Идеальный мир для Химеролога 12 (СИ), стр. 49

— С чего бы это вдруг такая благотворительность? Я тебе когда-нибудь говорил, что хочу отдыхать? У меня вообще-то планов вагон и тележка, и я капец какой занятой Химеролог!

— Да-да-да, — она закивала. — Вот именно так ты вчера и бурчал. «Как же я устал, сил моих нет, дайте мне спокойно подышать»… Вот я и подумала: пусть начальник выдохнет. Я половину перенесла к Андрею с Катей, они справятся, а ты иди занимайся своими заумными пробирками. Всё схвачено, шеф.

Спорить с этой девушкой, когда она включает режим заботливой мамаши, было бесполезно.

Работы действительно хватало. Пару часов я добросовестно возился в лаборатории: отфильтровал вытяжку из желёз броненосца, стабилизировал эфирные растворы и подготовил базовые смеси для завтрашних операций.

Выдалась свободная минутка, и я набрал Агнессу. Нужно было узнать, как там продвигаются дела на тюменском фронте.

— Виктор? Рада слышать.

— И тебе не хворать. Ну как ты там? Не свернули тебе ещё шею суровые сибирские парни?

Агнесса тихонько рассмеялась.

— Пусть только попробуют. Всё просто замечательно, Виктор. Твои химеры нагнали тут такой жути, что местный бомонд теперь обходит нас по широкой дуге… — она сделала паузу, видимо, подбирая цензурные слова. — В общем, местная охрана просто сложила полномочия. Мы отжали назад две складские базы. Цепочки логистики уже настроены и работают как часы. Завтра у меня ещё пара деловых встреч с аристократами из соседней губернии. Они стали совсем шелковыми и полностью согласны сотрудничать на моих условиях.

— Отлично. Главное, не давай им слабину. Рядовая как, никого там пополам не порвала? А то она дамочка импульсивная.

— Нет, держится в рамках дисциплины. Всё под контролем, Виктор. Скоро буду в столице.

— Добро. Ждём.

Мой единственный за сегодня клиент соизволил явиться только ближе к вечеру. В коридоре наконец-то послышались шаги, и вскоре в дверях смотровой показался пацан лет восьми. Он неуверенно переминался с ноги на ногу. На его щуплой фигуре мешком висел дорогой пиджак. Бледный мальчишка кусал губы, намертво вцепившись в пластиковую переноску.

За спиной парня маячил отец. Тот ещё экземпляр: напялил итальянский костюм и нацепил на нос узкие очки в золотой оправе, а на запястье поблескивали дорогие часы. Классический торгаш крупного пошиба. Денег полно, амбиции прут наружу, только вот до аристократа он никак не дотягивал. Родового перстня на руке не наблюдалось, да и магическая аура откровенно подкачала. Зато гонора хоть отбавляй — такие всегда пыжатся вдвое сильнее ради компенсации отсутствующего титула.

— Добрый вечер. Я Виктор, ваш врач. Давайте пациента сюда, — я похлопал ладонью по хромированному столу.

Мальчик шмыгнул носом и бережно, как хрустальную вазу, поставил переноску на стол. Щёлкнул замком. На металлическую поверхность, осторожно озираясь, вылезла декоративная домашняя лисичка.

Экземпляр любопытный — ярко-огненная шёрстка с пепельным отливом, два пышных хвоста. Дорогая дизайнерская химера, из тех, что стоят как крыло от самолёта и служат показателем статуса. Вот только лисе сейчас было не до статуса. Зверёк прижимал ушки, тяжело и хрипло дышал. Шерсть местами свалялась, по ней шла мелкая судорожная рябь.

— Сделайте с ней что-нибудь! — попросил папаша и тут же покосился на часы. — Только побыстрее, уважаемый. У нас времени в обрез, ещё одна крайне важная запись через сорок минут. Нам задерживаться категорически нельзя.

Мальчик молча стоял у стола и грыз ногти.

— Постараюсь уложиться в ваш жёсткий тайминг, — ответил я. — Терпение, господа.

Я провёл руками вдоль тела лисицы и пустил сканирующий импульс, моментально получив ясную картину болезни. У зверька началось банальное несварение из-за обилия подкормок на фоне повреждения эфирного канала. Очевидно, владельцы слишком переборщили с витаминами для улучшения шерсти, в результате чего желчный пузырь перестал справляться с нагрузкой.

Лечение отняло у меня от силы минуты три. Я воздействовал на нужный нервный узел вдоль позвоночника, а затем перенаправил немного энергии прямо в пищеварительный тракт. Под моими пальцами лисичка встрепенулась, звонко чихнула и сразу же оживилась. Она бодро встала на лапы, приветливо задрав хвосты — теперь пациентка была абсолютно здорова.

— Готово, можете забирать, — произнёс я, отступая от стола. — Исключите из её рациона любые стимуляторы окраса, тогда проблем больше не возникнет.

— Прекрасно.

Отец небрежно сунул мне купюру, полностью проигнорировав вылеченную питомицу, и дёрнул сына за рукав:

— Тёма, забирай эту шавку и пошли! Сколько можно повторять, мы опаздываем!

Мальчишка покорно потянулся к столу. Вот только возвращаться в тесную переноску лисица отказывалась. Её рыжая шерсть мгновенно поднялась дыбом, энергетический фон выдал сильный всплеск испуга. При этом зверек совершенно не обращал внимания на кричащего мужчину. Взгляд немигающих лисьих глаз оказался намертво прикован к Тёме.

Я нахмурился. Животное полностью исцелено. Ей не больно, не страшно. Что за истерика?

Незаметно коснулся её холки, пуская тонкую нить ментальной связи, и заглянул в этот примитивный лисий разум.

«Ну, что такое? Чего ты трясёшься? — мысленно обратился я к ней. — Я же тебе всё выправил. И желчный разблокировал, и шерсть разгладил. Чего не так?»

В моей голове раздался полный ужаса всплеск эмоций. Мозг лисицы был не способен на сложные речевые конструкции, она транслировала только один настойчивый посыл, бьющий набатом:

«Помощь… мальчик… опасность… помощь… мальчик… опасность…»

Она скулила прямо в мой разум, всем своим химерным существом отчаянно указывая на пацана.

— Доктор, вы уснули? Мы можем уже идти наконец⁈ — рявкнул мужчина, звякнув ключами от машины. — У нас график!

Я медленно убрал руку со спины лисы.

Развернулся всем корпусом и впервые посмотрел на мальчика не как на скучающего сына клиента, а включив истинное эфирное зрение.

— Интересно… Крайне любопытно, — я перевёл взгляд на потного от суеты отца. — А если я сейчас попробую угадать… Что ваша «важная встреча» через полчаса напрямую связана вот с этим ребёнком? Я ведь буду абсолютно прав?

Папаша вздрогнул. Глаза за стёклами очков сузились, рука инстинктивно легла на плечо сына, пытаясь отодвинуть его к двери.

— Это что ещё за балаган? При чём здесь ваши домыслы? Это вообще вас не касается! Тёма, бери уже лису и быстро пошли отсюда!

Он дёрнул парня за воротник.

— Стоять, — я пустил в голос крошечную крупицу силы. Этого хватило.

Воздух в кабинете уплотнился, придавив коммерсанта к полу. Мужчина застыл, не в силах сдвинуться с места, словно его ноги вбили в бетон.

Я шагнул вперёд, взял перепуганного мальчишку под мышки, поднял, как пушинку, и усадил прямо на хромированный операционный стол рядом с лисой. Пацан сжался в комочек, не смея даже пискнуть.

— Что вы себе позволяете⁈ — взвизгнул отец, пытаясь вырваться из невидимых тисков. — Вы знаете, кто я…

— Молчать, — я даже не обернулся, отрезая ему звук одним эфирным толчком.

Положил руку на грудь ребёнка.

— Кто это сделал? — спросил я, глядя в расширенные глаза отца.

— Я не понимаю, о чём вы бредите! Оставьте моего сына в покое! У него просто экзема, мы едем на укол…

— Экзема, говоришь? Ну давай посмотрим.

Я сформировал на кончиках пальцев короткое заклинание распечатывания и провёл им от шеи мальчика до запястья.

Тонкая маскирующая иллюзия, наложенная поверх кожи, рассеялась. Мальчишка вскрикнул. Его гладкая бледная кожа прямо на наших глазах начала бугриться, темнеть и покрываться твёрдыми роговыми чешуйками. Вены под кожей вздулись тёмно-зелёными бороздами. Пацан моргнул, и его зрачки резко вытянулись, превратившись в узкие вертикальные щёлочки змеиного хищника.

Я посмотрел на застывшего в ужасе папашу.

— Повторяю свой вопрос. Кто это с ним сделал?

Мужчина побледнел до синевы. Он смотрел на чешуйчатую руку собственного сына и судорожно хватал ртом воздух.