, по сути, это было правдой — я знала будущее. — Я вижу нити судеб. Я видела, как Лу Фэн вторгается в наш дворец через год, шагая по трупам моих братьев. Я видела, как генерал Му передает список, и как ваших людей казнят на площадях. Я видела, как этот проклятый лотос высасывает жизнь из моего отца.

Ли Чжань замер. В его глазах промелькнуло недоверие, смешанное с шоком. Провидцы существовали в этом мире, но их дар был расплывчатым, полным метафор. Точность, о которой я говорила, была невозможной.

— Предвидение такой ясности… — хрипло произнес он. — Небеса не дают подобного дара без платы. Это нарушает равновесие. Никто не может безнаказанно заглядывать за завесу времени.

— Вы правы, Ваше Высочество, — я горько, надломлено усмехнулась и убрала руку с его лица, указывая на свою грудь, где клубился холод. — Небеса всегда берут плату. Моя плата — это Проклятие ледяных вен. Каждый раз, когда я вижу «истину», когда я заглядываю в будущее, чтобы найти способ спасти свою семью или… вас, мое ядро покрывается льдом. Моя магия убивает меня изнутри. Знание — это яд, господин Ли Чжань. И я пью его каждый день с самого рождения.