Кодекс Магических Зверей X (СИ), стр. 9

— Не мешайся, дорогая, — девушка аккуратно перехватила ладонью пичугу и, осторожно разжав её маленькие пальцы, пересадила малютку на траву, после чего мимолётом провела пальцем по перьям и вернулась к работе.

Адрия ошалело посмотрела на Мальвину, затем на свои лапки, снова на рыжеволосую и наконец медленно, будто не веря в случившееся, распушила грудку и выдала растерянную трель.

Однако на возмущение птички никто так и не обратил внимания. Дядя с девушкой спорили, удастся ли обойтись одной упряжью, пока Хольц, стоя у колодца, отрешённо смотрел на траву. Их голоса и шум двора оборвались лишь когда из лавки донёсся настойчивый стук. Подхватив ранец, я торопливо прошёл через кухню, отодвинул засов и распахнул дверь.

На пороге стояли двое стражников с клинками на поясах. Мужчина помоложе, с воспалённой ссадиной вдоль челюсти, то и дело оглядывался на улицу, в то время как его напарник, кряжистый и седоватый, тяжело дышал, прижимая к боку шлем.

Возле старшего из стражников топтался приземистый зверь ростом мне по бедро. Его серая шкура собиралась на шее и плечах в складки, между которыми виднелся короткий пух, из пасти торчали вывернутые клыки, а из ноздрей при каждом выдохе вырывались облачка дыма.

[Обнаружено существо: Мшистый складкорыл]

[Класс: C]

[Ранг: 2]

Спутник того, что помоложе, оказался полной противоположностью складкорылу: высокий, поджарый, на тонких лапах с толстыми подушечками. Неровные завитки пятнистой охряной шерсти поблёскивали на солнце, пока вытянутая морда зверя беспокойно вертелась в разные стороны, заставляя изгибаться длинную шею, а огромные уши прижимались к черепу от каждого громкого звука.

[Обнаружено существо: Пятнистый шелестоух]

[Класс: C]

[Ранг: 1]

— Скажите, здесь живёт целитель зверей Эйден Моррис? — спросил седой.

— Да, это я, — ответил я, придерживая дверь.

— Хеслер, городская стража, — представился он и кивнул, перехватывая шлем. — Как вы наверняка слышали — во Втором спуске прорыв. Раненых зверей много, а целителей не хватает, поэтому… руководство просит вас о помощи.

Хольц как в воду глядел.

— Хорошо, — произнёс я, опуская ранец на пол. — Дайте мне пару минут.

— По возможности возьмите с собой всё, что может пригодиться для лечения, — добавил молодой, потерев ссадину костяшкой. — Там… полный бардак.

Хеслер покосился на напарника, и тот замолчал.

Вернувшись во двор, я обнаружил, что Мальвина стояла чуть в стороне от Брумиша, прикидывая вслух, как получше закрепить ткань.

— За мной пришли стражники, — произнёс я. — Попросили помочь с ранеными зверями.

Ларк резко выпрямился, уронив упряжь на траву.

— И какой ответ ты им дал?

— Я согласился.

— Тогда я с тобой, — отрезал дядя и развернулся к своему участку. — Сейчас только сапоги переобую.

— Стой, — произнёс я, заставив его обернуться, а затем кивнул на здоровяка. — Одежда для Брумиша не готова.

Покосившись на бронебруса, дядя с досадой пнул подвернувшийся камешек.

— И ведь не поспоришь же с тобой, — проворчал он, проведя ладонью по лицу. — Связал ты мне руки. Ладно, будь осторожен, племяш. Если что пойдёт не так — сразу назад.

Когда дядя замолчал, Хольц наконец отошёл от колодца и провёл рукой перед собой. Воздух дрогнул, расходясь маревом, из которого в следующее мгновение неспешно выбрался Грим. Зверь встряхнулся, обвёл двор внимательным взглядом и уселся у ног хозяина.

— Я присмотрю за лавкой, — произнёс старик, опустив ладонь на тёмно-синий загривок.

— Спасибо, — отозвался я, подходя ближе. — Велгара сегодня нужно покормить мясом ещё пару раз. А если я не вернусь до утра, не забудь дать ему шарик — Элиан покажет, какой взять.

— Можете на меня рассчитывать, — тут же донеслось из окна лаборатории.

Хольц медленно наклонил голову. Развернувшись, я поспешил к лавке, но Крох внезапно перегнал меня и так резко встал поперёк дороги, что колено чуть не врезалось в его бок. Хвосты зверя плавно качнулись, а сапфировые глаза уставились в моё лицо.

«Я не отпущу тебя одного», — прозвучало в голове.

— Я буду осторожен, — ответил я вслух, присаживаясь и опуская ладонь на белую шерсть его загривка. — В драку не полезу, обещаю.

Однако двухвостый вместо того, чтобы сдвинуться с места, уселся, обвив лапы хвостами, и вновь уставился на меня. Через мгновение фраза в голове повторилась.

— Упрямый, — я вздохнул и потёр переносицу.

Что ж, как бы мне ни хотелось оставить его дома, придётся признать очевидное: с Крохом под боком мои шансы вернуться назад целым и невредимым будут куда выше, чем без него.

— Ладно, — я поднялся и вытер ладонь о штаны. — Пойдёшь со мной, но держись рядом, никуда не убегай.

Крох тут же поднялся и потянулся, выгнув спину. В то же мгновение у уха послышался взмах крыльев, затем по плечу прошлись коготки, и Адрия уселась. Перед глазами тут же вспыхнул образ: к нам со всех сторон подступают твари, но малышка поднимает крылышко, и всё это полчище разбегается.

— Ого, что ты научилась делать! — я провёл пальцем по её голове, и кайрил довольно распушила грудку.

Я на мгновение задумался и всё же решил взять с собой малышку, ведь её крылышко может спасти нам жизнь.

Следом, подпрыгивая на ходу, примчался Люмин и встал плечом к плечу с двухвостым, выпятив грудь и раздув ноздри. Я опустился перед ним на колено.

— А ты останешься здесь, — тихо сказал я, положив ладонь на его голову. — Снаружи слишком опасно.

Фыркнув, зайцелоп топнул лапой и отправил мне образ: он в «доспехах» и рогатом шлеме раскидывает по сторонам передо мной мохнатых тварей.

— Когда-нибудь так и будет, — с улыбкой произнёс я, поглаживая шерсть между рожек. — А пока погоняй Брумиша, ему полезно.

Люмин наградил меня долгим взглядом, в котором читалось его отношение к подобному распределению обязанностей. Затем он опустил длинные уши, развернулся и уныло побрёл к здоровяку. Улёгшись у его лап, зайцелоп положил морду на землю и уставился в одну точку.

Вернувшись в коридор, я накинул ранец и подтянул ремни, чтобы поклажа не подпрыгивала, после чего толкнул приоткрытую створку и пропустил Кроха вперёд. Двухвостый выскользнул наружу и замер, обводя улицу внимательным взглядом.

Серый здоровяк тут же вытянул морду, жадно ловя запахи, и подался вперёд, но упёрся в подставленную ладонь Хеслера. Складки на его шее собрались ещё плотнее, из ноздрей вырвались два облачка дыма, и складкорыл, недовольно переступая лапами, всё-таки присел. Долговязый вытянул шею во всю длину и склонил голову набок, а через пару секунд осторожно подался ближе, потянувшись к морде двухвостого. Поведя ухом, Крох скосил на него глаза, но не сдвинулся с места. Пятнистый обнюхал воздух между ними и, фыркнув, вернулся к хозяину, принявшись тереться боком о его бедро.

— Ишь ты, — усмехнулся молодой стражник, удивлённо качнув головой, и покосился на своего питомца. — Обычно он ко всем задом поворачивается. А что это у вас за зверь?

— Крох, — отозвался я, притворяя за собой дверь.

— Понятно, — протянул парень, хотя по его озадаченному лицу было очевидно: ясности у него в голове ни капли не прибавилось.

Хеслер всё это время молча разглядывал белый и черный хвосты Кроха. Наконец он надел шлем и кивнул в сторону перекрёстка.

— Пойдёмте, целитель, держитесь между нами, — сказал он и зашагал вперёд.

Стоило нам свернуть за угол, как я понял: утренняя суета соседей была лишь лёгкой рябью перед настоящей волной всеобщей паники. По мостовой непрерывным потоком сновали гружёные телеги, пожитки на которых были наспех перехвачены верёвками. Сверху многих, крепко вцепившись в узлы, сидели дети, оглядывающиеся в сторону оставленных домов.

В просветах между повозками теснились люди. Мужчины гнулись под тяжестью набитых мешков, женщины прижимали к себе корзины, какой-то старик тащил на плече свёрнутую перину, а худой парень нёс за ножку табурет, задевая им людей, но не реагируя на ругань в спину. Общий поток двигался прочь от центра города. Мы были одними из немногих, кто шёл против течения, и это встречное движение периодически прижимало нас к стенам.