Отбор невест, или Три орешка для темного (СИ), стр. 21

— Я сначала пытался словами договориться,— оскорбился Эльгон,— но Лихо меня даже не слушала! Он сразу начала драться, а порядочная драэ-ри себя так вести не будет.

Он закапывал сам себя. И я, глядя на это позорище, думала только о том, как же мне стыдно. Пусть моя влюбленность родилась из зелий и подлости, но она все же была. Я страдала из-за этого жалкого существа.

—Я хочу уйти отсюда,— выдавила я. — Сайард, уведи меня.

Действие конфет заканчивалось. Оно и верно, зельице там совсем слабое. Не рассчитано на такой сюр.

— Вам нужно к целителям,— быстро сказала драэ Мирсонай, которая тоже хотела уйти.

— Я и есть целитель. Темный Целитель,— признался вдруг Сайард. — Мой дар переродился, потому меня и заменили на должности генерала.

Меня окатило волной тепла. Он все-таки прислушался к моей идее. Травить некроманта всем королевством — отличная идея, почему нет. Но идти против редчайшего Темного Целителя? Дураки быстро переведутся!

— Это вы вернули зрение Малике,— ахнул один из стражников,— спасибо вам, Ваше Высочество, спасибо!

Мужчина чуть не плакал, из его сбивчивых слов стало ясно, что Малика его племянница. Что он сам себя проклял, за то, что привел девушку во дворец. Думал, она себе на приданое заработает, а она чуть было не ослепла.

— Всю жизнь богов за ваше здоровье молить буду,— хрипловато подытожил стражник.

— Благодарю за ваши пылкие слова. Однако же, у вас преступник убегает.

Стража уволокла Эльгона, которые продолжал объяснять, что в его действиях не было ничего предосудительного. Десятки магов берут женскую силу и справедливо за это платят! Почему он, почтенный отец семейства, должен из-за этого пострадать?!

— Какао с зефирками и мазь с охлаждающим эффектом? — полувопросительно проговорила я, посмотрев на Сайарда. — Целитель, как вам такое самолечение?

— Прекрасно, но я предлагаю добавить нежнейшие пирожные с воздушным кремом и предсмертный крик мерзавца.

— Отличный план, но уши у меня нежные,— хмыкнула я,— а голос у Эльгона противный.

Тем более что смертную казнь давно заменили пожизненной ссылкой на талборитовые рудники. Надеюсь, что жене Эльгона не придет в голову последовать за ним — от магического излучения детки могут родиться не совсем здоровыми.

Я с некоторым неприятием представляла себе путь по заснеженному парку, но Сайард меня удивил — завел в ту же самую Изумрудную гостиную и вызвал своих слуг.

Удивительно расторопные, они за считаные минуты принесли и обещанные сладости, и аптечку. А еще через пару минут прибыла драэ средних лет, с шитьем. Она села подальше от нас и взялась за иглу.

— Моя кормилица, драэ Тиираль,— с нежностью проговорил Сайард,— не хочу, чтобы тебя опорочили.

— Раньше тебя это не волновало,— удивилась я.

— Парк под контролем моей магии,— отозвался некромант,— а во дворце мы не уединялись. Позволь обработать твои раны.

Правда, перед тем как взять аптечку, он воздвиг вокруг нас купол тишины. Уши на мгновение заложило, но уже через минуту все прошло.

— Раны, как будто я в бою побывала,— фыркнула я. — Ужасно выглядит?

— Я бы убил его,— ровно проговорил Сайард,— но не хотел делать это на твоих глазах.

Он склонился надо мной и принялся осторожно накладывать целебную мазь на пострадавшую шею. Колкая прохлада утихомирила разгоравшееся жжение.

— Меня напугал не сам Эльгон, а его слова. Что многие забирают магию у женщин,— тихо проговорила я. — Но ведь это противоестественно. Так не должно быть. Этот ритуал был запрещен несколько столетий назад!

— Всегда есть те, кто считает себя выше запретов,— проронил Сайард, а затем отстранился. — Когда впитается, нанесу еще один слой. Чтобы ни следа не осталось!

— Может, пусть лучше останется? — с сомнением произнесла я.

— Чтобы думали, что ты специально метку оставила?

— Тц,— раздраженно цокнула я.

Отпив глоток теплого какао, я блаженно прикрыла глаза. Хо-ро-шо. Надо будет маменьке с папенькой написать, а то слухи и сплетни вновь приведут их на ограду королевского парка!

— Я рада, что ты прислушался к моим словам.

Некромант, который теперь именовал себя Темным Целителем, только хитро улыбнулся:

— Мне понравился твой пассаж о том, что боевых магов как жаб недодавленных, а целителей мало. Почему именно жаб и именно недодавленных?

— Это вылезли горькие воспоминания о юности, проведенной над аквариумом,— засмеялась я. — Маменька с детства приставила меня к труду. Как и моих братьев, хотя они поначалу пытались сопротивляться и даже как-то раз устроили настоящий саботаж.

Сайард заинтересовался, и я рассказала ему, как близнецы специально перепортили кучу ингредиентов, в расчете на то, что их перестанут пускать в заготовительную. А в итоге мы все дружно были посажены на хлеб и воду на неделю.

— Маменьке-то они сказали, что случайно вышло. Что хотели как лучше,— посмеивалась я, ковыряя ложечкой пирожное. — Ну а драэ Луиза Ильгертон совсем не глупа. Она лишь покивала и сказала, что это ничего страшного и что все ошибаются. Мы неделю ели подсушенный хлеб и пили родниковую воду, чтобы на сэкономленные деньги закупить новые ингредиенты. Ну, это близнецам так было сказано.

— Получается, пострадали все,— хмыкнул Сайард.

— Но мальчишкам это пошло на пользу,— я пожала плечами,— к тому же к вечернему чаю папенька выдавал нам по кусочку сахара. Так что, драр Темный Целитель, вам понравилась моя идея?

— Я и сам о чем-то подобном думал, но…

Сайард немного помолчал, а затем негромко добавил:

— Но не верил, что получится. Люди, знавшие меня с детства, отвернулись в момент, когда кристалл показал мою силу в черных и фиолетовых цветах. Я не видел для себя иного пути чем тот, которым шел.

Я с недоумением на него посмотрела:

— И что это был за путь? Путь прославленного генерала, героя войны с Сопредельем? Так это прекрасная дорога.

После нежнейшего пирожного я с интересом попробовала странную красную штучку, которая на поверку оказалась вкуснейшим земляничным конфитюром! М-м-м, я даже потеряла нить разговора, пока орудовала ложечкой в креманке.

— Ты права,— улыбнулся Сайард,— вот только драконы меня боялись. А я перестал пытаться изменить их мнение. Но ты подарила мне надежду.

— Дело не в тебе,— серьезно сказала я. — Кто-то хитрый и подлый очень много о тебе говорит. Надо найти этого «кого-то» и укоротить ему язык. Недаром же тебя хотят из семьи изгнать, что очень и очень глупо.

— Глупо?

— Ты сильный, благородный и ответственный,— я провела ложечкой по стенкам опустевшей креманки. — Род ослабнет без тебя.

Сайард задумчиво сощурился. Неужели я сказала что-то из ряда вон выходящее?

— Да,— кивнул он. — И да, ты это вслух спросила. Видишь ли, я всегда считал, что… Что драконы видят во мне лишь тьму Полуночных Богов. И мне казалось естественным, что моя семья хочет избавиться от тени, что пятнает их безупречный облик.

— Это ведь не твои слова,— тихо сказала я.

— Не мои,— согласился он.

Мы замолчали, и я даже начала различать гудение купола тишины. Его спокойные вибрации напомнили мне о том времени, что я провела с Эльгоном. Под похожим заклинанием, в кафе, мы громко смеялись и…

Поморщившись, я дернула плечом и попыталась запить горький привкус. Только вот какао уже остыло и даже подернулось некрасивой пленочкой.

— Что-то не так?

— Эльгон подливал мне зелья. После магической лихорадки мое чутье было притуплено и вспышки веселья и хорошего настроения я плотно связала с его визитами. Влюбилась. А он… Я же по нему страдала. Да любой дрэйч лучше него!

Сайард погладил пузатый бок серебряного кофейника, в котором нам принесли какао, и тот отозвался гудением. Через минуту в мою чашку полился горячий ароматный напиток. Я насыпала сверху горку зефирок и притопила их ложечкой.

— Ты полюбишь снова,— уверенно произнес некромант. — Магическая лихорадка случается в жизни лишь раз. Никто другой не сможет тебя опоить или обмануть.