Оборотни во власти. Они убили Советскую страну, стр. 17
«Белый лис», или Виртуоз приспособленчества, мимикрии и имитации
(о Шеварнадзе)
Правда 2023, 20–23 января
В. КОЖЕМЯКО. Эдуарда Шеварднадзе, которому посвящена очередная наша беседа, не без оснований называют ближайшим соратником М. С. Горбачёва. Именно ему, Эдуарду Амвросиевичу, во время «катастройки» было доверено осуществлять внешнюю политику страны.
Естественно, роль его в уничтожении этой страны чрезвычайно велика. Такчто, если выразиться точнее, он стал не соратником, а ближайшим горбачёвским подельником по развалу великой Советской державы. И этим больше всего известен.
— Давайте, Жан Терентьевич, начнём с вопроса, который я считаю для данного персонажа исходным и наиболее значительным. Как это получилось, что первый секретарь ЦК Компартии Грузии летом 1985 года оказался в должности министра иностранных дел СССР? Ведь, казалось бы, как говорится, буквально ничто этого не предвещало?
— Вы правы. Такое назначение и воспринято было в обществе как сенсация. Потому что к иностранным делам, к международным проблемам Шеварднадзе ранее не имел ровным счётом ни малейшего отношения. На главный дипломатический пост возводился человек абсолютно в этом некомпетентный, не имеющий даже элементарного представления о дипломатической работе и не знающий ни одного иностранного языка.
— Какой разительный контраст с его предшественниками на этом ответственном посту, а особенно с тем, кого он непосредственно заменил…
— Да, уж контраст с многоопытным Андреем Андреевичем Громыко просто вопиющий.
— Выходит, иной замены ему не навилось?
— Смеётесь. В том-то и суть, что этим назначением фактически был отринут колоссальный опыт Министерства иностранных дел СССР, олицетворявшийся лучшими, достойными представителями отечественной дипломатии. Сам же Громыко их Горбачёву и предлагал, начиная с посла СССР в США Анатолия Добрынина. Думаю, каждый из них мог бы с успехом продолжать и наращивать усилия по укреплению позиций Советского Союза в мире. Но совсем не этим был озабочен Горбачёв.
— А чем же?
— Да вы сами помните: новая политика, новое мышление. Вот и на международной арене первоочередную задачу видел в том, чтобы решительно и бесповоротно отказаться от всех советских внешнеполитических достижений, чтобы начать «новую жизнь». А для этого нужен был «свой человек» — понимающий задачу и готовый реализовать её любой ценой.
— Значит, Горбачёв загодя имел в виду Шеварднадзе как «своего»?
— Конечно. Дружба между ними началась ещё в бытность Михаила Сергеевича первым секретарём Ставропольского крайкома партии. Встречались, достаточно откровенно беседовали. Согласно воспоминаниям, Шеварднадзе в одном из таких разговоров обронил, что «всё прогнило, всё надо менять». Меньше чем через три месяца Горбачёв возглавил Советский Союз — и вскоре позвал к себе единомышленника из Грузии. По моему мнению, это подтверждает, что пришедший к власти перестройщик изначально был намерен отнюдь не совершенствовать советский строй и ускорять его развитие, как он любил провозглашать, а наоборот — ломать всё, что было создано до него и опиралось на огромный исторический опыт.
— Но как всё-таки они находили друг друга! Небезызвестного А. Н. Яковлева будущий Генсек присмотрел в далёкой Канаде, главу МИДа — в соседней советской республике…
— Ясно, что для этой должности такой глава был совершенно случайным человеком, если иметь в виду интересы дела и страны. А вот если оценивать с точки зрения горбачёвских интересов, выдвижение совсем не случайное.
— Выдвиженец его оправдал?
— По-моему, даже с перевыполнением плана.
— Что вы считаете самым главным во внешней политике страны, когда официально руководил этой политикой и отвечал за неё Шеварднадзе?
— Самое главное — это сдача позиций Советского Союза по всем направлениям. Такую политику стоит назвать капитулянтской. Разумеется, здесь неразделимы Горбачёв и Шеварднадзе, основные решения во внешнеполитической деятельности не могли приниматься без влияния «первого лица». Но представьте, что главой МИДа остаётся Громыко…
— Да это просто невозможно представить!
— В том-то и дело. А такой тандем идеально подходил для целей Горбачёва. Никаких конфликтов, противоречий и даже мелких расхождений. Но что в основе? Попрание интересов страны и всемерное её унижение. Ну а горькие результаты нам приходился расхлёбывать по сей день.
— Имеете в виду расширение блока НАТО на Восток, которое, по имеющимся данным, не должно было состояться?
— Безусловно. Да и вообще всё, что связано с ликвидацией Германской Демократической Республики и объединением Германии. Это же именно Горбачёв и Шеварднадзе приняли такое решение. Подчеркну: на крайне унизительных для СССР условиях! Минимальная сумма «отступных», скоропалительная эвакуация контингента Советской Армии с территории ГДР, из-за чего, как известно, многие воинские части были выброшены буквально в чистое поле…
— А можно несколько подробнее про решение вопроса об «отступных», которые причитались СССР? Я слышал, что Шеварднадзе лично готовил этот материал к обсуждению.
— Готовились к переговорам о сумме выплат, понятно, и в нашем МИДе, и в ФРГ. Но как! Западногерманская делегация выработала такой план: соглашаться, если будет предложено заплатить 80 миллиардов марок, а уж при очень сильном упрямстве и нажиме СССР — идти на 100 миллиардов. И немцы были невероятно поражены, когда Горбачёв пролепетал сумму… в 11 миллиардов!
Ободрённые столь приятной неожиданностью, немецкие партнёры ещё больше снизили планку и повели торг вокруг 8 миллиардов марок. «С этого момента, — вспоминал канцлер ФРГ Коль, — мы поняли, что наш партнёр по переговорам не стоит на высоте проблем, которыми ему приходится заниматься». Вот вам оценка компетентности и Горбачёва, и его подручного по иностранным делам.
— И на переговорах же — их самый большой стратегический провал?
— Увы, увы… Тот кардинальный вопрос о расширении НАТО, который вы затронули, обсуждался опять-таки при участии Горбачёва и Шеварднадзе. По ходу дискуссии говорилось, что в состав НАТО не войдёт объединённая Германия и альянс не будет претендовать на своё расширение за счёт ликвидируемого Варшавского договора.
Говорилось, да. Более того, и американцы, и европейцы вроде бы даже выражали согласие обсуждать дальше такое предложение. А Горбачёв позднее утверждал, что ему и «всему миру» обещали, что после воссоединения Германии «НАТО не продвинется на Восток ни на один сантиметр» (и это якобы зафиксировано в аудиозаписи переговоров).
— А чем обернулось?!
— Когда альянс стал распространяться на страны бывшего социалистического блока, опять последовал знакомый лепет, теперь — о нарушении джентльменского соглашения. Но ответ был простой: в официальных документах нигде ничего подобного не записано.
— В своё время, если помните, был поставлен сакраментальный вопрос по поводу другой российской власти: «Глупость или измена?» Не находите ли вы, что в данном случае он весьма и весьма уместен? Старались ли Горбачёв и Шеварднадзе отстоять важнейшие интересы своей страны или просто делали вид, что, на мой взгляд, гораздо более похоже на правду? И тогда это самая настоящая измена, которая, прямо скажем, привела к итогам воистину катастрофическим.
— Про измену предпочитали помалкивать, но катастрофичность итогов такой «дипломатии» тогда же с изумлением отмечалась многими наиболее глубокими и объективными экспертами в разных странах. Приведу для примера отзыв Катрин Дюранден, профессора парижского Института международных и стратегических исследований. Она оценила происшедшее как «трагический момент истории СССР», который «спровоцировал последующий обвал, закончившийся крахом Союза».