Оборотни во власти. Они убили Советскую страну, стр. 29

А он взялся за то, что было проще и приятнее. С удовольствием открывал разные выставки, организовывал презентации, присутствовал на всевозможных приёмах и прочих мероприятиях, где разрезал ленточки, за что ленинградцами справедливо наречён был «свадебным генералом». И ещё — «барином», с чем соглашались даже многие его сторонники.

— Интересно, откуда у него это барство, которое даже со стороны бросалось в глаза. Причём ведь наследственным оказалось, поскольку передалось и жене Нарусовой, и дочке Ксюше. Обе отличились не только крайне презрительными выражениями в адрес «черни» и «русского быдла», но и стремлением на властный верх. Первая в конце концов стала многолетним сенатором, то есть членом Совета Федерации, а вторая, поражающая публику развязной экстравагантностью, баллотировалась даже на пост президента страны!

— Напомню, эта вершина была заветной мечтой самого Анатолия Александровича. А переименование Ленинграда в Санкт-Петербург отметил он главным образом тем, что здесь начались чуть ли не каждодневные бесконечные балы. Разумеется, пышные и роскошные, как положено «для избранных». Вот чем обернулась вожделенная «демократия»! И это на фойе полного упадка городского хозяйства. Великолепный Ленинград, вызывавший всеобщее восхищение и у нас в стране, и за рубежом, с невероятной быстротой утрачивал свой прежний блеск и лоск, превращаясь в замызганное, неприбранное и замусоренное место.

— И ведь нищета постигла тогда многих!

— Как везде по стране. «Творцы реформ» часто с придыханием рассказывают, что в Москве и Ленинграде к августу 1991-го продуктов питания оставалось всего на три дня. Извините, но кто до этого довёл? Всесоюзные пустые прилавки были созданы не Советской властью, как представляют это сегодня, а политикой Горбачёва. Что же касается Москвы и Ленинграда, то здесь к тому времени руководителями были уже отъявленные «демократы» — Гавриил Попов и Анатолий Собчак. Так кто виноват в создавшемся положении?

— Как известно, далее это положение лишь ухудшалось. Всё больше и больше! Миллионы людей в этих главных городах страны бедствовали, нищенствовали, даже голодали, едва сводя концы с концами. У Попова всё-таки хватило решимости покинуть пост мэра Москвы «по собственному желанию», но Собчак, даже потерпев явно фиаско, не уходил.

— Да что вы! Уйти от власти для него было смерти подобно. Вот ключевое в обстоятельном психологическом портрете Собчака, составленном доктором политических наук Е. В. Егоровой: «У него высокая потребность во власти». Я бы даже сказал — высочайшая! Как и у Горбачёва с Ельциным, это был основной его мотор, постоянный вдохновитель и двигатель. В свою должность он буквально зубами вцепился и ни за что не хотел её покидать.

Много страниц заняло бы описание того, на какие ухищрения Собчак пошёл перед мэрскими выборами 1996 года, чтобы остаться начальником города. Приведу лишь один факт. Им были выделены 3 миллиарда рублей (!) беспроцентных ссуд и дотаций четырём ведущим городским газетам, которые громче всех его прославляли. Главные редакторы этих газет получили право на максимально дешёвую покупку квартир в центре города — можно сказать, по баснословно низкой стоимости. За счёт городской казны 60 квартир в наилучшем районе «ушли» практически даром, чем городу был нанесён многомиллиардный ущерб.

— Но всё же на выборах Собчак проиграл своему заместителю Яковлеву.

— Он и не мог выиграть, ни в коем случае! У большинства жителей города Собчак вызывал уже только раздражение и отвращение. А его конкуренту, инженеру по специальности и опытному хозяйственнику, достаточно было заявить в своей предвыборной программе: «Я займусь главным — буду подметать улицы, ремонтировать дома, красить заборы, то есть займусь всем тем, что отличает хозяина на своём дворе».

— Понятно, что люди просто устали от пустопорожней собчаковской болтовни?

— Именно так. Приговор себе подписал он сам уже тогда, когда с восторгом взгромоздился совершенно не на своё место. И важно выделить при этом вот что. Он явил на том месте не только полное незнание дела, за которое взялся, вопиющую некомпетентность в расчете лишь на авось, но и поразительную безответственность. Не забывая, однако, о себе любимом — о своём кармане и прочих собственных интересах. Впрочем, присуще это едва ли не каждому деятелю из когорты «творцов катастрофы». Иного трудно назвать.

— Да, не видать в нынешних начальниках даже малейших признаков того бескорыстия, на котором наше поколение воспитывалось. Помните большевика Цюрупу, который, будучи наркомпродом, падал в голодный обморок?

— Ну, Собчакам до такого — как до неба. Приумножение личного достояния (любыми способами!), жадное наращивание своей собственности для них превыше всего. У меня нет подробных сведений о том, насколько Анатолий Александрович обогатился, командуя Питером, да и вряд ли кто другой, кроме его семьи, в полном объёме такими сведениями располагает. Но даже из информации, проникшей в СМИ, явствует: этим он был озабочен постоянно.

— Приведёте примеры?

— Чуть позже. А сперва хочу сказать, в каком плачевном состоянии сей деятель, прощаясь с должностью мэра, оставил казну руководимого им города. На день выборов в мае 1996 года государственный долг Санкт-Петербурга составил около двух с половиной триллионов рублей (!), что, говоря языком экономики, означает типичное банкротство.

— Каким же образом мэр этого достиг?

— О, сказалось многое! Так, за последние полгода до выборов городской долг удвоился. И это благодаря тому, что «мудростью» Собчака и его советников была создана финансовая пирамида по типу печально известной «МММ» Мавроди, но гораздо грандиознее и с хорошим бюрократически прикрытием. Политика заимствований привела к следующему. Чтобы расплатится по процентам за прежние долги, приходилось залезать в новые. Городская власть выпускала ценные бумаги, муниципальные займы, заранее зная, что не сможет за них расплатиться. Но — обратите внимание! — количество балов с фейерверками, умопомрачительных приёмов и прочей яркой показухи только увеличивались.

Или, скажем, ещё одно свидетельство позёрства и авантюризма в управлении — выдвижение Собчаком Петербурга в кандидаты на проведение Олимпиады 2004 года. В условиях, когда состояние города было запущено до беспредела, огромные суммы денег шли на крайне сомнительные дела. Проверкой контрольно-ревизионного управления министерства финансов РФ было выявлено, что только на заявочную книгу было израсходовано 12 миллиардов старых рублей. Ещё 600 тысяч долларов заплатили швейцарской фирме IMS STUDIO-6 за оформление заявки — согласно требованиям МОК. При этом тираж книги в фонд не поступил и бухгалтерией не приходовался. Остаётся верить на слово главе швейцарской фирмы, что работы были выполнены качественно и в срок, а все 300 экземпляров книги своевременно разосланы адресатам.

Всего же эта фирма получила от питерских «олимпийцев» 437486 долларов — «за организацию и обеспечение представления Санкт-Петербурга на территории иностранных государств во время проведения выездных сессий МОК», а также 12323366 долларов (!) — за подготовку аудивизуального представления к приезду комиссии МОК и 577579,9 доллара — за разработку фирменного знака. Более мелкие суммы уж и не считали, вроде 25 тысяч долларов за аренду тент-палатки и т. п.

— Но неужели не было попыток в окружении Собчака остановить его, когда начинались подобные безумства?

— Говорят, что были. Только ведь он никогда и никого не слушал. Вспоминают, пренебрегал даже теми, кто ради него жертвовал своими силами и здоровьем. Вот самый характерный отзыв: «Ничьих советов Собчак в принципе не терпел, если они не сводились к полному одобрению его позиции».

Позёром называю этого антигероя, по-моему, не зря. Высокомерие и зазнайство, умение искажать или врать, не краснея, неуважение к собеседнику и его мнению, если оно отличается от собственного, уверенность в своём мессианском предназначении и безусловной правильности проводимой политики, наконец, полная убеждённость в том, что нет таких средств, которые бы не оправдали их цель, — вот истинная характеристика позёров, коих и представляет достойно Собчак.