Рунный маг империи. Том 3 (СИ), стр. 32

Слишком уж сильно он акцентирует внимание на мне. Чувствую, что не всё так просто, как преподносит директор. Наверняка у него хватает своих скрытых мотивов, которыми он не спешит делиться.

Впрочем, времени на раздумья у меня полно, а предложение директора звучало довольно интересно. Пытаться не привлекать к себе внимания теперь не получится, так что надо брать от ситуации всё возможное. Слова директора и вправду звучали весьма заманчиво.

К тому же в будущем это может помочь мне попадать на научные конференции, что для меня лишним не будет. Как ни крути, а тяга к знаниям у меня в крови.

— Хорошо. Я обдумаю это решение, — немного помедлив с ответом, сказал я. — Но ещё один вопрос остаётся открытым. Если надо, могу заранее сдать все семестровые экзамены, включая практику.

— Будем считать, что практику ты сдал, показав свои навыки на дуэли, — задумчивым голосом произнёс старик. — Можешь рассчитывать на автомат, но накопленные академические баллы, или, как вы, молодёжь, называете их, очки, придётся списать. Само собой, если ты решишь задержаться там на неделю-другую, а то и больше.

— Так их проще различать, — усмехнулся я в ответ. — Баллы мы так же получаем, когда преподаватели ставят нам оценки. Надо же как-то делать различия, чтобы не возникало путаницы.

— Не могу не согласиться. Сам хотел внести изменения, но бюрократическая система оказалась сильнее. Несколько лет не могу заменить одно слово, да и, скорее всего, не заменят, — тяжело вздохнул директор, посмотрев на кипу бумаг.

Иногда жизнь устраивает сюрпризы, а порой сюрпризы перерастают во что-то похуже… А ведь ещё пару дней назад казалось, что ничто не предвещает беды.

Следующие два дня я провёл в Академии, дожидаясь прибытия Фадии и Дрога. Всё-таки они были моими личными слугами, а полёт в столь дальние места требовал соответствующего сопровождения. Не то чтобы это было необходимо, скорее, нужно для статуса.

Утром третьего дня я собрал вещи, проверил, не забыл ли жетон деда, и ближе к назначенному мной времени покинул общежитие.

Возле ворот Академии уже стояло несколько автомобилей с гербами Эйзенхорнов. Ученики, проходившие мимо, время от времени поглядывали в сторону кортежа, но задерживаться рядом никто не собирался. У всех хватало своих дел, и пялиться на моих слуг никто не собирался.

Выйдя за стены Академии, я практически сразу заметил Фадию. Девушка стояла возле открытой двери лимузина и, увидев меня, выпрямилась, после чего на её губах появилась тёплая улыбка.

— Доброе утро, молодой господин, — поприветствовала она меня, слегка склонив голову, как только я вышел из ворот и подошёл поближе. — Рада снова видеть вас в добром здравии.

— И тебе доброе утро, — улыбнулся я в ответ, подойдя ближе. — Смотрю, со времени нашей последней встречи ты ещё больше похорошела.

— Благодарю за комплимент, молодой господин, — снова слегка склонила голову девушка. — Ваши слова мне приятны.

Вообще, за время разлуки девушка заметно изменилась в лучшую сторону. Её движения стали спокойнее и увереннее, да и в целом пропал всякий намёк на болезненный вид.

Пока Фадия находилась в заложниках, её долгое время держали на одном хлебе и воде. Если к этому добавить её скитания вместе с братом, во время которых им редко доводилось нормально есть и спать под крышей, а не под открытым небом, то картина складывалась не самая приятная…

Исцелением можно было залечить раны, убрать воспаления и восстановить повреждённые ткани, но последствия долгого голода и истощения так просто не исчезали. Организму всё равно требовались нормальная еда, сон и время. Магия далеко не все может исправить, да и у всего есть цена.

— Вы на меня как-то странно смотрите, молодой господин, — Фадия поправила воротник пальто и слегка приподняла бровь. — Что-то не так?

— Наоборот, всё как раз хорошо, — ответил я. — Ты заметно окрепла и вообще выглядишь куда лучше, чем раньше. Рад видеть, что лечение и отдых пошли на пользу.

Девушка на мгновение замерла, после чего отвела взгляд и прикрыла дверь.

— Благодарю, — тихо произнесла она. — В поместье обо мне хорошо заботились. Госпожа лично следила, чтобы я не пропускала приёмы пищи и регулярно посещала целителей.

— Я предупреждал, — напомнил я девушке свои слова.

Затем Фадия открыла мне дверь автомобиля, после чего я сел на заднее сиденье и тут же встретился взглядом с Дрогом. Он сидел напротив, положив массивные руки на меч, словно был готов в любой момент ринуться в бой и отразить атаку врага.

Всё бы ничего, только он сидел с закрытыми глазами и словно не замечал ничего вокруг. Я вообще впервые видел его таким.

— Что это с ним? — спросил я у Фадии, когда она села рядом со мной. — Не похоже, что он уснул на рабочем месте.

— Ваш старший брат Крис научил его технике медитации, позволяющей улавливать малейшие колебания магического фона, — объяснила Фадия. — Он сказал, что это награда за достойный спарринг. Правда, Дрог пока слишком сильно в неё погружается и перестаёт замечать всё вокруг.

— Да я смотрю, вам в поместье скучать не приходилось, — с трудом сдержал я улыбку. — Хотелось бы разбудить его магией, но, чувствую, он возьмётся за клинок и попытается меня атаковать.

— Позвольте мне, — сказала девушка и, получив одобрительный кивок, сложила пальцы вместе и со всей силы ударила брата по колену.

Тот от неожиданности сразу открыл глаза и подскочил, ударившись о крышу салона.

— Фадия, я же просил так не делать! — возмутился Дрог, но, увидев меня, на пару секунд застыл, прежде чем сесть обратно. — Молодой господин. Рад снова вас видеть.

— Взаимно. И, смотрю, говорить ты начал чисто, в этот раз даже почти без акцента, — похвалил я парня за успехи.

К слову, Дрог тоже выглядел лучше прежнего. За короткое время его плечи, казалось, стали ещё шире, тело — крупнее, как и сами мускулы.

На кистях рук и пальцах добавилось несколько новых шрамов, что меня нисколько не удивило. Зная его отношение к тренировкам, скорее, стоило бы удивиться их отсутствию. Тем более что он тренировался с Деймоном, который никогда никого не щадил, особенно, когда подопечный выдерживает нагрузку.

Зато лицо, к моему удивлению, оказалось совершенно «чистым». Старые отметины исчезли, кожа выровнялась, и лишь возле линии волос осталась едва заметная светлая полоса.

— Смотрю, целители добрались и до твоего лица, — заметил я, устроившись поудобнее. — Не думал, что ты добровольно согласишься убрать шрамы.

Дрог провёл пальцами по щеке и слегка поморщился.

— Не добровольно, — честно признался он. — Госпожа настояла. Сказала, что тело может быть хоть всё в шрамах, но лицо должно быть чистым и опрятным. Потому что лицо личного слуги — это лицо его господина.

Он замолчал, нахмурился и несколько секунд смотрел на крышу салона, которую чуть не пробил головой.

— Я вроде понимаю мысль госпожи, — медленно потирая подбородок, произнёс Дрог, — но почему это должно так работать, не понимаю. При чём тут моё лицо и при чём тут ваше? Личный телохранитель должен пугать врагов одним внешним видом, чтобы никто не вздумал напасть на его господина. Я ведь не на этом… как его… не на модельном подиуме выступать должен!

Я не сдержался и рассмеялся. Фадия прикрыла рот рукой и отвернулась, пытаясь не засмеяться. Дрог, в свою очередь, переводил взгляд с меня на неё, не понимая, что именно сказал не так.

Страшно представить, какой фурор он вызвал бы среди зрителей своим появлением…

— В Амрателе принято следить, чтобы слуги выглядели соответствующим образом. Особенно личные слуги, — объяснил я, когда смех немного утих. — Если у тебя на лице есть заметные шрамы, кто-нибудь может решить, что у рода нет денег на лечение. Или, что ещё хуже, что он жадничает и экономит на своих людях.

— Глупость, — сразу недовольно нахмурился Дрог. — Шрам означает, что человек сражался и выжил. Это история. Украшение мужчины.