Развод в 44. Вот и сказке конец... (СИ), стр. 30
Пока он чистит овощи, я замешиваю тесто. Руслан, кажется, влился в процесс - орудует ножом медленно, но без лишних вопросов. Иногда я бросаю на него взгляд - выглядит сосредоточенным, как будто перед ним не картошка, а важные документы.
Когда заканчивает, я оцениваю его работу.
- Ну, не идеально, но сойдет.
Он делает вид, что обижен.
- Спасибо за такую высокую оценку, шеф, - шутливо козыряет.
- Теперь тесто, - вываливаю кусок теста перед ним на стол. - Вымешивай.
- Это я тоже должен делать?
- Я тоже могу, но ты сильнее, поэтому быстрее и лучше получится.
Руслан вздыхает, но начинает мять тесто. Сначала осторожно, потом слишком резко - тесто липнет к рукам. Я смеюсь.
- Ты его должен не душить, а вымешивать.
- Оно сопротивляется.
Даже жалко, как он один будет.
Про себя улыбаюсь и закатываю глаза.
- Возьми муки, - посыпаю ему на стол, а то не понимает же, что надо делать.
Снова вздыхает.
- И как долго я должен этим заниматься?
- Пока не скажу, что достаточно.
Он закатывает глаза, но продолжает.
Я понимаю, что давно не чувствовала себя так.
Легко.
Без напряжения.
Без злости.
Без обид.
Просто и спокойно.
Ставлю кастрюлю с водой на плиту, кидаю туда лавровый лист, пару горошин черного перца и большой кусок говядины. Рядом в другой кастрюле начинаю варить овощи для селедки под шубой - картофель, морковь, свеклу.
Руслан, наконец, освобожден от пытки с тестом, и теперь перед нами стоит миска с фаршем.
Он с сомнением смотрит на него.
- Что дальше?
- Теперь лепим пельмени.
Я беру кружочек теста, кладу в центр немного начинки, складываю пополам, защипываю края.
- Я сто лет их не лепил.
- Пальцы должны помнить.
Но это, видимо, к женщинам относится.
Руслан повторяет за мной, правда, выходит криво - тесто растягивается, фарш пытается сбежать наружу.
- Господи, Руслан, у тебя пельмень с характером.
- Он просто не хочет, чтобы его ели.
- Ну так ты ему объясни, что судьба у него такая.
Руслан пыхтит.
- Судьба у тебя такая, Пельмень Петрович.
- Все, давай сюда, пока ты с ним завещание не написал, - забираю пельмень и кладу на доску к остальным.
- Держись, брат… - трагично вздыхает Руслан, провожая его взглядом. - Жестокий ты человек, Людмила.
- Руслан, ну соберись. Увидят, что ты кривые пельмени лепишь, решат, что у тебя и в бизнесе все криво.
- Давай, я порежу что-нибудь.
- На, рыбу режь.
Забираю у него тесто.
Ресторан "Жена на грани развода" - страшное место.
- А помнишь, как мы первый раз решили сами пельмени сделать?
Руслан поднимает глаза, вспоминает.
- Ты потом еще сказал, что лучше покупные. Мы лепили двадцать штук, а потратили на это два часа.
- Аааа эти! Огромные, как вареники?
Я смеюсь.
- Это были не пельмени, это были мега-пельмени.
- Ну, ты же их ела?
- Ну, конечно, я же не могла тебя обидеть.
Руслан ухмыляется, потом вдруг добавляет.
- Я помню, как ты первый раз блины мне пекла.
Я замираю на секунду.
- С этим все было хорошо.
- Люд, ты меня чуть не отравила.
- Руслан! - я хлопаю его по руке, он смеется.
- Я серьезно. Ты тогда что-то с содой переборщила, и они так горчили… Но я ел. Потому что ты смотрела на меня такими глазами…
- Какими?!
- Как будто я был царем, и это была моя коронационная трапеза.
Я хохочу, а Руслан ухмыляется.
- А сама, между прочим, не ела. Потому что все мне было. И я хотел тебя поддержать.
- А потом ты тактично попросил их больше не готовить.
- Ну… да.
Мы смеемся, и на мгновение все кажется таким легким, как в старые времена.
Руслан вылепливает очередной пельмень, получается лучше.
- Надо было сказать. А то я думала, что я идеальная жена.
- Ты идеальная жена.
- А я знаю, - наигранно поднимаю подбородок, по-королевски киваю.
Делаю вид, что не замечаю, как его взгляд задерживается на мне дольше, чем нужно.
В воздухе на мгновение повисает легкая пауза.
Идеальная жена, которая не смогла сохранить семью.
- Ты с Сашкой давно говорил?
- Как прилетели.
- Как он?
- Ну как… Без мамки скучает.
- Скучает он... Помнишь, как он первый раз в лагерь поехал?
- Ну. Тогда устроил целую трагедию.
- Говорил, что мы его бросаем. Что он нам не нужен. А на третий день уже не брал трубку, потому что был занят своими важными лагерными делами, - усмехаюсь, - вот так он скучает.
- Дети….
Я вдруг замечаю, как у него смягчается взгляд. Как в глазах проскальзывает что-то родное.
И этот момент - он дорог. Он настоящий.
Мы сидим за столом, лепим пельмени, вспоминаем сына. И я понимаю, что, несмотря ни на что, мы все-таки семья. Пусть и в другом формате.
Просто я теперь знаю, что могу отпустить. И не бояться.
Ближе к обеду заканчиваю со своим меню. Сама накрываю на стол.
Если у них европейский друг, то он скорее будет шокирован китайской кухней, чем русской. И за свое я теперь могу ручаться. Это не двадцать лет назад. Пельмень-олень.
- Руслан, Людмила, - подзывает господин Ли, - знакомьтесь, это наш европейский партнер, господин Марк Ван дер Берг.
Высокий, подтянутый мужчина с короткими светлыми волосами и внимательными серыми глазами уверенно пожимает Руслану руку, затем поворачивается ко мне.
- Приятно познакомиться, Людмила, - произносит с легкой улыбкой, целует галантно руку.
Переводчик переводит мне, как и всем.
- И мне, господин Ван дер Берг, - отвечаю, переходя на английский.
- О, вы знаете английский?
- Да, - улыбаюсь ему.
- Марк, сегодня у нас день русской кухни, - поясняет господин Ли, складывая руки за спиной. - Людмила приготовила традиционные русские блюда. Думаю, вам будет интересно попробовать.
Марк удивленно приподнимает брови и поворачивается ко мне.
- Это впечатляет. Я много слышал о русской кухне, но у меня никогда не было возможности попробовать настоящие домашние блюда.
- Тогда сегодня ваш счастливый день, - улыбаюсь Марку.
Его взгляд задерживается на мне чуть дольше, чем требуется, словно оценивает. Затем он с легкой улыбкой качает головой.
- Знаете, я всегда восхищался русскими женщинами. Вы сильные, независимые, и в то же время готовите, заботитесь о семье и всегда выглядите элегантно. Вы, Людмила, просто - идеал русской женщины. Я приятно впечатлен.
- Спасибо, - улыбаюсь в ответ.
Я не смотрю на Руслана, но уже чувствую исходящее от него какое-то напряжение.
По его молчанию. По оценивающему взгляду. По сжатым в кулак пальцам.
Глава 37
Руслан
Мммм… Я пробую ее борщ.
Бо-жес-твен-но.
Даже тут, учитывая, что продуктов привычных не много, Люда сделала как всегда вкусно.
Раньше это казалось опцией, встроенной в женщину по умолчанию.
Но пока жили отдельно, понял, что нет.
Она, как и дома, хлопочет возле стола, подкладывает всем, рассказывает, что из блюд из чего состоит и что все надо обязательно попробовать.
Она получает удовольствие от происходящего.
Марк, весь из себя холеный европеец, в белой рубашке, улыбается ей, кивает, смотрит с каким-то подчеркнутым восхищением. Приторно вежлив.
И это бесит.
- Этот борщ… вау. Я пробовал его в ресторанах в Берлине, но это… Это что-то совершенно другое, Людмила.
Она скромно улыбается.
- Это немного отличается от оригинала, - отвечает она. - Продукты все-таки другие. Свекла местная, капуста тоже… даже сметана свою специфику имеет. Но я старалась.
- Ты шутишь? - Марк театрально закатывает глаза и откусывает пельмень. -А пельмени - совершенство. Тесто, начинка, специи - идеально. Честно, это даже лучше некоторых итальянских равиоли, которые я ел. И это я не просто так говорю.