Загадки Столетней войны, стр. 71

Первые сообщения об эпидемии чумы поступают из Китая (тогда ещё в последние десятилетия правления монгольской династии Юань: последний китайский император Юань бежит из Пекина в Монголию за год до того, как король Франции Карл V возобновит войну с Англией в 1369 году) с начала 1330-х годов. Предыдущее десятилетие принесло землям империи Юань много катаклизмов (засухи, неурожаи, землетрясения, ураганы и катастрофические ливни). Как можно догадаться, общее здоровье массы населения оказалось ослабленным от голода и болезней, разорённые крестьяне бежали из пораженных неурожаями территорий в города. Предположительно, это совпало с миграциями популяций грызунов поближе к местам проживания людей. Возникли условия для передачи эпидемии от грызунов к людям и ее быстрого распространения.

Если в деревне люди могли понять, что среди них распространяется страшная эпидемия в течение около сорока дней, то в городах с населением в несколько тысяч человек это бы заняло шесть — семь недель, в городах с населением свыше десяти тысяч — около семи недель, а в городах-стотысячниках — около восьми недель.

С некоторой долей гипотетичности из исторических источников можно предположить, что еще в конце 1320-х годов от новой эпидемии умерло несколько представителей императорской династии. Это вызвало междоусобную борьбу внутри династии и ослабило власть монголов над Китаем. А уже в 1334 году в провинции Хубэй чума убила 90 % населения (возможно, это обычное преувеличение летописцев). По странному стечению обстоятельств, центр провинции Хубэй — это тот самый город Ухань, оказавшийся в центре мировых новостей в момент написания этих строк в январе 2020 года. (Тут для точности надо сказать, что в 1334 году Ухань по-прежнему состоял из трёх отдельных городов, Учана, Ханькоу и Ханьяна).

В течение 1330-х годов эпидемия прокатилась по провинциям подвластного монголам Китая, но при этом похоже, что ей не удалось распространиться на соседние Вьетнам и Корею. Не дошла чума и до Японии. Зато эпидемия пошла на запад, торговым путем из Китая и Монголии на Ближний Восток и Европу. В конце 1330-х годов чума уничтожила христианские несторианские поселения близ озера Иссык-Куль (сейчас территория постсоветской республики Кыргызстан), а в начале 1340-х годов дошла до Средней Азии. Впрочем, некоторые исследователи считают, что известная в Европе как «чёрная смерть» эпидемия вспыхнула в степях Евразии независимо от эпидемий в Китае.

Как бы то ни было, в 1346 году эпидемия чумы твёрдо фиксируется в регионе нижнего течения Волги и Дона, на территории Золотой Орды, и отсюда попадает сухопутным караванным путем через Кавказ в Персию и далее на Ближний Восток, а также морским путем из Крыма в Западную Европу. Рассказ о том, что якобы во время неудачной осады генуэзской Кафы (сейчас Феодосия в Автономной Республике Крым в Украине) войско хана Золотой Орды Джанибека забросило с помощью требюше зачумленные трупы за городские стены крепости, скорее всего является апокрифической. Но вероятно, что генуэзские корабли завезли чуму в Константинополь, где эпидемия вспыхнула весной 1347 года. Также весной и летом того же года эпидемия ударила по Персии, осенью дойдя до Александрии в Египте, вероятно, морским путем из Константинополя. Из Египта весной следующего года чума вырвалась в Сирию, а позже в Аравию, и в 1349 году достигла Багдада. По некоторым подсчетам, арабский Ближний Восток потерял от тридцати до сорока процентов населения из-за эпидемии чумы.

Однако в контексте Столетней войны нас интересует Западная Европа. Сюда чума попала вместе с кораблями генуэзцев из Черного моря и Константинополя. Осенью 1347 года эпидемией поражены порты южной Италии и французский Марсель, зимой 1347–1348 годов эпидемия охватывает всю Италию. Во Франции зараза доходит до Авиньона, где находился двор Папы Римского. Весной того же года чума приходит на юго-запад Франции и в Испании, летом охватывает всю Францию и попадает в порты южной Англии. Историки проследили чуть ли не по дням, какие корабли привозили эпидемию на новые земли. Установлено, что в Англию её привёз корабль из Бордо в английской Аквитании, бросивший 8 мая 1348 года якорь в портовом городке Мелком Риджис в Дорсете, на юго-западе Англии. Эпидемия в городке вспыхнула 24 июня, но скорее всего, даже раньше.

В начале августа 1348 года уже поражен Лондон, следующей зимой — Шотландия и Ирландия. В 1349 году английский корабль завез чуму в Норвегию, откуда она через Швецию и Данию пришла в Центральную Европу и Венгрию. По непонятным причинам чума лишь незначительно затронула Польское королевство (как ни удивительно, некоторые регионы смогли совсем избежать удара эпидемии, например приграничье Франции и Арагона, часть Нидерландов и Венгрии, или Медина в Аравии). В 1352 году чума вместе с купцами, которые путешествовали в Западную Европу, приходит в Псков и Новгород, а в следующем году в Москву, где от нее умирает князь Симеон Гордый. На наших землях от эпидемии пострадали Киев и Чернигов, а Глухов вымер полностью. Вероятно, что в Приднепровье эпидемия пришла не из Западной Европы, а из Золотой Орды.

Повторные вспышки эпидемии чумы происходили в Европе практически каждое десятилетие до конца века. Нередко регионы, которые обошла первая эпидемия, были поражены в следующий приход болезни. После 1400 года вспышки чумы становятся менее частыми, но тем не менее происходят регулярно вплоть до XVIII века.

Демографические потери Европы от эпидемии были огромными. Тут надо отметить, чума совпала с серьезными климатическими изменениями: окончанием теплого «средневекового климатического оптимума» и наступлением «малого ледникового периода» (до глобального потепления оставались ещё сотни лет). Помимо этого, стоит заметить, что именно на это время пришёлся пик перенаселения в Западной Европе (в конце концов, Мальтус вовсе не с потолка взял свои идеи). Хозяйственная экспансия Высокого средневековья — то есть эпохи с XI по XIII столетие — привела к тому, что урожайность зерновых выросла с 2,5 к 1 в VII веке до 10 к 1 на лучших, более плодородных почвах, и 4 к 1 на менее плодородных почвах в XIII веке. Связанный с ростом урожайности резкий прирост населения привел к тому, что в земледельческий оборот вовлекались всё более маргинальные и всё менее плодородные земли. Около 1300 года имеющуюся численность населения в Западной Европе уже едва удавалось прокормить имеющимися ресурсами. Когда в начале XIV века климат резко ухудшился, дождливое и холодное лето, приходившее из года в год, не давало вызревать посевам. Начался падёж скота. Участились случаи голода, сильнейшим из которых был «Великий голод» 1315–1317 годов. Тогда хроники записали, что в одной из поездок по Англии короля Эдуарда ІІ (отца Эдуарда ІІІ, при котором началась Столетняя война) в одном из городков его слуги не могли купить хлеба для королевского стола ни за какие деньги: его у горожан просто не было.

Большая часть низших слоев населения систематически страдала от недостаточного питания, а также от холода и сопутствующих болезней. Ослабленное население было особенно уязвимым для надвигавшейся эпидемии чумы. А в 1340-е годы климат ещё больше ухудшился, возможно, оттого, что лучи солнца экранировались облаком космических обломков от распавшейся кометы (эта гипотеза находит определённое подтверждение в рассказах современников о наблюдении странных явлений на ночных небесах).

Смертность в городах, где распространению эпидемии помогала большая скученность населения и чрезвычайно низкий стандарт личной и общественной гигиены, была высокой. Населения Флоренции сократилось с более чем ста тысяч до примерно сорока тысяч, Сиена потеряла половину населения, Генуя и Венеция — семьдесят процентов. Население Парижа сократилось с более чем двухсот тысяч в 1328 году до ста тысяч через сто лет, Тулузы — с сорока пяти тысяч в 1335 году до девятнадцати тысяч через семьдесят лет. Число завещаний, реализованных в судах Лондона, в 1349 году было выше, чем в предыдущем году, в пятнадцать раз. Смертность в деревнях могла быть и выше: некоторые деревни просто исчезли. То, что смертность в городах оказывалась иногда ниже, чем за их пределами, как раз характерно для заболеваний, где передача возбудителя не происходит от человека к человеку. В противном случае смертность в скученных городах была бы выше.