Оборотни во власти. Они убили Советскую страну, стр. 72
— Немного ныне таких наберётся… Наверное, стоит нам, хотя бы кратко, познакомить читателей и с жизнью Коротича после «Огонька», а также с тем, как теперь он оценивает «огонь-ковскую эпопею».
— Согласен.
— Итак, оставшись в США, наш антигерой не бедствовал: своих они не бросают. Бывший советский функционер сразу же стал профессором Бостонского университета и получил возможность читать лекции по всему миру. В качестве благодарности за активное участие в разгроме СССР он был удостоен членства в Академии искусства и литературы США. А главное, по его собственному определению, получил семилетку счастливого отдохновения и благоденствия с 1991 по 1998 год. Наслаждался этим отдохновением — после трудов неправедных.
— Однако всё же он продолжал участвовать в общественно-политической жизни, причём даже в России. Например, в течение 1992–1995 годов был бостонским обозревателем московской газеты «Новый взгляд». При этом, замечу, антисоветизм его никуда не делся. Вот опубликованное высказывание Коротича из письма Евгению Додолеву: «Как были мы страной ненависти, так и остались. В таком воздухе не отдышишься. Страну приучали к хамству десятки лет».
— Вместе с тем он пытается обосновать своё новое положение и свою якобы независимость от всех и всего. По-новому начинает оценивать и деятельность тех, кто руководил «перестройкой». Так, он пренебрежительно отзывается теперь о деятельности Горбачёва, считая, что не по Сеньке пришлась шапка.
— Решая, где жить дальше, он попробовал сделать выбор между Россией и Украиной?
— Да. И показалось ему, что на Украине больше у него сторонников.
— Не ошибся?
— Вроде бы нет. После возвращения в Киев его тотчас провозгласили здесь мэтром современной украинской журналистики. И вот с 1999 по 2014-й Коротич руководит киевским изданием на русском языке, возглавляя редакционный совет всеукраинской газеты «Бульвар Гордона».
Признанием его заслуг стало награждение орденом князя Ярослава Мудрого в 2011 году — «за выдающийся личный вклад в обогащение украинского культурно-художественного наследия, многолетнюю плодотворную творческую и общественно-политическую деятельность».
В этот период он занимает, как считается, умеренную националистическую позицию, которая, впрочем, в разные годы далее будет иметь всевозможные оттенки.
— Ох, «оттенки» эти!.. Пытаясь подвести какой-то итог жизненных вихляний Коротича, не только мы, но и любой объективный исследователь, по-моему, должен иметь в виду: вихляния эти и составляют существо его натуры. Скользкая она до предела! Потому, начиная разбираться, неотвратимо попадаешь в дебри крайне противоречивых заявлений, суждений, намёков. Разве не так?
— Чистая правда. И ко времени после «Огонька» это сполна относится. Вот же абсолютно ясный как будто вопрос: а как теперь Коротич оценивает своё руководство той тотально разрушительной кампанией в прессе? Но я читаю разные выступления его, которых после 1991 года состоялось предостаточно, а чёткого ответа на это не нахожу.
— Так и я тоже! Всё, как говорится, вокруг да около, а от оценки личного своего участия он полностью уходит.
— Конечно, в чём-то вроде можно отметить, что некое прозрение у него наступило. Скажем, по отношению к развалу СССР. Сомнения в том, что всё было правильно на этом пути, посетило Коротича задолго до Крымской весны и событий в Донбассе. В беседе со Светланой Сорокиной 29 апреля 2006 года он отметил неожиданное для него: «Украина приращена к России совершенно неотрывно… Но вот поиск какой-то своей доминанты национализм в его западноукраинском варианте, конечно, себя скомпрометировал. Стремление в Европу… Все прекрасно понимают, что это было бы хорошо, но никому не нужно брать Украину на содержание в Европе. Такая Франция по населению, по размерам, ну кто же её возьмёт на содержание?»
Не менее знаменательно прозвучало и его признание, что был он «наверное, советским человеком… который не пачкается». Сами по себе эти слова звучат как понимание, пусть неполное, что советский народ был реальностью, принадлежность к которому признавалась даже теми, кто не особенно жаловал всё советское в удобный для себя, своей карьеры и своего приспособленчества момент жизни.
— Любопытная беседа состоялась у Коротича с корреспондентом «Комсомольской правды» Александром Гамовым в декабре 2020 года.
— Действительно интересная. После неё Гамов сделал вывод: «Удивительные всё же вещи происходят с людьми на белом свете! Не узнать Коротича Виталия Алексеевича. Лигачёв ему, оказывается, нравился («Я относился к нему с уважением. Это — человек с совершенно чёткими взглядами, с чётким подходом к событиям и, так сказать, — не людоед. Он мне очень нравился»). Ему, Коротичу, стало жалко развала СССР. («Что касается Советского Союза, надо было сдержать его развал… На это, кстати, был нацелен и августовский (1991-го) путч ГКЧП»), А вот его суждение о судьбе и будущем бывших советских республик: «Во всех республиках, я ездил и я видел, что всюду царил тот же самый миф, что мы — такие богатые, такие могучие, а вот Россия всё себе забирает. Вот если бы, дескать, мы были независимые, тогда, — ух ты, какая жизнь была бы!» Коротич, помимо всего прочего, во многом обличает новое начальство, чьи идеи воспевал беззаветно.
— Он толи с грустью, то ли с каким-то фатализмом заявляет, что, на его взгляд, «именно сейчас начинается окончательный распад Советского Союза». Непросто понять, удручает его или же вдохновляет тот факт, что «к власти приводят людей, которые никогда в Советском Союзе не жили, даже в школах там не учились. Уходят все, которые хоть немножко что-то помнили и имели какие-то нити, которые связывали их с советским прошлым, со сверстниками».
— А меня сильно удивило, сколь нелестно он характеризует процесс вмешательства западных служб в дела бывших советских республик, а ныне независимых государств. Оценивая сегодняшнюю ситуацию, на вопрос о судьбе Белоруссии он отвечает: «Белоруссии с Запада сейчас внушают, что ей надо бегом бежать в Европу, вырываться от этой такой-перетакой России. И там (среди протестующих) есть много молодых людей, которые никогда ничего не видели, кроме рекламы кока-колы, и которые этому внушению поддаются. Им очень хочется немножко побыть в Европе. Они не понимают, какие роли их там ждут. Белоруссии нужна не революция, а эволюция… Из истерики ничего хорошего не получается».
— Скажите, какова его оценка нынешних событий на Украине? В апреле 2014 года в интервью радио «Свобода» он заявил: «Если говорить серьёзно, то и вам, и мне, и всем нашим слушателям с нормально устроенной психикой невозможно поверить в то, что Россия начнёт войну с Украиной. Такого не было никогда в истории». Именно из-за этой позиции в феврале 2023 года Киев включил его в «антиукраинскую» базу данных «Миротворец».
— Стоит отметить, что антисоветчиком себя Коротич публично так и не назвал и во врождённом желании разрушить коммунизм, как Горбачёв, признаваться не стал. Однако факт остаётся фактом. «Огонёк» сыграл роль своеобразного трибуна той «революции наоборот», которая в итоге привела к развалу СССР и сомнительным рыночным реформам. Иначе говоря, вклад в идеологическое обоснование развала СССР «Огонёк» и лично его главный редактор внесли колоссальный.
— Итак, кто же такой Коротич? Человек с размытыми моральными принципами? Доверчивый журналист, подверженный психологической обработке, следующий эмоциям, а не разуму? Человек, не имеющий чётких ценностей и убеждений?
— Похоже, всё это сразу…
— Но для себя-то, если не для других, серьёзный вывод он сделал? Как вы считаете?
— Может, что-то и понял на старости лет. Но вряд ли понял меру своей личной ответственности… Уже в интервью 2021 года бестрепетно судил: «Подвёл СССР к развалу Горбачёв, а развалил Ельцин». Это, если обобщить, так и есть. Только вот о роковой роли в этом журнала «Огонёк» и своей лично так и не сказал ни слова!