Идеальный мир для Химеролога 12 (СИ), стр. 29

Кутюрье вцепился пальцами в стеклянную столешницу так, что костяшки побелели.

— Да, — безжалостно добил я. — Это ведь Гертруда создала твои последние восемь коллекций, которые принесли тебе мировую славу. Они продиктованы ею. А те самые химеры в стенах? Они ежедневно сцеживают крохи собственной маны, чтобы поддерживать в твоём изломанном генетикой организме нормальный обмен веществ. Благодаря им ты так бодро живёшь и не сыпешься. И напоследок касаемо твоей любви к внезапным переездам… Вся концепция «бродячего бутика» придумана совсем не ради маркетинга. Тебя просто тошнит от толпы, постоянного скрежета чужих амбиций и этой липкой жадности. Терпеть не можешь людей и мечтаешь забиться в какую-нибудь дальнюю пещеру. Знаешь что? Я тебя прекрасно понимаю. Сам частенько хочу отгородиться от орущих придурков, залезть в тихую берлогу и сидеть там безвылазно, чтобы больше никто не смел дергать. Но приходится крутиться.

Мужик тяжело втягивал воздух, таращась на меня побелевшими глазами. Вид у него был такой, точно я только что прилюдно содрал с бедолаги кожу.

— Достаточно, — прохрипел он и выставил перед собой дрожащую ладонь. — Замолчи. Больше ни слова.

— В смысле? А почему? Я же еще даже не начал тебя по-настоящему удивлять. Могу прямо сейчас назвать твой реальный биологический возраст, чтобы оживить нашу беседу. Или во всех подробностях перечислить те конкретные препараты, которыми ты ловко маскируешь старение. А хочешь, заодно растолкую, почему те боевые химеры в нишах до сих пор на меня не кинулись? В них ведь заложен жёсткий рефлекс — рвать любого, кто влезет в ваш секрет. Устранение утечки информации, все дела. У тебя в голове сейчас должна вовсю мигать красная лампочка.

Я присел на край его стола и усмехнулся.

— Сколько грязи тут ещё можно накопать. Что бы тебе ещё рассказать? Например, про особенности симбиоза Гертруды?

— Замолчи! Я сказал, всё!

Он вскочил и в сердцах пнул кресло — мебель отлетела назад и врезалась в стойку с манекеном. Лицо его покрылось испариной. Мужчина судорожно нащупал кнопку интеркома на столе и заорал:

— Лидия!! Немедленно сюда!

Через секунду в кабинет влетела помощница. Кутюрье набросился на неё скороговоркой, размахивая руками. Он сыпал такими быстрыми, путаными командами о каких-то коробках, сейфах и витринах, что я даже не разобрал половину сказанного.

Девчонка в ужасе развернулась на каблуках и умчалась обратно в коридор.

Мы постояли в тишине. Мастер держался левой рукой за грудь в районе сердца, стараясь успокоить дыхание.

Буквально через пару минут помощница ворвалась обратно. Она тащила в охапке огромный, переливающийся перламутром фирменный пакет. Едва не споткнувшись о ковёр, она всучила его кутюрье. Тот перехватил пакет за ручки и вытянул его мне.

— Забирай! — рявкнул он, отступая на безопасное расстояние. — Всё, что ты хотел. Шляпу, шарф, сумку — там целый комплект из новой коллекции! А теперь выходи отсюда! И я искренне надеюсь, что мы с тобой больше никогда, слышишь, никогда в жизни не пересечёмся!

Девушка-помощница снова скрылась в дверях.

— Понял, спасибо за скидочку, — я подмигнул и забросил пакет на плечо. Развернулся, чтобы спокойно покинуть этот дом высокой моды, но на пороге притормозил.

— Слушай… А я всё-таки задержусь буквально на секундочку.

Я щёлкнул пальцами в воздухе, активируя слабый импульс. Деревянная створка ниши дрогнула и плавно отъехала в стену. Из полумрака осторожно и бесшумно выбралась химера.

Она походила на лисицу, но была чуть крупнее обычных размеров. Её роскошная пушистая шерсть переливалась глубоким, почти сапфировым синим цветом, а длинный хвост оставлял в воздухе искрящийся эфирный след. Гертруда была по-настоящему изящной, грациозной и идеальной с точки зрения баланса мутаций.

Кутюрье схватился за сердце, глядя на меня остекленевшим взглядом.

Я неторопливо подошёл к синей лисе. Присел перед ней на корточки, протянул руку. Химера не зашипела и не попыталась откусить мне пальцы. Она послушно, с глубочайшим благоговением ткнулась мокрым носом мне в ладонь.

Я мягко погладил её по шелковистому загривку.

— Надо же, какая у вас забавная штука получилась в плане эволюции, — произнёс я, обращаясь к животному. — Идеальный симбиоз. Развитие в истинный разум пошло на редкость грамотным, мягким путем. Выглядишь потрясающе, дорогая. А твои дизайнерские идеи реально крутые и бьют точно в цель.

Лисица тихонько, по-собачьи тявкнула, прищурив умные жёлтые глаза.

— И не скромничай. Я же сам видел ту бурю неподдельных эмоций, счастья и восторга, которую источают эти напыщенные куклы в очереди, когда обсуждают твои наряды. Это дорогого стоит. Продолжай творить в том же духе. У тебя талант.

Я бросил острый взгляд на хозяина кабинета.

— И смотри у меня, пусть этот тип тебя не обижает. Заботится, чешет за ухом и даёт лучшее мясо. А если вдруг начнёт наглеть и буянить — знай, что нам с тобой ничего не стоит организовать совместный стартап. Откроем модный дом на соседней улице. У меня в администрации как раз есть одна прекрасная особа, большая любительница шмоток и ярких новинок. Гарантирую: вы с Валерией за месяц порвёте столичный рынок моды на британский флаг и похороните весь местный бизнес.

Лисица хитро сверкнула глазами в сторону своего побледневшего владельца.

— Прошу тебя, просто уходи… — выдавил кутюрье, сползая в кресло. Рука по-прежнему сжимала ткань рубашки на груди. — Уходи!

— Ладно, ладно, чего так убиваться, — я хмыкнул, направляясь к выходу. — Сам же с порога заявил: «Удиви меня, я всё повидал». Вот я, к примеру, так глупо никогда бы не подставился, и просить постороннего меня удивить не рискнул бы. А знаешь, почему? Да потому что меня-то, в отличие от тебя, удивить в этом мире будет реально чертовски сложно. Бывай.

С удовольствием шагнув в коридор, я оставил за дверью ошалевшего законодателя моды и его разумную синюю лисицу, вышел на улицу и снова сел в жёлтое такси.

Через полчаса машина наконец-то притормозила у крыльца моей клиники. Я расплатился, подхватил фирменный пакет и толкнул входную дверь.

Внутри, прямо у стойки регистрации, разворачивалась классическая столичная мыльная опера.

Всю ширину прохода перегораживала перекачанная химерная псина с лоснящейся шерстью и широченным артефактным ошейником. Рядом с животиной топтался её владелец — холёный мужик в костюме, который стоил как средний звездолёт, и активно нависал над моей помощницей.

— Прекрасная Валерия, — бархатным, глубоко поставленным баритоном вещал этот местный павлин. — Я ещё раз повторяю: моё предложение поужинать в хорошем месте всё ещё в силе.

Валерия, не отрывая взгляда от монитора, устало потёрла переносицу.

— Господин барон, а я ещё раз повторяю: я не могу с вами ужинать. Пожалуйста, не мешайте мне работать. Ужины в ресторанах — это совершенно не то, что мне сейчас требуется. И вообще, я на рабочем месте.

— Да какая к чёрту работа? — аристократ пренебрежительно махнул рукой в сторону коридора, заставленного клетками. — С чего бы такой прекрасный цветок, как ты, теряет свою молодость в этом гадюшнике? Посмотри на это место! Ты достойна лучшего. Пошли со мной. Узнаем друг друга поближе. И если мы сойдёмся характерами… я подарю тебе всё. Прекрасную жизнь, охрану, квартиры… Ты ни в чём не будешь нуждаться. Я всегда хозяин своего слова.

— Барон, ну прошу вас, не надо, — Лера тяжело вздохнула. — У вас, между прочим, жена есть. Вот давайте вы ей будете прекрасную жизнь устраивать, хорошо?

Мужик снисходительно рассмеялся, блеснув идеальными винирами.

— Ой, ну что там жена… Формальность! Ты прекраснее. Я предлагаю тебе веселье, закрытые показы мод, лучшие заведения столицы, пикники в самых эксклюзивных местах… Всё, что тебя интересует, будет у твоих ног. Только прими моё приглашение.

Валерия обречённо закатила глаза.

— Ну пожалуйста, ну не мешайте. Видите, я занята? У меня картотеку надо сводить, звонки, посетители…