Мастер Трав XII (СИ), стр. 53

Главный вопрос был в том, эти существа просто тут существуют и никого не трогают, или же их кто-то использует?

Друзья, спасибо что ждали проду. Вроде бы немного наладил режим (привык к осени) так что должно быть все в порядке. Тьфу-тьфу-тьфу.

И еще, выпустил 5 том озвучки Мастера Трав. https://author.today/audiobook/658465

Если не сложно был бы благодарен за лайки на нем))чтец вновь выдал шикарную озвучку.

p.s. И еще часть читателей спрашивали про Литрес (те у кого нет возможности оплачивать через АТ). Теперь Аудио там тоже появилось, пока первый том, но скоро будут и остальные.

Глава 15

Мы с Грэмом еще раз осторожно заглянули в пролом. Ни малейшего звука, и никакого гула. Тварь, похоже, окончательно ушла глубоко под землю. Что ж, теперь я знаю, что это за существо. Опасный мутант. Присев на корточки, положил ладонь на спрессованную, похожую на камень глину, закрыл глаза и прислушался. Меня интересовала жива. Какая она тут, почувствую ли я ее и вообще, смогу ли различить ее тип?

Подо мной была не обычная земля Кромки, но и не мертвая, высосанная досуха мертвая земля вокруг куска Стража — что-то среднее. Очень истощенная до предела земля, в которой еще ощущалась жива, но в незначительных количествах. Теперь ясно, почему вокруг ничего не растет — дело не только в глине, а именно в энергетической высушенности. Я «прощупал» ее в нескольких местах. Особенно истощенной она была там, где корнечерви нашли осколки кристаллов.

Кажется, теперь понятно: если тот камнегрыз искал кристаллические жилы, — а тут когда-то такая была, или может выходила к поверхности, — то естественно, что кристаллы накапливали живу, впитывали ее в себя. Те, что были целые. Оттого и истощенность почвы. Жаль, я появился тут уже когда от жилы ничего не осталось.

Я огляделся еще раз. В этих оврагах и части леса не было ни одного лекарственного или магического древа, содержащего много живы — только чахлые кустарники, сорняки да самые живучие деревья без особых свойств.

Ну допустим жила тут образовалась когда-то давно, и также давно ее сожрал этот камнегрыз. Тогда почему эти места по прежнему истощены? За много лет они должны бы уже вновь насыщаться живой. Значит, где-то еще что-то осталось? Может слишком мало для камнегрыза, но вполне достаточно для меня, надо только найти? Вот только уже через слой окаменевшей глины мои корнечерви пробиться не могут, они созданы для разрыхления земли, а не для прогрызания камней. Впрочем, у Рыхлого, кажется, имеются черви, которые способны на такое.

— Интересно, как глубоко и далеко уходит этот тоннель? — задумчиво сел возле обвалившегося тоннеля Грэм.

Хороший вопрос. Очень хороший.

— Может, в Глубины ведет? — задумчиво сказал я, поднимаясь, — Почему нет? Может эта тварь рыскает по всей Кромке, ищет всё, что плохо лежит и возвращается в Глубины, где занимается тем же.

— Может быть, — кивнул Грэм.

В голове вдруг всплыла мысль о Малике. Он ведь слушает камни? Тут, правда, окаменевшая глина, но может там внизу камень, и его можно «прослушать»? Да и вообще, неплохо бы его Дар направить в какое-то практическое русло.

— Ну что, поищем еще тут? — невозмутимо спросил Грэм, перехватывая секиру поудобнее.

— Да, — кивнул я, — Только…осторожно. А ты не боишься, что тварь вернется в самый неожиданный момент? Может она уже не будет так дружелюбна?

Старик отмахнулся.

— Глупости! Тварь подземная и, скорее всего, солнца и открытого воздуха боится как огня. Максимум, на что она способна — неожиданно атаковать из-под земли. Но учитывая, как она грохочет при приближении, — неожиданный рывок исключается.

Я кивнул, признавая его правоту. Тем более, как я уже знал, этот камнегрыз жрет исключительно минералы и кристаллы и, скорее всего, ни мясо, ни люди ей не интересны. Мы для нее — просто невкусный мусор на пути.

— Но она всё равно пришла сюда, привлеченная нашим шумом, — заметил я.

— Может и так, и– согласился Грэм. — Поэтому эту плотную глину мы секирой ломать больше не будем. Кто ж знал, что ход просто обвалится?

Так что теперь мы осторожно разгребали лишь верхний слой, стараясь особенно не трогать глину, только если находили в ней застрявшие кусочки кристаллов. И то, теперь Грэм не бил по глине, а осторожно выковыривал найденное острием секиры. Шум мы производили минимальный.

Корнечерви находили то тут, то там небольшие скопления разбитых кристаллов. В некоторых местах Грэмоткалывал цельный кусок глины и мы брали его с собой, а где-то кристаллики были просто в мягкой земле и с ними не было проблем. Иногда корнечерви даже приносили их сами.

Не знаю, сколько стоят пустые кристаллы у торговцев или алхимиков, но учитывая, что я их использую в алхимии, и другие, думаю, тоже — значит, не так уж мало. У нас с Грэмом, правда, деньги появились, но тратить их на то, что можно добыть самим не хотелось.

Набралось почти две ладони крошечных кристаллов. И, конечно же, ни одного наполненного живой. Через час раскопок мы решили закругляться. Мы поверхностно перерыли только один овраг, в котором нашли тоннель. В остальных корнечерви так, с ходу, не нашли ничего. Возможно позволь я им там как следует порыться, они бы выкопали еще кристаллы. Но это уже не сегодня — тут можно застрять на полдня. Главное — у меня теперь были кристаллы и для Алой Пасты, и для эликсира Морне.

Грэм еще раз, напоследок, заглянул в тоннель, а затем задумчиво сжал в руке отколотый сегмент панциря камнегрыза.

— Знаешь, Элиас… Я, конечно, дома еще проверю его крепость, сейчас не время, но если броня этой твари выдерживает прямые удары моей рунной секиры, то…

— То неплохо бы тебе сделать броню из нее, — улыбнулся я, поняв его мысль.

— Именно, — глаза старика предвкушающе блеснули. — Возможно, Рыхлый сможет поискать там, внутри. Раз эта тварь потеряла один такой сегмент просто проползая мимо, то их там может быть много. Это очень ценный материал, я это чувствую, просто держа его в руке. Шкура ржавозуба и рядом не стояла.

Я кивнул. Я-то благодаря Анализу знал, что так оно и есть. Более того, этот панцирь не просто невероятно крепкий, он еще и дает невосприимчивость к стихийной живе. Просто идеальная защита! Могу только представить, сколько золота за такой материал могут отвалить в Гильдии или в крупном городе. Самим нам внутрь лезть, конечно, глупость, хотя я видел по глазам Грэма, что он бы и не прочь. Но ни веревок, ни факелов, ни понимания, куда ведут эти подземные ходы у нас не было. Самое разумное — пустить туда рой насекомых, которые там всё разведают и найдут куски отпавшей брони.

Закончив с раскопками, мы двинулись дальше. Я обследовал еще несколько дальних оврагов, шагов за сто от того, где мы нашли кристаллы, вдобавок выпустил дремликов из корзины — вдруг их специфические чувства уловят что-то ценное. У них ведь тоже есть чутье на всякие «вкусности». Но не сказать, чтобы из этой затеи что-то вышло. Моховички жались ко мне, не отлетая дальше чем на два-три шага. Побаивались. Явно чувствовали себя неуютно на открытом пространстве, вдали от безопасного древа. Я же, изучая местные растения, лишь еще раз убедился — жила высосала отсюда всё. Ничего ценного не осталось, увы.

Уже после, по настоянию Грэма, мы обошли это место по кругу, чтобы запомнить наверняка и проверить, не затаилось ли тут каких опасностей, кроме подземного червя.

Нет. Это место было интересно только нам.

Сделав крюк, мы направились к цветущему оврагу, где обитала Матка дремликов. По пути мы смогли обнаружить еще несколько небольших очагов живоядной плесени — видно, не всех сеяльщиков Гнус взял под контроль Мы аккуратно обкапывали зараженные кусты, срезали ветки растений, и я сгружал их в подготовленный кувшин, плотно закрывая крышкой. Я знал, что через пару часов, сожрав всю растительность внутри кувшина, плесень погибнет. Вернее, превратится в отличную питательную биомассу для моих жужжальщиков.