Властелин чумного мира (СИ), стр. 42

— Я действительно отправила господину Пауку письмо с приглашением, поскольку посчитала, что своими силами я ваше задание по поиску достаточного числа специалистов выполнить не смогу. Но могу заверить, что мое знакомство с этим уважаемым господином исключительно… информационного типа. Говоря напрямую — делами Академии через меня он не распоряжается!

— Помилуйте, вы меня обижаете, — Паук проговорил с легкой улыбкой. — Когда это я делал такую попытку? Позволь я себе когда-нибудь забыть, что против Цеха я — лишь мелкая сошка, разве смог бы я досуществовать до своих лет?

— Именно, — Файне поглядела на меня. — Я не думала, что вам уже успели рассказать о господине Пауке, хотела поговорить сегодня. Но вас было не отыскать.

— Ясно, — сказал я нейтральным тоном.

Как же тяжело без связи, блин! Полцарства за сотовый.

Что ж, будем надеяться, что Файне действительно не замешана в работу Паука… а впрочем, если и замешана, мне мало печали. Что касается того, как эта ситуация повлияет на их отношения с Агримом… ну, тоже не мое дело. Хотя вообще не похоже, что у них что-то серьезное, и что мне придется учитывать, допустим, матримониальные намерения старого некроманта!

— Со своей стороны добавлю, — сказал Паук, — что я и так собирался просить вас об аудиенции. Записка ректора Файне лишь заставила меня осознать, что с этим лучше поторопиться.

Хм, интересно, как она была сформулирована? «Помоги, я зашиваюсь с этим типом!» — или: «В твоих же интересах явиться сейчас и помочь Чумному Доктору, иначе потом будешь объясняться с ним один на один!» Скорее, похоже на второе. О чем косвенно свидетельствует то, что Паук пришел сюда один, без охраны — или оставил охрану у входа в Академию. Так не ходят к тем, кто ниже по статусу.

Если Файне — один из двух самых влиятельных членов Цеха и Ковена на планете (а председатель Ковена как раз сейчас свалил, значит, она, скорее всего, более-менее главная, если тут у них нет никаких удалившихся от дел восьмисотлетних некров, чье слово для Ковена — закон), значит, наверное, только она и может говорить с таким человеком, как Паук, с позиции силы. Возможно, даже король не может!

— Что же именно именно собирались мне предложить? — поинтересовался я у Паука.

Я совершенно беззастенчиво разглядывал его. Первое впечатление оказалось верным: он действительно напоминал мне Эльма: чувствовалось, что это, так сказать, «социально ориентированный» некромант, который много общается с людьми и культивирует свое обаяние — вместе с шевелюрой. Есть расхожее выражение, что «на этом сходство кончалось», но тоже не совсем так! Эльм был среднего роста, среднего телосложения — и этот такой же. Но лучший программист Гробницы отличался правильными чертами лица, и, как мне однажды насплетничала Ройга, пользовался успехом у дам. У этого лицо было абсолютно незапоминающимся, и особенно приятным я бы его не назвал, хотя ничего отталкивающего в нем и не было. Такой средний во всех отношениях, с какой стороны ни посмотри. А вот голос обращал на себя внимание — чувствовалась в нем некая поставленность или привычка к публичным выступлениям. Хотя такой любовью к болтовне, как Эльм, он тоже явно не отличался.

— Все, что угодно, — с вежливой улыбкой Паук развел руками. — Не знаю, что именно известно вам обо мне, достопочтенный мэтр, но я занимаюсь прежде всего посредничеством и оказанием услуг. Почти любые услуги за умеренную плату я готов вам оказать. Например, я слышал, что вам не хватает некромантов для охраны — пожалуйста, я готов выделить своих лучших специалистов. Все с боевым опытом, все с отлично усиленными телами — я не жалею средств для поиска лучших компонентов.

— Все верны лично вам? — уточнил я.

— Что вы, — мотнул головой Паук. — Я — лишь посредник. Некроманты, которые обращаются в мое агентство за помощью, лишь платят мне небольшой процент. В остальном же они, безусловно, верны своим патронам. Кто иначе согласился бы на таких служащих? Также я могу подобрать для вас слуг для вашего особняка — слышал, вы заняли пустующую резиденцию мэтрессы Гилли. Например, хорошего повара…

Немного сюрреализмом отдавал этот диалог — мы сидели посреди чумного города и разговаривали о хороших поварах!

— И вы думаете, что я соглашусь нанять слуг и охранников через главу местной организованной преступности? — усмехнулся я.

На мгновение на лице Паука проступило очень сильное удивление, как будто он реально не ожидал такого захода. Впрочем, удивление тут же сменилось прежним нейтрально-вежливым выражением.

— Помилуйте, достопочтенный мэтр, — тихо сказал он, прижав руки к сердцу. — О чем вы говорите? Я в жизни своей не нарушал закон! И в не-жизни тоже.

Я молча глядел на него, позволив себе слегка скептически улыбнуться.

Паук нахмурился:

— Прошу прощения, мэтр, я действительно не понимаю вас. Вы всерьез считаете, что кто-то способен сознательно нанести вред магу Огня, подослав ему… кого? Убийц или вредителей под видом слуг⁈

Однако! Имперское общество, что, реально такое незамутненное? Неужели не бывает, например, разборок между магами Огня… или между магами и главами крупных корпораций? Неужели слуги не промышляют шпионажем? А может, Паук привык, что маги Огня — высокомерное тупое мудачье, которое, с одной стороны, ничем серьезным не занимается, а с другой, считает, что им, таким прекрасным, никто не посмеет ничем навредить? И их планам в том числе?

— И тем не менее, мэтресса Гилли умерла родами при невыясненных обстоятельствах, — сухо сказал я. — Все ее слуги бежали. Вы об этом знаете, потому что сами же только что предложили мне набрать новых слуг. А ведь у нее наверняка были телохранители-некроманты из числа ваших людей.

— Так оно и есть, — кивнул Паук, — но мэтресса Гилли была больна больше недели, и, поверьте, ее охранники не ухаживали за ней! Они некроманты, а не лекари. Я сам беседовал с ними, когда они покинули особняк. При гибели мэтрессы они не присутствовали, так как их попросили удалиться из комнаты.

— Они покинули особняк, вместо того, чтобы вызвать стражу и зафиксировать гибель хозяйки, — холодно сказал я. — Вернулись к вам, вместо того, чтобы охранять собственность мэтрессы.

— Кто же покусится на собственность магессы Огня? — вновь очень удивленно проговорил Паук. — Что касается того, почему и при каких обстоятельствах они покинули резиденцию — тут я даже прошу вас не полагаться на мое слово и поговорить с ними самостоятельно! Меня они заверили, что соблюдали дух и букву контракта, но сочли либо бесполезным, либо негуманным принимать дополнительные меры в той ситуации. Я пришлю к вам этих людей. Кроме того, я думаю, что мои знакомые могут разыскать и остальных слуг мэтрессы Гилли, включая магов Жизни, которые отвечали за ее здоровье. Телохранители-некроманты уверены, что именно на них и лежит ответственность за безвременную кончину мэтрессы. Но, опять же, вам не стоит принимать мои слова на веру!

— И не буду, — хмыкнул я. — Да, вот этого, разумеется, я от вас ожидаю — меньшее, что вы можете сделать в данных обстоятельствах!

— Согласен, — смиренно согласился Паук.

— Если вина магов Жизни подтвердится, вот и первые кандидаты вам в испытания возбудителя болезни, — сказал я Агриму.

Тот кивнул.

Паук поглядел на него с нескрываемым любопытством, но ничего не спросил.

— Далее, — сказал я. — Слуг и охраны мне от вас не нужно. Однако что мне требуется — так это много, очень много немертвых некромантов для различных задач, связанных с обузданием эпидемии. Патрулирование. Работа с умертвиями, которые будут трудиться на разных нужных городу работах — от уборки мусора и вывоза трупов до помощи больным и выздоравливающим. Надзор за раздачей еды. Исследовательские работы. Ну, с последним — это, скорее, кадры ректора Файне помогут… — я кивнул главе Академии, она согласно наклонила голову в ответ.

— Что ж, это возможно, — проговорил в некоторой задумчивости Паук. — Бесплатно?

— Нет, разумеется. За деньги. Но — по докризисным расценкам.