Загадки Столетней войны, стр. 59
Постепенно превосходство французов стало уменьшаться. Неудачей окончилась попытка захватить оставшийся остров Нормандского архипелага Джерси в марте 1339 года (но это отчасти было результатом усиления его гарнизона за счёт Гернси и Сарка). Набеги на Харвич, Саутхемптон и Плимут были отбиты. Французам только удалось захватить и сжечь небольшой приморский городок Гастингс, а захваченные в плен рыбаки были казнены, и их тела выставлены на всеобщее обозрение в Кале.
Противник французов явно стал усиливаться. Двадцатого июля 1339 года 67 французских и генуэзских кораблей подошли к порту Сэндвич на юго-восточном побережье Англии, но не смогли взять его и ограничились тем, что сожгли несколько рыбачьих посёлков. Им навстречу вышел английский флот под командованием сэра Роберта Морли, и французы сочли за лучшее бежать. Успех окрылил Морли, и он решил отомстить за французские набеги и сжёг французские порты Ольт и Ле Трепор, а 14 января 1340 года сжёг двадцать четыре когга и восемнадцать галер в порту Булонь.
Но к решающему сражению на море привёл союз короля Эдуарда с Фландрией и Брабантом. Король подписал с ними соглашение в декабре 1339 года (после кампании во Фландрии, не закончившейся ни триумфом, ни поражением), и обещал на следующий год высадиться с большой армией на континенте. Чтобы воспрепятствовать этому, адмиралы Кьере и Бегюше собрали «армию двухсот кораблей», которая в июне 1340 года вошла в залив Звин, блокируя подходы к городу Брюгге, одному из центров Фландрии.
Французский флот состоял из 202 кораблей, в том числе шести галер, двадцати двух гребных барж, семи королевских парусников и 167 коггов, реквизированных у французских купцов. В отличие от английского короля, Филипп VІ платил довольно щедро за реквизированные суда, включая месячный аванс за наём судна и плату экипажу. У французов было около двадцати тысяч человек в экипажах их судов, но профессиональных военных среди них было немного: пятьсот арбалетчиков и сто пятьдесят латников. Остальные тысячи были рыбаками или грузчиками, загнанными под королевские знамёна и не имевшими боевого опыта. Однако на французских кораблях было четыре артиллерийских орудия — новинка на то время.
Точно неизвестно, сколько было кораблей в противостоявшем французам английском флоте, вышедшем в море из Харвича. Обычно говорят о ста двадцати — ста шестидесяти кораблях, на которых, помимо матросов, было от двух с половиной до четырёх тысяч солдат, в том числе знаменитых английских лучников. 23 июня 1340 года английский флот во главе с королём Эдуардом встал на якорь у Бланкенберге, недалеко от Звина. Сражение, получившее название по городку Слёйс неподалёку в устье Шельды, состоялось на следующий день.
Ночью король Эдуард разделил свой флот на четыре отряда. На кораблях центрального отряда, помимо экипажей, абордажные команды состояли из латников, на фланговых отрядах, помимо экипажей, были лучники и арьергард тоже состоял из лучников. В пятом часу утра 24 июня 1340 года английский флот поймал ветер и стал ожидать прилива. Когда тот наступил, английский флот поплыл к берегу, несомый приливом и ветром, дующим в корму, и с солнцем за кормой, светящим в глаза противнику.
Французские адмиралы готовились к бою, и решили дать оборонительное сражение. Французский флот был разделён на три отряда, корабли которых были связаны между собой цепями, и с фронта защищены гружёными землёй и камнями лодками. Пять трофейных английских кораблей были на левом крыле французов. Генуэзский адмирал Эгидио Барбавера настаивал, что лучше встретить англичан в открытом море и таким образом использовать своё преимущество в количестве кораблей, но французские адмиралы его не послушали.
Когда Барбавера утром увидел, что приближается английский флот, то попытался переубедить Бегюше и Кьере: «Король Англии и его флот идёт на нас. Выводите свои корабли в море ибо, если вы останетесь здесь, затиснутые между этими большими дюнами, англичане, которым помогает ветер, прилив и солнце, затиснут вас, и вы не сможете маневрировать.» Его снова не послушали, и он вместе с тремя генуэзскими галерами снялся с якоря и ушёл от надвигающейся катастрофы.
Джеффри ле Бэйкер очень ярко описал начало сражения в своей хронике:
После десятого часа, когда ветер и солнце оказались у него за спиной, то оседлав приливную волну, с кораблями, поделенными на три колонны, король дал своим врагам то удовлетворение, которого они желали. Ужасающий клич вознёсся к небесам над их деревянными конями; железный ливень из арбалетных болтов и стрел длинных луков принёс смерть тысячам людей; каждый, кто желал или осмеливался, дрался врукопашную копьями, топорами и мечами; камнями, сброшенными с настилов на башнях, размозжило голову не одному бойцу; одним словом, завязалась, безо всякого сомнения, великая и ужасная морская битва.
В девятом часу утра английский флот врезался в строй противника — именно туда, где стоял бывший флагман Эдуарда «Кристофер». Далее последовала фактически сухопутная битва, но по странному стечению обстоятельств протекавшая на палубах кораблей. Английские лучники осыпали французские корабли тучей стрел, английские латники вступили в рукопашную схватку с экипажами кораблей противника, с которыми удалось сцепиться английским кораблям. Французы оказали храброе сопротивление, но никакого плана боя у них не было. В гуще схватки в дело пошли камни, швыряемые на противника с мачтовых площадок. Согласно некоторым источникам, опытные пловцы даже пытались топить корабли противника, сверля в тех отверстия ниже ватерлинии. Сам король Эдуард принял участие в схватке и был в гуще сражения, вскочив на палубу «Кристофера». Один из французских адмиралов — Николя Бегюше — даже смог ранить его в ногу и был повешен на мачте за покушение на жизнь короля и в отместку за казни английских моряков.
Хотя иногда и пишут о сражении при Слёйсе как о ещё одном триумфе английского длинного лука, первая линия французских кораблей сдерживала напор врага в течение восьми часов. Вторая и третья линии французов не имели возможности прийти на помощь своей первой линии. Лишь когда солнце стало клониться к закату, в тыл французам, на их третью линию, нанесла удар флотилия из нескольких сотен фламандских лодок. Похоже, это были местные фламандские рыбаки, чьи посёлки безжалостно грабили французы перед сражением. После этого сопротивление французского флота было сломлено. Вспыхнула паника, многие французы начали прыгать в воду несмотря на то, что были в полном доспехе, исход чего был ожидаем. Отдельные корабли ещё держались, сражаясь во тьме наступившей ночи, но победа была за Эдуардом. Были отбиты четыре из пяти захваченных у Валхерена кораблей, смогли уйти только тридцать кораблей французов. Оба французских адмирала были схвачены и повешены. 85 процентов французского флота были потеряны, и восемнадцать тысяч моряков лежали под водой, покачиваемые течением Шельды.
Уильям Шекспир в пьесе «Эдуард ІІІ» вкладывает рассказ о сражении в уста гонца, приносящего сообщение о поражении французскому королю:
Матрос