Против канона. Счастливый финал для моего злодея (СИ), стр. 12

Я услышал, как Мэйлин издала тихий, едва уловимый звук — словно ей резко не хватило воздуха.

— Что не так? — едва слышно, не шевеля губами, спросил я, склонившись к ней под видом того, что поправляю тяжелую складку ее плаща.

— Это Су Линь, — голос Мэйлин в моей голове по ментальной связи контракта дрожал от плохо скрываемой паники. — Святая Ордена Света. Правая рука Лу Фэна.

— Я чувствую ее ауру. Но почему ты так напугана? Ты не упоминала ее в нашем плане.

— Потому что ее здесь быть не должно! — Мэйлин вцепилась тонкими, побелевшими пальцами в подлокотники кресла. — Я рассчитывала только на Чжао! Су Линь — сильнейший маг Ордена. Если я использую Иллюзию Истинной Сути, она мгновенно почувствует магический резонанс и сможет заблокировать мое плетение своим Светом!

Я медленно выпрямился, холодным взглядом оценивая изменившуюся обстановку. Значит, безупречная стратегия этой невероятной девчонки дала непредвиденную трещину. Враг оказался хитрее. Ирония заключалась в том, что именно непредсказуемость реального мира, хаос битвы и сломанные планы всегда были моей истинной стихией.

— Паника — удел слабых, принцесса, — жестко, как отрезал, передал я ей. — Ты хотела перехитрить Орден Света, играя по их правилам? Привыкай, что они грязно сопротивляются.

— Ваше Императорское Величество! — посол Чжао низко, почти до пола поклонился, сложив пухлые руки перед грудью. Белая Святая рядом с ним лишь изящно склонила голову, что было явным, наглым нарушением Императорского этикета, но Вэй, помня о недавних докладах Фэна про ассасинов, никак не показал своего праведного гнева. — Нефритовая Река шлет вам искренние пожелания долголетия! В знак нашей нерушимой дружбы мой правитель просил передать вам особый, бесценный дар.

Слуга шагнул вперед, бережно держа на вытянутых руках шкатулку из черного, как смоль, дерева.

— Это «Благословенный Лотос», — елейным, паточным голосом продолжил Чжао, театрально открывая крышку.

По огромному залу пронесся слаженный вздох восхищения. Внутри шкатулки, на алом бархате, лежал крупный цветок, виртуозно вырезанный из цельного куска сияющего белого нефрита. От него исходило мягкое, пульсирующее светлое свечение, которое казалось воплощением Небесного умиротворения.

Даже Император Вэй слегка подался вперед, явно заинтригованный искусной работой. Императрица восхищенно прижала веер к губам.

— Этот древний артефакт очищен личными молитвами самой Святой Су Линь, присутствующей здесь, дабы почтить вашу мудрость, — Чжао широким жестом указал на женщину в белом. — Он принесет покой, здоровье и ясность ума правителю «Лилового лотоса».

— Лживые мрази, — мысленно прошипела принцесса, ее ярость перекрыла страх. — Я вижу гниль даже сквозь этот нефрит. Но если я сейчас начну плести свою иллюзию, Су Линь ударит по мне в ответ. Мое тело не выдержит прямого столкновения с ее магией. Господин Ли Чжань, план срывается!

Я неотрывно смотрел на белую Святую. Она стояла обманчиво неподвижно, но я, как опытный убийца, видел, что ее аура напряжена, как тетива перед выстрелом. Она ждала подвоха. Она защищала артефакт-паразит.

— Твой план не срывается, принцесса. Он просто требует немного грубой, варварской корректировки, — передал я ей, и моя Тьма, которую я сдерживал в этом проклятом золотом скворечнике столько дней, радостно заворочалась, предвкушая хаос. — Тебе нужен отвлекающий маневр? Чтобы Су Линь потеряла свою безупречную концентрацию всего на одну секунду?

— Да, но как мы...

— Смотри и учись, как работают те, кого не сковывают жалкие правила светлого мира.

ГЛАВА 7. ЯД В ЗОЛОТОЙ ЧАШЕ И НЕЗВАНАЯ СВЯТАЯ, ЧАСТЬ 3

ЛИ ЧЖАНЬ

Я не стал дожидаться ее ответа. Я сделал бесшумный шаг в сторону, выходя из тени кресла принцессы прямо на всеобщее обозрение.

Вэй Фэн тут же нахмурился, его веер хищно замер в воздухе. Лонг инстинктивно перехватил рукоять меча покрепче.

Но я не обращал на них внимания. Я смотрел прямо на ноги посла Чжао и его слуги.

Концентрируя мизерную, почти невидимую для чужого глаза нить чистейшей Темной Ци, я направил ее не в артефакт и не в Святую — они были защищены. Я ударил прямо по мраморной плите под сапогами слуги, державшего бесценную шкатулку.

Импульс был хирургически точечным и сокрушительным. Мрамор под подошвой беззвучно, но глубоко треснул.

Нога слуги подвернулась на образовавшемся крошечном осколке камня. Он нелепо взмахнул руками, теряя равновесие. Шкатулка из черного дерева выскользнула из его пальцев и с оглушительным, позорным грохотом рухнула на полированный пол тронного зала.

Повисла мертвая, звенящая тишина.

Белоснежный нефритовый лотос с сухим стуком выкатился на гранит, но не разбился. Однако физический удар мощно сотряс его хрупкую энергетическую оболочку, нарушив циркуляцию скрытой магии.

Су Линь инстинктивно, забыв об осторожности, дернулась вперед. Ее светлая аура панически метнулась к артефакту, чтобы удержать маскировку. На одну жалкую долю секунды она потеряла контроль над общим фоном зала.

— Сейчас! — рыкнул я по нашей связи.

Принцесса не колебалась ни единого мгновения. Она намертво вцепилась руками в подлокотники, ее сиреневые глаза вспыхнули неземным, пронзительным серебристым светом. Магия Истинной Сути, запитанная от моего резерва Ци, невидимой, сокрушительной волной прокатилась по тронному залу, ударившись о нефритовый лотос быстрее, чем Су Линь успела моргнуть.

То, что произошло дальше, заставило аристократов в неконтролируемом ужасе отшатнуться назад. Женщины начали визжать.

Мягкое, умиротворяющее свечение артефакта страшно исказилось, словно с красивого лица сорвали кожу. Белый нефрит мгновенно почернел, покрываясь уродливыми, пульсирующими багровыми прожилками, поразительно похожими на вздутые от яда вены. От лотоса вверх густыми клубами поднялся зловонный черный дым, в котором угадывались жуткие очертания кричащих в агонии лиц.

Воздух в парадном зале наполнился тошнотворным запахом серы, гниющей плоти и запекшейся крови.

— Темная магия! Скверна! — истошно завопил один из старых министров, падая на колени.

— Защищайте Императора! — взревел Вэй Лонг, в мгновение ока обнажая свой двуручный меч и заслоняя собой отца и мать. Императорская гвардия с оглушительным лязгом сомкнула щиты.

Посол Чжао побледнел до синевы, его пухлые колени подкосились, и он мешком рухнул на пол, в животном ужасе глядя на шипящий артефакт.

— Э-это не мое! Клянусь богами, это подделка! Нас подставили! Святая Су Линь, умоляю, скажите им правду!

Святая замерла, словно изваяние изо льда. Ее вуаль колыхнулась от участившегося, тяжелого дыхания. Она медленно повернула голову, и ее скрытый взгляд безошибочно нашел на возвышении Мэйлин. Су Линь прекрасно поняла, чья именно родовая магия сорвала маскировку. В ее хваленой, непорочной светлой ауре на секунду отчетливо полыхнула искренняя, обжигающая ненависть.

— Это грязная провокация! — звонким, вибрирующим от гнева голосом провозгласила Су Линь, величественно поднимая руки. Вокруг нее неистово закружилась ослепительно-белая магия. — Кто-то могущественный в этом зале использовал запретное колдовство, чтобы осквернить наш благословенный дар!

Она попыталась направить свой агрессивный Свет на лотос, чтобы выжечь следы паразита или уничтожить улику, но Вэй Фэн действовал гораздо быстрее и жестче.

— Ни с места, Святая! Держи свою магию при себе! — голос второго брата, обычно спокойный, сейчас резал как стекло. Фэн резко взмахнул веером, и с верхних балконов бесшумно спрыгнули десятки "Теней". Они приземлились вокруг посла и Су Линь, мгновенно беря их в кольцо и наставляя тяжелые арбалеты с антимагическими заговоренными болтами. — Любое, даже малейшее применение заклинаний будет расценено как прямое покушение на жизнь правящей семьи!

Император Вэй, чье лицо от гнева превратилось в грозовую тучу, медленно, тяжело чеканя шаг, спустился на одну ступень со своего трона. Императрица за его спиной смотрела на посла с ледяным, уничтожающим презрением.