Пышка для северного магистра (СИ), стр. 22
- Довольно! – коротко бросает отец, даже не глядя в его сторону.
Аластер замирает. Я тоже.
- Считаешь, что выросла? – произносит папа угрожающе. – Что можешь сама принимать решения? Тогда вот тебе мое решение. Денег ты не получишь. Ни сегодня, ни потом. Об учебе можешь забыть.
Я сглатываю.
- Поняла, - произношу едва слышно. Внутри все просит вернуться к прежнему поведению, тогда еще будет шанс избежать проблем. Мне страшно до ужаса. Я знаю, каким свирепым бывает отец в гневе. Он ненавидит, когда ему перечат. Он убьет меня. – Пап, я все равно останусь.
- Без денег?! – отец наступает на меня.
- Я найду, где заработать.
- Ее срочно нужно увозить силой, - снова лезет Аластер.
- Не подходи ко мне, – вскрикиваю, когда он делает шаг в мою сторону.
- Эйли, милая, это все для твоего блага, - елейным голоском вещает жених. - Я понимаю, что тебя заманили в академию обманом. Поверь, я не держу на тебя зла. Как я могу обижаться на ту, кого люблю больше жизни?
- Ты правда считаешь, что это любовь? – мне грустно от его слов, и от того, что я столько времени сама верила в это.
- Эйли, прекрати этот цирк, - отец повышает голос. – Мы и так потратили слишком много времени на твои капризы. Ты уже достаточно опозорила семью, и я не позволю, чтобы из-за твоих выкрутасов сорвалась сделка.
Я замираю.
- Какая сделка?
[1] Случившееся описано в книге «Как приручить ректора».
О том, что именно произошло той ночью, почему Ингрин дает показания и что стало с ректором, в книге "Как приручить ректора"
- Милая, я же тебе говорил. Помнишь? – суетится Аластер. Поворачивается к моему отцу: - Женщины. В голове одни наряды. Что с них взять?
- Какая сделка? – вновь спрашиваю я.
Отец смотрит на меня с подозрением.
- Слияние фирм. Мы с семьей Аластера договорились, что после вашей свадьбы объединим предприятия, а твоего мужа поставим управляющим. Ты должна была знать.
Я перевожу взгляд на жениха.
- Так вот почему ты так настаивал на моем возвращении? А чего же мне ни разу про эту сделку не сказал?
- Я же говорил…
- Ни разу.
- Просто ты не помнишь. К тому же, не хотел забивать тебе голову делами, - Аластер, как всегда, выкручивается. - А ты предала наши чувства и бросила все, сбежав ради не пойми кого в академию. Но мне хватит мудрости и любви, чтобы простить тебя. Просто вернись. Сделаем вид, что ничего этого не было. Я люблю тебя, Эйли, и всегда буду любить.
Он говорит, а я не верю ни единому слову.
Когда-то я и правда думала, что это и есть настоящие отношения. Что если мужчина постоянно чем-то недоволен – значит, надо меняться и подстраиваться. Что если он критикует и оскорбляет – это потому, что ему самому очень тяжело. У него сложный характер, трудное детство, плохое настроение. Что угодно, но только не то, что он просто человек, который не любит никого, кроме себя.
Каждый раз Аластер ранил меня, а я искала для него оправдания. Говорила себе: потерпи, он изменится. Пусть он увидит, какая ты хорошая, и тогда сам тоже смягчится.
Только правда в том, что он не собирался становится другим. И дело было не во мне. Не в том, что я недостаточно красивая, не в том, что у меня лишний вес, не в том, что я «слишком эмоциональная», «слишком чувствительная», «слишком глупая».
Просто я почему-то решила, что не заслуживаю лучшего отношения. Что со мной можно вот так: холодно, жестко, эгоистично. А потом появился Бьорн и показал, что может быть совершенно иначе, что можно смотреть на меня и видеть не недостатки, а достоинства, относиться ко мне так, словно я и правда какое-то драгоценное сокровище, ставить меня на первое место, окружать вниманием и заботой.
Наверное, самое страшное открытие в этом всем не то, что бывают такие, как Бьорн, а то, что я сама себе запрещала верить, что достойна такого парня.
Я только сейчас поняла, что, если тебе плохо рядом с человеком – это не любовь. Если тебя постоянно критикуют, ломают и заставляют сомневаться в себе – это не забота. Если он причиняет боль,его не нужно оправдывать.
Любая заслуживает быть любимой не «вопреки», а «потому что». Заслуживает, чтобы ее берегли, чтобы ее баловали, чтобы ей восхищались. Настоящая любовь, когда человек ценит тебя такой, какая ты есть.
- Ты говоришь, что любишь меня? – спрашиваю это, а сама наконец-то четко вижу, что передо мной самый обычный карьерист, решивший воспользоваться моей доверчивостью ради личных амбиций. – Тогда почему ты унижал меня и оскорблял?
- Я? Когда? Не было такого.
- Хочешь сказать, что это не ты говорил, что я тупая? Что я жирная?
- Ты неправильно поняла. Разве у меня повернулся бы язык сказать что-то плохое про тебя? Это я не о тебе. Я в целом.
- Да? А то, что ты меня силком тащил к телепорту и кричал, что руку мне сломаешь, если я не перестану дергаться – это я тоже неправильно поняла?
- Что?! – отец резко оборачивается.
- Она врет! Я бы не посмел.
Кулак отца с хрустом врезается в лицо Аластера. Тот пошатывается, хватается за нос.
- Сделка отменяется. И чтобы я больше не видел тебя около моей дочери!
- Да я! Да я вас всех засужу! – верещит Аластер, зажимая нос. - Всю вашу семью! Я вам счет выставлю! Вы хоть знаете, сколько я потратил на эту неблагодарную дрянь? Да вы…
Еще удар. На этот раз в солнечное сплетение. Аластер складывается пополам, охает и оседает на землю.
- Ты почему раньше молчала? – брови отца сурово сдвинуты, но, кажется, он теперь на моей стороне.
- Я пыталась сказать. Говорила, что он мне не подходит…
- Аластер уверял, что ты вы любите друг друга и ты сама хочешь этой свадьбы. – папа сжимает челюсть. – Я был уверен, что ваша размолвка – обычный юношеский вздор. Молодые люди в вашем возрасте часто ругаются и мирятся.
- Нет, пап…
Он молчит. Смотрит то на меня, то на Аластера, который до сих пор лежит на земле, схватившись за живот и осыпая нас угрозами.
- Ты хочешь остаться учиться в академии? – строго спрашивает папа.
- Очень хочу.
Отец тяжело вздыхает. Я знаю, как он ненавидит, когда оказывается неправ. И как ему это тяжело признавать.
- Хорошо. Учись. И запомни: ты моя дочь. Чтобы я больше не слышал, что ты позволяешь кому-то оскорблять себя и распускать руки. А ты, - он поворачивается к Аластеру, хватает его за шкирку и поднимает на ноги. – С тобой мы еще недоговорили.
И утаскивает бывшего жениха прочь со двора академии.
Стою, все еще не веря, что смогла отстоять себя. Сердце до сих пор колотится, ноги ватные, но я горжусь собой. Я выстояла! Осталось лишь сдать экзамен перед самим ректором и после этого я точно останусь в академии!
Глава 25. Эйли Керр
5й день ливневера, перводэй
- Садитесь, мисс Кэмпбел, - произносит Бьорн после того, как Леона блестяще сдает экзамен, демонстрируя уверенное владение потоками. - Мисс Керр, ваша очередь.
Я встаю из-за парты. Вот и настал мой черед отвечать на экзамене. Чувствую, как ладони потеют. Сегодня присутствует сам ректор. Он, как и обещал, пришел проверить мои знания. В голове отчетливо звучит его предупреждение, что если я провалю экзамен, то он не оставит меня в академии.
И все же я рада, что он все еще управляет нашим заведением. Говорят, что он перешел дорогу правительству и его в любой момент могут снять с должности. Надеюсь, он сможет отбиться от нападок и останется главой? Окажись на его месте кто-то другой, наверняка Бьорна уволили бы за связь со студенткой, а меня отчислили, даже не дав шанса доказать, что я научилась управлять потоками.
Я уверена в своих силах, но все равно волнуюсь. Слишком многое зависит от этого экзамена. Иду к столу с заготовками. Мысленно повторяю про себя, что я готовилась, я справлюсь. Прохожу мимо Леоны и слышу, как мне в спину доносится ее шепот: